Библиотека книг txt » Нивен Ларри » Читать книгу Беззащитные мертвецы
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Нивен Ларри. Книга: Беззащитные мертвецы. Страница 1
Все книги писателя Нивен Ларри. Скачать книгу можно по ссылке s
Назад 1 2 3 4 5 6 7 8 Далее

Беззащитные мертвецы
Ларри Нивен




Ларри Нивен



«Беззащитные мертвецы»



Перевод с английского и примечания Т.Ю. Магакяна.




Мертвые лежали рядами под стеклом. Давным-давно, когда в мире было больше места, эти, наиболее древние, покоились каждый в своем отдельном гробу с двойными стенками. Теперь они были уложены плечом к плечу, примерно в хронологическом порядке, лицом вверх. Их черты ясно различались сквозь тридцатисантиметровый слой жидкого азота, зажатого между двумя толстыми полосами стекла.

В некоторых участках этого здания усопшие были одеты в парадные костюмы по моде двенадцати различных эпох. В двух длинных танках на следующем этаже покойники были приукрашены низкотемпературной косметикой, а иногда еще и замазкой телесного цвета, чтобы прикрыть раны. Странная традиция. Она продержалась только до половины прошлого века. В конце концов, эти усопшие планировали когда-нибудь вернуться к жизни. Повреждения тела должны быть легко заметны глазу.

С этими дело так и обстояло.

Все они происходили из конца двадцатого века. Выглядели они ужасно. Некоторых, жертв катастроф, явно нельзя было спасти, но согласно своим завещаниям, они тем не менее попали в морозильники. Каждый покойник был помечен табличкой, перечислявшей все, что было не в порядке с его умом и телом. Шрифт был столь древним и архаичным, что едва читался.

Изувеченные, изношенные, опустошенные болезнями, все они выглядели терпеливо-покорными. Их волосы, медленно распадаясь, лежали вокруг голов толстыми серыми полумесяцами.

– Люди привыкли называть их “мерзлявчиками” , замороженными мертвецами. Или же Homo snapiens . Можете представить, что произойдет, если кого-нибудь из них уронить.

Мистер Рестарик не улыбался. Эти люди находились на его попечении, и он серьезно относился к своему делу. Его глаза смотрели скорее сквозь меня, а не на меня. Одни части его одежды отстали от моды лет на десять, другие – на пятьдесят. Он сам, казалось, постепенно теряется в прошлом.

– Здесь их у нас более шести тысяч. Думаете, мы их когда-нибудь оживим? – спросил он.

Я был из АРМ , я мог знать.

– А вы как считаете?

– Иногда я размышляю над этим, – он посмотрел вниз. – Не вот этого, Харрисона Кона. Взгляните, он весь вывернут наизнанку. И не эту, с наполовину снесенным лицом. Если ее оживить, она будет растительным существом. Но более поздние выглядят не так уж плохо. Дело в том, что до 1989 года врачи могли замораживать только клинически мертвых.

– В этом не видно смысла. Почему?

– Иначе их обвинили бы в убийстве. Хотя на самом деле они спасали жизни, – он сердито передернул плечами. – Иногда они останавливали сердце пациента, а затем снова запускали его, чтобы соблюсти формальности.

Да уж, куда как разумно. Я не осмелился рассмеяться вслух.

– А как насчет него? – указал я пальцем.

То был поджарый мужчина лет сорока пяти, вполне здоровый на вид, без следов, оставленных смертью или увечьями. Длинное худое лицо все еще сохраняло повелительное выражение, хотя глубоко посаженные глаза были почти закрыты. За слегка раздвинутыми губами виднелись зубы, выпрямленные на древний манер скобками.

Мистер Рестарик глянул на табличку.

– Левитикус Хэйл, 1991. О да. Хэйл был параноиком. Должно быть, он стал первым замороженным по этой причине. И они угадали правильно. Оживив, мы смогли бы его вылечить.

– Если б оживили.

– Такое удавалось.

– Конечно. Мы потеряли только одного из трех. Он, наверное, и сам рискнул бы при таких шансах. Впрочем, он ведь сумасшедший.

Я окинул взглядом ряды длинных азотных танков с двойными стенками. Помещение было огромным и гулким. И это был только верхний этаж. Склеп Вечности углублялся в не подверженное землетрясениям скальное основание на десять этажей.

– Говорите, шесть тысяч? Но ведь Склеп был рассчитан на десять тысяч, не так ли?

Он кивнул.

– Треть пустует.

– И много у вас клиентов в нынешние времена?

Он рассмеялся.

– Шутите. Никто сейчас не самозамораживается. А то еще может проснуться по кусочкам!

– Вот и я об этом размышляю.

– Еще лет десять назад мы подумывали вырыть новые залы. Все эти свихнувшиеся подростки, совершенно здоровые и давшие себя заморозить, чтобы проснуться в прекрасном новом мире… Мне пришлось наблюдать, как приезжают кареты скорой помощи и забирают их на запчасти! С тех пор, как прошел Закон о Замораживании, мы опустели на треть!

Эта история с детьми была действительно дикой. Не то причуда, не то религия, не то безумие. Только затянувшееся слишком надолго.

Дети Заморозков. Большинство из них представляли собой типичные случаи аномии . Подростки, ощущающие себя затерянными в неправильном мире. История учила их (тех, кто слушал), что раньше все было намного хуже. Возможно, они думали, что мир идет к совершенству.

Некоторые рискнули. Каждый год их было немного; но это тянулось с тех самых пор, когда состоялись первые удачные эксперименты по размораживанию, то есть за поколение до моего рождения. Это было лучше, чем самоубийство. Они были молоды, здоровы, они имели куда лучшие шансы на оживление, чем стылые изувеченные трупы. Они были плохо приспособлены к своему обществу. Почему бы не рискнуть?

Два года назад они получили ответ. Генеральная Ассамблея и всемирное голосование ввели в действие Закон о Замораживании.

Среди покоящихся в ледяном сне были такие, которые не позаботились создать для себя попечительский фонд, или выбрали не тех попечителей, или вложили деньги не в те акции. Если б медицина – или чудо – оживили их сейчас, они оказались бы на государственном содержании, без денег, без полезного образования и, примерно в половине случаев, явно без способностей выжить в каком бы то ни было обществе.

Находились ли они в ледяном сне или в ледяной смерти? С юридической стороны тут всегда была неопределенность. Закон о Замораживании внес некоторую ясность. Он объявил, что любой человек, погруженный в замороженный сон и, буде общество решит вернуть его к жизни, не способный обеспечить себя материально, юридически мертв.

И третья часть замороженных мертвецов в мире, сто двадцать тысяч из них, отправились в банки органов.

– А тогда вы тоже тут работали?

Старик кивнул.

– Я почти сорок лет посменно работаю в Склепе. Я видел, как скорая помощь увезла три тысячи моих людей. Я думаю о них как о моих людях, – добавил он, как бы обороняясь.

– Закон, видимо, не в состоянии решить, живы они или мертвы. Думайте о них как вам угодно.

– Люди, которые мне доверились. Что сделали такого эти Дети Заморозков, что их стоило убить за это?

Они хотели отоспаться, пока другие гнут спину, чтобы превратить мир в рай, – подумал я. Но это не тяжкое преступление.

– Их некому было защитить. Некому, кроме меня, – тянул он свое.

Миг спустя, с видимым усилием, он вернулся к настоящему.

– Ладно, оставим это. Что я могу сделать для полиции ООН, мистер Хэмилтон?

– О, я здесь не как агент АРМ. Я здесь только для того, для того…

К дьяволу, я и сам не знал этого. Меня потряс и заставил придти сюда выпуск новостей.

– Они намереваются внести еще один законопроект о замороженных, – сказал я.

– Что?

– Второй Закон о Замораживании. Касательно другой группы. Общественные банки органов, должно быть, опять опустели, – произнес я с горечью.

Мистера Рестарика буквально трясло.

– О, нет. Нет. Они не могут опять это сделать. Они не имеют права.

Я взял его за руку – то ли чтобы успокоить, то ли чтобы поддержать. Он готов был потерять сознание.

– Может быть, они и не сумеют. Первый Закон о Замораживании, как предполагалось, должен был остановить органлеггерство , но этого не случилось. Может быть, граждане проголосуют против.

Я ушел сразу же, как только это позволили приличия.



Второй Законопроект о Замораживании продвигался неспешно, не встречая серьезного сопротивления. Кое-что из хода событий я улавливал по ящику. Тревожно большое число граждан осаждало Совет Безопасности петициями о конфискации того, что они именовали “замороженными трупами значительного числа людей, душевнобольных к моменту смерти. Фрагменты этих трупов, возможно, могут быть использованы для замены остро необходимых органов…”

Они никогда не говорили, что упомянутые трупы когда-нибудь могут стать живыми и полноценными людьми. Зато они часто говорили, что упомянутые трупы нельзя безопасно вернуть к жизни сейчас; и они брались доказать это при помощи экспертов; и у них была тысяча экспертов, ожидающих своей очереди.

Они никогда не говорили о возможности биохимического лечения душевных расстройств. Зато они рассуждали о генах, скрывающих безумие, и о том, что миру вовсе не требуется такое число новых душевнобольных пациентов.

И они постоянно упирали на нехватку пересадочного материала.

Я уже почти бросил следить за выпусками новостей. Я состоял в АРМ, полицейских силах ООН, и не мое дело было лезть в политику.

Это и не было моим делом, пока, одиннадцать месяцев спустя, я не наткнулся на знакомое имя.



Тэффи наблюдала за посетителями. ЕЕ притворно-скромный вид меня не обманывал. Тайное ликование сверкало в ее карих глазах. Каждый раз, приподнимая десертную ложечку, она бросала взгляд в левую сторону.

Из опасения разоблачить ее я не стал смотреть в том направлении. Полно, мне нечего от вас скрывать: я не интересуюсь теми, кто сидит в ресторане за соседними столиками. Вместо этого я зажег сигарету, переложил ее в мою воображаемую руку (вес слегка надавил на мое сознание) и откинулся в кресле, наслаждаясь окружением.

Хай-Клиффс – это огромный пирамидальный город, расположенный в северной Калифорнии. Строительство его еще не закончено. “Мидгард” находится на первом торговом уровне, близ сервисного ядра. Окон, выходящих наружу, нет; их отсутствие в ресторане возмещается примечательными пейзажными стенами.

Изнутри “Мидгард” кажется расположенным где-то посередине ствола грандиозного дерева, простирающегося от Ада к Небесам. На ветвях дерева, в удалении, идет вечная война между воинами необычных обликов и размеров. Иногда показываются твари размером с целый мир: волк нападает на луну, спящий змей обвивает ресторан, или вдруг глаз любопытной коричневой белки закрывает целый ряд окон…

– Разве это не Холден Чемберс?

– Кто?

Имя казалось смутно знакомым.

– За четвертым столиком от нас, сидит один.

Я глянул. Он был высок и тощ, намного моложе, чем обычные посетители “Мидгарда”. Длинные светлые волосы, слабый подбородок – он был из тех людей, которым стоило бы отпустить бороду. Я был уверен, что никогда с ним не встречался.

Тэффи нахмурилась.

– Любопытно, почему он обедает один. Может, кто-то не пришел на свидание?

Тут у меня щелкнуло в голове.

– Холден Чемберс. Дело о похищении. Несколько лет назад кто-то похитил его и сестру. Одно из дел Беры.

Тэффи отложила ложечку и с недоумением посмотрела на меня.

– А я и не знала, что АРМ занимается делами о похищениях.

– Мы и не занимаемся. Похищения – это локальные проблемы. Но Бера подумал…

Я остановился, потому что Чемберс неожиданно посмотрел прямо на меня. Он выглядел удивленным и обеспокоенным.

Только сейчас сообразив, насколько грубо я на него пялюсь, я с раздражением отвернулся.

– Бера подумал, что в деле может быть замешана шайка органлеггеров. Некоторые их банды в тот период обратились к похищениям, после того как Закон о Замораживании отнял у них рынки. А Чемберс по-прежнему смотрит на меня? – я ощущал его взгляд затылком.

– Ага.

– Интересно, почему.

– И вправду интересно.

Тэффи, судя по ее улыбке, явно знала, что происходит. Помучив меня еще секунды две, она сказала:

– Ты демонстрируешь фокус с сигаретой.

– Ох, в самом деле.

Я переложил сигарету в руку из плоти и крови. Глупо забывать, насколько это может поразить: сигарета, карандаш или стакан бурбона, парящие в воздухе. Я сам применял это для шокового эффекта.

Тэффи продолжала:

– В последнее время его без конца показывают по ящику. Он восьмой по порядку мерзлявчиков наследник в мире. Ты не знал?

– Мерзлявчиков наследник?

– Ты знаешь, что означает слово “мерзлявчик”? Когда в первый раз открыли склепы для замороженных…

– Знаю. Я не подозревал, что это слово опять начали употреблять.

– Да это неважно. Главное состоит в том, что если пройдет второй Законопроект о Замораживании, почти триста тысяч мерзлявчиков будут объявлены формально мертвыми. У некоторых из этих замороженных водились денежки. Теперь они отойдут их ближайшим родственникам.

– Ого! И у Чемберса где-то в склепе имеется предок?

– Где-то в Мичигане. У него было какое-то странное имя, в библейском духе.

– Часом, не Левитикус Хэйл?

Она воззрилась на меня в потрясении.

– Слушай, какого блипа тебе это известно?

– Просто стукнуло в голову.

Я и сам не мог понять, что заставило меня произнести это имя. Покойный Левитикус Хэйл имел запоминающееся лицо и запоминающееся имя.

Странно, однако, что я ни разу не подумал о деньгах, как о мотивации второго Законопроекта о Замораживании. Первый Закон касался только обездоленных Детей Заморозков.

Вот люди, которые, вероятно, не смогут приспособиться ни к каким временам, когда бы их не оживили. Они не могли приспособиться даже к своему собственному времени. Большинство из них не были даже больны, у них не было даже этого оправдания для бегства в туманное будущее. Часто они оплачивали друг другу места в Склепе Замороженных. Если их вернут к жизни, они будут нищими, безработными, неспособными к образованию ни по нынешним, ни по любым будущим стандартам, вечно недовольными.

Молодые, здоровые, бесполезные для общества и самих себя. А банки органов все время пустуют…

Аргументы в пользу второго Законопроекта о Замораживании отличались ненамного. Мерзлявчики второй группы имели деньги, но представляли собой сплошных психов. О да, сейчас большинство видов душевных болезней излечивается фармакологически. Но воспоминания о безумии, привычный образ мыслей, порожденный паранойей или шизофренией – все это останется, все это будет требовать психотерапии. А как лечить этих мужчин и женщин, чей жизненный опыт отстал на сто сорок лет?

А банки органов все время пустуют… Конечно, я все понимал. Граждане хотели жить вечно. Однажды они доберутся и до меня, Джила Хэмилтона.


Назад 1 2 3 4 5 6 7 8 Далее

Все книги писателя Нивен Ларри. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий