Библиотека книг txt » Соколов Борис » Читать книгу В плену
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Соколов Борис. Книга: В плену. Страница 21
Все книги писателя Соколов Борис. Скачать книгу можно по ссылке s

Но разве все это нельзя отнести и к противнику? Ведь и его техника и боевой опыт не были пригвождены к одному месту. И действия его командования, как иногда принято считать, не состояли сплошь из одних ошибок. А если все эти факторы прогрессировали у обеих сторон, то вполне уместно спросить: почему так случилось, что еще год назад, не говоря уже о позапрошлом 1941 году, немцы нас били, а теперь сами оказались разбитыми?

Скорее всего, наш успех в этом грандиозном сражении был обусловлен чем-то иным. В первую очередь, корни нашей победы, пожалуй, лежали в морально-нравственной сфере, а именно в прогрессирующем упадке боевого духа немецкой армии. Об этом без обиняков 7 ноября 1943 года сказал Сталин: "...поражения, понесенные немцами со времен разгрома их войск под Сталинградом, надломили боевой дух немецкой армии". По словам Льва Толстого, "это то самое, что не может быть измерено и вычислено, но является тем главным, что определяет судьбы сражений и войн".

Немаловажное значение имело и то, что "В этом году удары Красной Армии по врагу были поддержаны боевыми действиями наших союзников в Северной Африке... и в Южной Италии. Вместе с тем союзники подвергали и продолжают подвергать основательной бомбардировке важные промышленные центры Германии и тем самым ослабляют военную мощь врага. Если ко всему добавить тот факт, "что союзники регулярно снабжают нас разным вооружением и сырьем, то можно сказать без преувеличения, что всем этим они значительно облегчили успехи нашей летней кампании"[5 -  И. Сталин. О Великой Отечественной войне Советского Союза. Политиздат,. М., 1946. Стр. 115.].

В воскресные дни, даже летом, крестьяне не заставляют батраков работать. Тем не менее, моей старушке становится явно не по себе, когда она видит, что я целый день ничего не делаю. И вот находится выход: мне вменяется в обязанность по воскресеньям пасти скот. Дескать, тебе все равно, где отдыхать, так посиди-ка на выгоне. Но кто же пасет скот в остальные дни недели? Никто. Здесь у каждого хозяина есть свой хорошо огороженный выгон, где скот пасется сам. Однако в нашем хозяйстве, где все валится, ограда на выгоне ветхая. Поэтому нередко наши коровы разбредаются и травят поля соседей. Особых скандалов по этому поводу не бывает лишь потому, что соседи опасаются визгливой ругани хозяйки, а еще пуще самого зятя. Все же мне не раз говорилось, чтобы я починил ограду, но все не доходили руки. На выгоне скот спокойно и мирно пасется. Ходят четыре коровы, и около каждой из них по две-три овечки. Овцы ходят только с теми коровами, которых они считают своими. Если же рядом оказывается овца, симпатизирующая другой корове, то ее отгоняют - или корова, или сами же овцы. Коровы тоже всегда пасутся постоянными парами, выражая этим обоюдную симпатию. Мерин ходит отдельно, считая общение с коровами ниже своего достоинства.

Когда в воскресенье утром пригоняю скот на выгон, то сначала я что-то делаю. Обычно, срубив несколько жердей, латаю особенно зияющие дыры. Прорех в ограде много, и все мне не заделать. Но, помня, что сегодня воскресенье, вскоре я приступаю к отдыху. Для этого сажусь в тень под дерево и достаю единственную, сбереженную на воскресенье папиросу. Коровы отлично знают, что пока я не кончу курить, с места не поднимусь. Тотчас же все стадо под предводительством беспокойного нетеля через заранее высмотренное ими слабое место в ограде отправляется в соседский клевер или картофель. Иногда при этом даже поднимают рогами и сбрасывают слабо укрепленную жердь. В поле они наслаждаются клевером и сочной картофельной ботвой. Так никогда не поступает только мерин - существо высокой порядочности.

Когда папироса выкурена до конца, я с сожалением поднимаюсь, и, ругая коров на чем свет стоит, гоню их обратно. Впрочем, мои слабости они отлично знают, и заметив, что я кончил курить и поднимаюсь, иногда и сами идут назад.

Незадолго до обеда меня одолевает могучий сон. Там же под деревом я и засыпаю. Что в это время делает стадо, мне неизвестно, но, проснувшись, я вижу всегда одну и ту же картину. Коровы, сгрудившись вокруг меня и почти касаясь мордами, грустно и тяжело вздыхают. Однако по деликатности никогда не толкают и не будят. Они отлично знают то время, когда пора идти домой. Могли бы уйти и сами, так как прорех в ограде достаточно, но, должно быть, считают, что оставлять пастуха одного неудобно.

Поспел поздний картофель. Ботва местами пожухла, но кое-где еще сочно-зеленая. Однако клубни уже крупные, с плотной кожицей и способны хорошо перезимовать. Теперь пора приступать к уборке. Первым делом скашиваю и убираю с поля зеленую ботву, а затем пускаю скот, который сделал открытие, что ботва хороша, но клубни лучше. Мордой коровы сдвигают землю и, запуская язык, вытаскивают клубни. Другие коровы этого не понимают и довольствуются ботвой. Совсем как в сказке, где мужик и медведь делят вершки и корешки.

Теперь, когда поле очищено от ботвы, пропахиваю рядки деревянной сохой с железным наконечником. Соха выворачивает крупные светлые клубни. Проехав три-четыре рядка, иду по борозде, собираю клубни в корзину и ношу их в кучи к дороге. Работаю я, разумеется, не по-хозяйски, а по-батрацки, то есть, подбираю только видные из земли клубни, а прочие оставляю в земле. Иначе говоря, работаю так, как убирают картофель в Советском Союзе повсеместно. За исключением собственных участков.

Неожиданно приезжает хозяин и в небольшом подпитии выходит из дома. Подмигнув мне, зовет с собой на скотный двор. Там, наклонясь ко мне по-заговорщицки, тихо спрашивает:

- Свинья хорошая есть?

Сам он в хлев заходить избегает, чтобы не измазать хорошо начищенные сапоги.

Быстро сообразив, в чем дело, весело отвечаю:

- Как не быть, есть, конечно.

- Тогда выводи.

Из свиного закутка вытаскиваю большого упитанного борова, весом пудов на семь. Боров идти не хочет, упирается и с визгом рвется назад. Приходится тащить за привязанную к ноге веревочку. У самых дверей хлева Иван быстро, каким-то кошачьим движением обходит свинью сзади и приставив к уху пистолет, стреляет. Боров мгновенно валится и, несколько раз дернувшись, замирает. Иван чувствует себя победителем и очень доволен:

- Вот как надо свиней бить, и не так, как их мужики режут.

На звук выстрела из дома идет огорченная старушка, но недовольство старается не показывать.

Пока идет общая возня с опаливанием и разделкой борова, хозяин меня все время отрывает от дела, на что я, разумеется, не обижаюсь. Ему очень хочется с кем-нибудь поговорить о войне, а с домашними и с соседями ему не интересно. Рассказывает он о боевых действиях и о своем участии в них, однако без хвастовства. Слушать его интересно, так как человек он наблюдательный и неплохой рассказчик. Кроме того, для меня это хороший предлог для того, чтобы отдохнуть и покурить его папирросы.

Только-только закончил уборку яровых, гороха и картофеля, как подошла уборка льна. Культура эта очень трудоемкая. Сначала лен нужно вытеребить, то есть вытаскать из земли руками, что тяжелее, чем просто скосить. Затем нужно связать маленькие снопики, а головки с семенами очесать на большом деревянном гребне. Очесанные снопы закладываю для мочки в две глубокие ямы с водой, где они дней десять мокнут, пока хозяйка, пробуя на зуб, не сочтет лен готовым. Вымоченный лен расстилаю по скошенному полю, где он с неделю сохнет и белеет. Теперь лен готов - при изломе легко отделяется костра и остается чистое волокно. Окончательно мнем лен на деревянных зубчатых вальцах на дворе у богатого или, как здесь говорят, большого соседа.

Хотя в своем хозяйстве у нас дел немало, но старушка нет-нет да и сдает меня в аренду, кое-что, вероятно, за это получая. Так, два дня подряд я работаю у большого хозяина Лудита, километрах в семи от нас. Лудит, как здесь говорят, "серый барон" - полумужик-полупомещик, один из тех, кто вытеснили из Латвии исконных немецких баронов. Вид его очень внушителен. Это высокий, белый, сдобный мужчина, преисполненный чувства собственного достоинства. Его стодвадцатигектарное хозяйство поставлено образцово. Поля отлично ухожены, все коровы большого стада чистых пород; его хозяйство специализировано на производстве элитных семян.

На земле Лудит работает и сам, и держит двух постоянных батраков и батрачку - мать моего хозяина. Когда-то и Иван у него работал, но приятных воспоминаний об этом не сохранил. Батраки у Лудита, как я успел заметить, вышколены и никакой халтуры в работе не допускают. Вероятно, поэтому он и не берет пленных и всяких случайных работников. Только на время молотьбы приглашает небогатых соседей и их батраков. Сейчас таких приглашенных у него пятеро.

Работа у Лудита тяжелая. Собственная его молотилка работает быстро и без перебоев. Сначала мы молотим клевер, а затем тяжеленные снопы семенных стрелок сахарной свеклы, выращенной на семена. Таких тяжелых снопов из семенных стрелок сахарной свеклы не бывает ни у ржи, ни у пшеницы. На подачу снопов он поэтому своих батраков не ставит. Больше достается мне. Никаких отлучек или перекуров до обеда, от обеда до полдника и до вечера не допускается. Лишних людей нет, за правильным и безостановочным ходом работы неотступно наблюдает сам.

Обед здесь короткий, и отдыха после него не полагается. Правда, дело идет к осени, когда и дни тоже короче. Кончаем работу уже в полной темноте и идем на ужин. Ужин, как и обед, плотный. Кроме того, на ужин ставится два кувшина с самогоном. Всем наливают по стопке, через некоторое время - по второй. Сосед латыш наливает вторую и мне, но как только я за нее берусь, Лудит, сидящий во главе стола, срывается с места, выхватывает у меня стопку и выливает ее обратно в кувшин. Ну что ж, может быть, по нашим понятиям недостаточно деликатно, но зато экономно. Тем более, что я работник временный, ему не сосед. Любопытно, что я совершенно не испытываю чувства обиды. По-видимому, это чувство, как, вероятно, и другие общечеловеческие, может возникать не при всех обстоятельствах и по отношению не к каждому человеку.




Глава 9.

Иван - продолжение


Зарядили осенние дожди, а работать приходится много. Все нужно убрать до зимы. Хожу весь день мокрый и с мокрыми ногами. А ночью в сене сплю, как в согревающем компрессе. Все это, конечно, не поднимает настроения, и я злой, как черт. Достается от меня и животным, за которых меня потом мучает совесть, и хозяйке. Ругаю ее всякими словами, заимствованными из лагерного лексикона.

Однажды Тамара сказала, что на нашем сильно заболоченном лугу нужно выкосить траву, подросшую после сенокоса. Я, разумеется, поднял ругань и сказал, что косить в такую мокредь не буду. Старуха пригрозила пожаловаться в волость, чтобы пришли меня высечь. Молодая, не дожидаясь действия на меня экзекуции или угрозы ее, пошла к себе и выбросила мне в дверь почти новые Ивановы сапоги. Теперь все сразу наладилось. Я кошу сырой луг с постоянно сухими ногами, а на моросящий дождь не обращаю внимания. Косить мокрую траву легко, а чтобы она сохла, кладу ее на вешала. Это суковатые жерди, поставленные как каркас шалаша. Трава на таких вешалах-шалашах, пустых и продуваемых, даже во время частых осенних дождей высыхает и дает хорошее сено.

Однажды после ужина, сильно промокший за день, уже в полной темноте забираюсь к себе на сеновал над хлевом и под вздохи и звуки жевания коров сладко засыпаю. В сене под тулупом тепло. По крыше шуршит несильный дождь. Так проходит, вероятно, часа два. Вдруг сквозь сон чувствую, что меня кто-то ощупывает, и сразу просыпаюсь от сильного удара в ухо.

Спросонья вскакиваю и мимо какого-то человека прыгаю на землю. Тот сзади тоже сползает с сена и опять бросается на меня. Однако вырываюсь и в открытые ворота выбегаю на двор. Сейчас разъяснило и на дворе от полной луны светло. В напавшем на меня человеке узнаю нашего дальнего небогатого соседа - внештатного полицейского айсарга Яниса. Он высок, худощав, с немного поврежденной левой рукой, но очень сильный и жилистый человек.

Сейчас он с криком - вот, будешь знать, как так-то и так-то ругать свою хозяйку - бежит за мной, повторяя те самые вычурно непристойные слова, которыми я бранил хозяйку. Теперь понятно: это и есть та самая экзекуция, которая была мне обещана. Я бегаю от него вокруг хлева и сеновала, так как драться с полицейским, тем более наедине, слишком рискованно. Догнать меня ему не удается, так как я босиком и проворнее его. К тому же Янис пьяноват. Такая беготня его сердит. Он подбегает к забору и выдергивает из него кол.

Вдруг замечаю, что в тени под навесом крыши стоит кто-то еще. Вглядевшись пристальнее, вижу, что это хозяин. Сейчас не приходит в голову, зачем он здесь, почему зачастил домой. Пока Янис, провозившись с колом, поотстал, останавливаюсь и нарочито, чтобы прощупать ситуацию, ною:

- Посмотри, хозяин, какой непорядок. Я на тебя работаю, а он меня бьет.

В едва слышном ответе, произнесенном сквозь зубы, ничего, мол, не знаю, это дело твое, - улавливаю определенно одобряющие нотки. Такая позиция хозяина позволяет и мне изменить мою.

В ту же секунду из-за угла вылетает мой экзекутор и замахивается колом. Больше не отступая, увертываюсь от дубины, схватываю ее и выдергиваю. Отбросив ее в сторону, изо всех сил ударяю кулаком в лицо. Раздается сильный хряск; по кулаку чувствую, что угодил удачно. Янис опрокидывается на спину и, падая, сбивает стоящие на скамье у стены ведра и подойники. Все это со звоном и дребезжанием разлетается в стороны. С криком "Убью, застрелю" он вскакивает и, схватив дубину, бросается на меня. Но вдруг неожиданно успокаивается и подходит к хозяину.

Я стою в некотором отдалении. При ярком свете полной луны видна каждая щепка, но людей не вижу. Они стоят под навесом в густой тени. Так проходит несколько минут. Наконец меня зовет хозяин. Настороженно подхожу.


Все книги писателя Соколов Борис. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий