Библиотека книг txt » Яшенин Дмитрий » Читать книгу Мушкетер
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Яшенин Дмитрий. Книга: Мушкетер. Страница 15
Все книги писателя Яшенин Дмитрий. Скачать книгу можно по ссылке s

Да уж кому тут могло быть что-то неясно! Не только купец, но и боярин с воеводой испытующе уставились на юношу.
— Ну что скажешь, Александра Михайлович? — спросил его Афанасий Максимыч. — Готов ли ты жизнью своей молодой ради Отечества рискнуть? Готов ли ты отправиться в зловещий град Париж, где вызревают планы новоявленных Чингисханов и Мамаев, ливонцев и шляхтичей? Готов ли ты грудью своей Русь прикрыть от нового удара, который может оказаться сокрушительнее всех прежних? Отвечай нам как на духу!
Испытывая странное чувство отрешенности, словно душа его оставила бренное тело и воспарила, Шурик поднялся из-за стола и ответил:
— Готов. Готов, батюшка Афанасий Максимыч.
— Верно ли ты говоришь? — вопросил боярин, будто бы не вполне поверив, усомнившись в его ответе. — Подумай еще раз! Как следует взвесь свои шансы домой вернуться. Лично я их уже взвесил и скажу тебе по секрету: Александра Михайлович, неважные у тебя шансы домой вернуться! Почти нулевые шансы твои…
— Батюшка-свет! — Шурик перебил боярина, но не устыдился этого, понимая, что сейчас, вот именно сейчас, имеет на это полное право! — Уверен, отец мой, отправляясь следом за Данилой Петровичем на защиту Кирилло-Белозерской обители, не просчитывал никаких шансов! И мой дед, до него землю Русскую оборонявший, не о своей шкуре думал, а об Отчизне помышлял! Так мне ли думать о каких-то шансах, если в моей воле Россию от беды страшной уберечь?! Я отправляюсь в Париж! Седлайте коня!
Боярин встал, обошел стол и, обняв Шурика, троекратно расцеловал его:
— Молодец, хлопчик! Хвалю тебя за храбрость твою, за мужество христианское и верность Отечеству! — На глазах Афанасия Максимыча блеснули слезы, но он сдержался и, усадив юношу на табурет, прибавил: — А насчет коня не торопись. Прежде чем коня седлать, нам с тобой еще ой как много обговорить нужно…

…— Не замерзли стоять-то?
Шурик вздрогнул и обернулся, оторвавшись от созерцания белого полотна заснеженной равнины.
Брат Григорий, надзиравший за отроками во время отлучек Игнатия Корнеича, поднялся на монастырскую галерею и, предосудительно покачивая головой, взирал на своих подопечных, прохлаждавшихся без дела.
— Вот приедет Игнатий Корнеич, я ему обязательно скажу, как вы тут от дела-то отлынивали, — пригрозил инок.
Шурик рассмеялся и снова обременил руку шпагой. Брат Григорий хоть и был строг к мальчишкам, но никогда не жаловался на них вышестоящему начальству. Не считая конечно же Вседержителя Небесного, который, впрочем, и сам находится в курсе всех прегрешений людских…
— Начали! — отсалютовал он Михаилу с Родионом, также принявшим боевую стойку.
Клинки скрестились с пронзительным звоном.

Как выяснилось, отправлять его в Париж немедленно, прямо из-за стола, никто не собирается. Хотя, по мнению боярина Афанасия Максимыча, волею молодого царя Михаила Федоровича Романова назначенного верховным воеводой по борьбе с французами, и купца Игнатия Корнеича, первого его заместителя, мешкать с отправкой разведчика в тыл врага, на берега Сены, было неосмотрительно, по их же мнению, еще менее осмотрительно было торопиться с этим делом. Ввиду уникальности и неповторимости Шурика, единичности его как владеющего разговорным французским языком и фехтовальным искусством во всей земле Русской, рисковать им было совершенно невозможно. Риску нам и так хватит, сказал Игнатий Корнеич, чтоб еще нарочно его преумножать.
Прежде чем отправлять Шурика в дальнюю дорогу, руководство решило потратить хотя бы пару месяцев драгоценного времени на дополнительную подготовку разведчика. Молодость, знание вражеского языка и фехтование — это, разумеется, прекрасно, но, принимая в расчет исключительность миссии, многообразие и непредсказуемость препятствий, могущих встать на его пути, решено было обучить юношу еще ряду премудростей, коих он в силу своего простого происхождения не знал. Так, например, Данила Петрович сразу же обратил внимание сановников на то, что Шурик всего пару раз в жизни держал в руках огнестрельное оружие, да и то не сам стрелял, а просто подносил его воеводе или отцу во времена Кирилло-Белозерской эпопеи. Это немедленно было взято на заметку, равно как и то, что ученик Старого Маркиза абсолютно не владел французским письмом, ибо им не владел и его учитель.
Исходя из этого, Игнатий Корнеич разработал программу подготовки лазутчика, «Курс молодого ратоборца», как он его называл. Этот курс, по его мысли, должен был помочь Шурику с честью выйти из самых нелегких испытаний и победоносно завершить свою миссию. Если, конечно, эту миссию в принципе можно завершить победоносно…
Поскольку данная подготовка (равно как и сам факт существования разведчика) не должны были стать достоянием общественности, решили подыскать уединенное местечко. С одной стороны, не подле самой Москвы (что можно утаить подле самой Москвы-то?!), с другой — не слишком уж далеко от нее, дабы не затруднять сверх меры сношения с Кремлем, который Шурику строго-настрого велели отныне именовать «Центр», и никак иначе. В конечном счете подходящее местечко отыскалось неподалеку от Суздаля. Небольшой монастырь двухсотлетней молодости, малонаселенный из-за оттока значительной части братии в Смутное время в северные скиты и обители, приглянулся Афанасию Максимычу, и он выхлопотал у царя разрешение приспособить его для нужд молодой российской спецслужбы. Малочисленность братии играла исключительно положительную роль, так же как и обет молчания, уберегавший уста иноков от излишней болтовни.
В эту-то обитель Шурик с Игнатием Корнеичем и направились, проведя неделю в Москве. Афанасий Максимыч остался в столице (которую Шурику так и не удалось толком осмотреть, ибо его практически не выпускали за стены Центра, чтобы, не дай бог, ни одна иностранная или же, напротив, русская купеческая морда не могла бы заприметить его, запомнить и потом окликнуть на набережной Сены), а Данила Петрович отбыл в Вологду, обещав скоро быть.
Под конец недели Шурику привели семерых отроков приблизительно его же возраста, велев отобрать из них двоих спарринг-партнеров для фехтования. Были среди них и те двое остолопов-«экзаменаторов», коих он одолел в первый день, однако Шурик, рассудив по-своему, выбрал Мишаню из Малоярославца, отличавшегося немереной силой, да Родиона Тверского — хитрого, верткого (во всех смыслах этого слова) паренька. Как сказал бы Старый Маркиз, идеальное сочетание соперников: сильный и изворотливый.
Они и отправились в Суздальский монастырь5 вместе с Игнатием Корнеичем и Шуриком, став учениками и оппонентами того в ежедневных схватках.
Возобновив тренировки, заброшенные больше двух лет назад по причине недомогания, а после — смерти наставника, Шурик сразу же почувствовал, как сильно сдал за это время. Сдал не в смысле силы (силы-то у него было дай бог каждому! Пять-шесть часов в день кузнечным молотом махать — это вам не семечки на завалинке лузгать!), а в смысле фехтовального мастерства — оно, как и любое другое мастерство, любит постоянную и непрерывную школу, повторение, которое доподлинно есть мать учения. Но, несмотря на это, он весьма рьяно взялся за своих спарринг-партнеров (придумали же, блин, слово нерусское!), стремясь максимально полно передать им свой опыт. Во-первых, это было нужно ему самому, чтобы обрести в их лице достойных соперников, ну а во-вторых… Во-вторых, Шурик прекрасно понимал, что, приставив к нему учеников, Афанасий Максимыч пытается подстраховаться на случай его провала. Действительно, случись ему сгинуть на брегах Сены, в зловещем Париже, кто-то должен будет продолжить и довести до победного конца его дело.
А значит, или Мишане, или же Родьке придется собираться в дорогу… если ее, дорогу, не одолеет сам Шурик.
И, понимая это, молодой лазутчик, не щадя ни себя, ни тем более своих партнеров, натаскивал их в шпажной науке, часами отрабатывая всевозможные удары и их связки, во французском языке, усердно объясняя, к какой французской бабе нужно обращаться «мадам», а к какой- «мадемуазель», и во многих других дисциплинах, составлявших вместе этот самый «Курс молодого ратоборца».
Понятное дело, многое и ему самому приходилось осваивать «с нуля», как говаривал Игнатий Корнеич, обожавший всевозможные иностранные словечки. Купец провел много времени за пределами России, в том числе и во Франции, куда ездил специально, узнав о видениях одержимой Феклы. И хотя его поездку во Францию трудно назвать удачной, из нее он привез немало вещей, полезных в обучении Шурика и его товарищей.
К таковым в первую очередь относились пистолеты и французские фузеи, именовавшиеся мушкетами. Данила Петрович привез из Успенского Горнего монастыря Вологды двоих монахов, принявших постриг уже после Смуты, а до этого числившихся у него в ратниках и считавшихся искуснейшими стрелками во всей вологодской дружине. Быстро разобравшись во всевозможных кремневых да колесцовых замках, а также в прочих премудростях навороченного европейского оружия, братья Дмитрий и Власий принялись обучать отроков обращению с ним, причем делали это так рьяно, что в иные дни у Шурика от ружейной и пистолетной пальбы просто уши закладывало. Зато к исходу второго месяца он с пятидесяти шагов легко попадал из пистолета в глиняную крынку размером с человеческую голову. А из мушкета и с сотни редко промахивался…
Помимо этого Игнатий Корнеич купил во Франции несколько конских седел европейского образца, более ладных, нежели шляхетские, и уж тем более не сравнимых с русскими. Верховая выездка также стала неотъемлемой частью подготовки разведчиков. Сил и времени на нее, как и на стрельбу, не жалели. Окружавшие монастырь поля и леса были перепаханы лошадиными копытами так, словно там промчалась ордынская тьма.
Брат Григорий, как оказалось впоследствии, тоже был приставлен к отрокам неспроста. В молодые годы он, выходец из новгородской земли, поднаторел в искусстве «рагдай» — славянском рукопашном бое, ведущем свою историю из древних, еще дохристианских времен. Конечно же потешные битвы «на кулачках» испокон веков являлись обязательным элементом жизни любого нормального парня хоть в Вологде, хоть в Малоярославце с Тверью, но мастерство брата Григория настолько же превосходило примитивный уличный мордобой, знакомый Шурику, Михаилу и Родиону, насколько солнечное сияние превосходит холодный отблеск луны. Он творил настоящие чудеса, с легкостью превозмогая не только безоружного противника (тут особенно-то и говорить не о чем), но и нескольких недругов, имеющих в своем распоряжении ножи, дубинки, бердыши и тому подобный инвентарь. Неуловимыми, стремительными движениями инок уклонялся от вражеских ударов, а после контратаковал, на лету перехватывая оружие или же руку неприятеля, и обезоруживал того простым, но весьма эффектным и болезненным приемом.
Поначалу Шурик думал, что ему нипочем не овладеть этим искусством, однако, поборовшись с братом Григорием несколько недель, в очередной раз убедился, что терпение и труд все перетрут. Все, что только есть на белом свете…
Однако самой увлекательной, самой необычной и интересной конечно же была работа с книгами, привезенными Игнатием Корнеичем из Франции. Даже не зная еще ничего о Шурике, купец заранее озаботился приобрести во Франции несколько книг, повествовавших об истории королевства. Наивные французы, видимо, не знали, что летописи являются документами государственного значения и хранить их надлежит как зеницу ока, не показывая не то что иноземцам, но и своим-то подданным далеко не каждому, дабы враги государства, явные и тайные, не дай бог не пронюхали, как сие королевство создавалось и как, соответственно, можно его разрушить. Не знали и печатали их огромными тиражами (по нескольку сотен экземпляров!) и свободно распространяли через книжные лавки. Там-то Игнатий Корнеич на них и наткнулся.
Ценность этих летописей и Шурик, и его отцы-командиры поняли мгновенно. Действительно, без них миссия молодого лазутчика фактически была обречена на провал, поскольку все его знания о Франции основывались исключительно на рассказах Старого Маркиза. Но, во-первых, рассказы эти успели за несколько лет порядком стереться из памяти юноши; во-вторых, они не отличались исчерпывающей полнотой, ибо Старый Маркиз, как ни крути, был воином, а не Нестором-летописцем, детально знающим историю своего отечества; ну а в-третьих, покинул он это самое отечество чуть ли не полвека назад, и с тех пор там могло произойти все что угодно, вплоть до второго пришествия Спасителя!
Так оно в итоге и вышло. Изучая летописи и мемуары (это что-то вроде летописей, но про одного человека и написано им самим, а не потомками), Шурик узнал, что все четверо сыновей славного и могучего короля Генриха II (ну точно, именно четверо их и было! Чего только на свете не бывает!) благополучно отправились в мир иной, не сумев сладить не только со смутой боярской и иноверцами, но и с собственными женами, не обеспечившими их потомством. Соответственно старая династия Валуа свое существование прекратила, а на ее место пришла династия молодая, именовавшаяся столь же нерусским словом — Бурбоны. Первый король этой династии — Генрих IV (честное слово, все пославнее Генриха II монарх был!) также уже успел почить в бозе, оставив после себя малолетнего сынишку Людовика, который и Царствовал ныне во Франции под номером XIII.
Понять, чего ему, Людовику, не сиделось спокойно во Франции, для какой надобности вынашивал он зловещие планы против России, из летописей было невозможно, но, несмотря на это, польза от них получилась изрядная. Шурик не только прилежно изучил историю неприятельской державы, но и попрактиковался во французской письменности, чего не мог делать со Старым Маркизом, не имея ни книг на этом языке, ни малейшего представления о том, как правильно выводить латинские буквы. Нынче же его наставником сделался сам Игнатий Корнеич, овладевший латиницей на чужбине по своим купеческим делам. И хотя наставником он был хорошим и требовательным, дело продвигалось не шибко споро, поскольку и русской грамотой Шурик владел весьма… весьма… да, в общем, не владел он ею вовсе, чего уж греха таить! Оставалось уповать лишь на то, что ехал он в Париж не писарем трудоустраиваться, и на утверждение Старого Маркиза, что во Франции (равно как и в России) благородное сословие грамотой особенно обременено не было.


Все книги писателя Яшенин Дмитрий. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий