Библиотека книг txt » Николаев Константин » Читать книгу Брачный сезон
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Николаев Константин. Книга: Брачный сезон. Страница 5
Все книги писателя Николаев Константин. Скачать книгу можно по ссылке s

марш-бросок до аптеки? С передышками у булочной и прачечной? Как ни крути, надо
жениться.

– Станция «Красногвардейская». Конечная. Поезд дальше не идет. Просьба
освободить вагоны.

– Не забывайте в поезде свои бомбы, – мрачно выговорил брюнет металлическим
дикторским голосом.

Я мельком глянул на его роскошную, а-ля Элвис Пресли, шевелюру и вдруг
вспомнил. Такие же волосы были у Витальки Рыбкина, моего однокашника, будущего
учителя черчения. Да и морда у брюнета была Виталькина. Такая же наглая.

– Виталька! – заорал я, и мой голос заметался под низким потолком станции.
– Рыбкин!

Брюнет вальяжно обернулся и принялся разглядывать меня, как диковинное
насекомое. Через некоторое время он с сомнением произнес:

– Арсюшка?

– Он самый! – с готовностью подтвердил я.

– Да тебя, брат, не узнать. Постарел.

Ну вот тебе на! Услышать такое от бывшего лучшего друга. Впрочем, мы ведь
мужики. Чего обижаться...

– А ты вроде как даже помолодел.

Я с горечью оглядел его дубленку. Мое зимнее пальтецо, пылившееся в шкафу в
ожидании зимы, внезапно вызвало у меня приступ ярости.

– Откуда это ты в такую рань? – поинтересовался Рыбкин.

– С работы, – нехотя ответил я. – А ты?

– А я от бабы, – вздохнул мой бывший друг. – Вот, отправил жену отдыхать.
Теперь развлекаюсь. До того доразвлекался, что до метро докатился, – попытался
он скаламбурить и добавил: – Даже на тачку денег не хватило... А ты где ж
работаешь? На заводе, что ли? В ночную?

– Да нет, в школе...

И тут Виталька захохотал. Отсмеявшись, он выдавил:

– Ну ты, старик, даешь! Позволь снять шляпу. Значит, разумное, доброе и –
как его там – вечное? Что, совсем жизнь ни к черту?

«А действительно, – подумал я, – почему я до сих пор в школе? Работа эта
мне не нравится, денег не платят...»

Виталька продолжал:

– Вот что, старик, хочешь ко мне, на фирму? Помогу по старой дружбе.
Многого, конечно, не обещаю. Но баксов четыреста в месяц выжмешь...

– А что у тебя за фирма? Какие-нибудь проекты? Чертежи? – предположил я,
вспомнив, что Рыбкин учился на учителя черчения.

– Чертежи, – подтвердил мой бывший друг. – Причерчиваем нолики к своим
кошелькам. Шутка! Жратвой я теперь торгую, старикан. Жратвой... Кетчуп наш
народец внезапно полюбил. Вот такая штука!

Мы с Виталькой вышли из метро и автоматически двинулись в одну сторону.
Рыбкин оказался моим соседом. Как ни странно, он обитал в доме напротив.

– Слушай, старик, – сказал Виталий, когда мы уже собрались расходиться, – а
не взбрызнуть ли нам встречу? Тем более мне требуется малость подлечиться, – он
с сомнением пощупал мешки под глазами.

Я с таким же сомнением ощупал рубли в своем кармане. После покупки цветов
их оставалось не так уж много. Виталька уловил этот жест и хлопнул меня по
плечу:

– Не бухти, старикан, у меня все имеется.

Мы поднялись в жилище торговца кетчупом. Виталька плюхнулся на кожаный
диван и схватил пульт со стеклянного столика. По экрану телевизора заплясали
голые девицы. «Не прошло и часа, – подумал я, – и вот опять эротические сцены».

– Пошеруди-ка там, в баре, – томным голосом протянул Рыбкин.

Я открыл дверцу и достал початую бутылку «Мертеля», шоколадку и засохший
лимон.

– Давай по-холостяцки, – предложил мой старый друг, расплескивая коньяк
мимо стаканов.

После второго стакана в квартире наступило некоторое оживление.

– А что, иди ко мне на точку! – голосил Виталька. – Ты ведь, наверное,
единственный со всего курса, кто в учителя подался. Ленка Михеева с
изобразительного – маникюрша. Ногти накладные бабам приделывает. Между прочим,
неплохо зарабатывает... Павлик Безкоровайный из историков тоже куда-то
продвинулся. Все, в общем, устроились... А ты? Арсюш? Прямо жалко глядеть! –
Рыбкин уже готов был прослезиться. Вот они, старые дрожжи! – Давай из тебя
первоклассного оптовика сделаю, а?

Но мне что-то не улыбалось становиться оптовиком, пусть даже и
первоклассным.

– Да ладно тебе, Виталь, – отозвался я дружелюбно, – как-нибудь пробьюсь.
Ты мне лучше вот что скажи, – голос мой звучал уже довольно пьяно. – Как у тебя
с бабами-то? По-прежнему?

– А что, старичок, хочешь вспомнить наши сабантуйчики? Тогда лови момент,
пока моя далеко. Ты-то, кстати, женат?

– Вот об этом-то и речь, – я ухватился за Виталькину мысль и принялся
развивать идею мадам Колосовой. – Нет ли у тебя кого-нибудь на примете?

– Ого! – удивился мой собутыльник и уже более твердо плеснул в стаканы
«Мертель». – Вот, значит, как у нас серьезно. Что ж, старичок, поможем, поможем.

Он деловито покопался в кармане дубленки, брошенной тут же, на диване, и
извлек на свет божий видавшую виды записную книжку.

– Есть тут у меня одна, – пробормотал Рыбкин, листая книжицу. – Все
мучается. Мужики-то у нас на фирме, можешь себе представить, какие. – Я с
сомнением посмотрел на Виталькину шевелюру и лоснящиеся щеки. – А ей
поинтеллигентней подавай. Вроде тебя. Сам бы женился, ей-богу, да, понимаешь, не
могу.

Виталька откинулся на диване и слабеющей рукой указал на портрет какой-то
рыжухи с брильянтами, висящий на стене.

Но оказалось, что мой собутыльник откинулся не только за тем, чтобы
перевести мой блуждающий взгляд на изображение жены. Рыбкинская рука описала
плавную дугу и упала на спинку дивана, где покоился мобильник.

– Так! – пропыхтел стареющий Элвис Пресли. – Сейчас мы ее...

И Виталька начал пищать телефонными кнопками, то и дело сверяясь со своей
потрепанной книженцией.

– У аппарата, – проревел он вместо приветствия. Видимо, связь была
установлена. – Позови-ка мне, милая, Ларису Михалну. – И потом, спустя какое-то
время: – Лара, привет. Как дела?.. Сейчас я тебя огорчу... Завтра в семь –
деловое совещание... У меня дома... Ты как, сможешь? – спросил он меня шепотом.

– Утра? – не понял я.

– Дубина, вечера!

– Могу...

– Ну пока, целую. – Виталька бухнул трубку на диван и проворчал: – Чего не
сделаешь ради боевого товарища. Но только, чтобы завтра в семь. Как штык!




Глава 6

Работа над ошибками


На родительское собрание я все-таки опоздал. Но не намного.

Я вошел в класс, и на меня воззрились десятки родительских глаз. Почти
таких же неумных, как и у моих учеников, то есть их детей. Собрание было
плановое. Стало быть, я, как классный руководитель, должен был доложить
родителям об успехах и неуспехах их отпрысков.

Придя в иное время на столь ответственное мероприятие подшофе, я бы,
наверное, изрядно поволновался. И постарался бы не выдать своего состояния.

Но сегодня от меня, как от моего друга Элвиса Пресли, попахивало дорогим
коньяком. Правда, дорогим одеколоном не попахивало. Но не беда.

Под пристальным вниманием пращурских глаз я открыл журнал и хотел было уже
начать разглагольствовать – по списку – о положительных качествах и недостатках
моих учащихся.

Но дружеские посиделки с Виталием Рыбкиным все-таки взяли свое. Предки моих
подопечных напряглись. Особенно те, чьи фамилии начинались на «А». Я сглотнул
набежавшую коньячную слюну и несколько официальным тоном заявил:

– Вопреки сложившейся традиции начинать разговор строго по алфавиту, я
предлагаю всем собравшимся легкое нововведение. А именно: поговорить по существу
вопроса, отметив при этом два, так сказать, полюса нашего учебного процесса.
Рассмотрим самого лучшего и, соответственно, самого худшего учащегося из
вверенного мне учебного коллектива...

Уф! Вот загнул так загнул. И откуда только такие обороты в голову пришли?
Это все Виталька. Вернее, его «Мартель».

Однако родители были явно ошарашены моим коротким вступлением. Несколько
мамаш в первых рядах (среди которых, я отмечал это на каждом собрании, одна была
очень даже ничего) испуганно вытаращились на меня, приоткрыв рты. Как рыбы на
Луне.

Но я бойко продолжал свой спич:

– Итак, вопреки всеобщим ожиданиям, сегодня, если мне будет позволено... –
ну прямо-таки профессор из Сорбонны, ни больше ни меньше, – сегодня я начну не с
первой буквы нашего, всеми горячо любимого алфавита – то есть буквы «аз», – а с
двадцать пятой буквы вышеозначенной азбуки. То бишь с «ша»...

Родители, чьи фамилии начинались на «Ш», послушно заерзали за партами.

– А начнем мы с этой замечательной буквы именно потому, что именно с нее
начинается всем известная в определенных, но достаточно пока узких, кругах
фамилия нашей отличницы Шурочки Шаес, которая...

Я заметил, как на «камчатке» разгорается красноватый огонек. Это было
интеллигентное лицо поволжско-немецкого папаши нашей отличницы.

Но закончить этот великолепный сложносочиненный период мне не удалось.
Подобно порыву степного ветра, в класс ворвалась наша историчка Римма
Игнатьевна, по совместительству – завуч.

– Арсений Кириллович! – завопила она. – Ну, слава богу, слава богу! Вы все-
таки явились. А я уж хотела сама провести...

– У меня были достаточно веские причины, – заявил я и хотел было выдать еще
одну замысловатую тираду, но в последнюю секунду передумал и закончил: – Для
опоздания.

– Ну, надеюсь, ваши причины были настолько же вески, как причины Столетней
войны, – взобралась историчка на своего любимого троянского конька.

– Предпосылки, правда, были незначительны, – подыграл ей я. – Но вот
следствие вы можете наблюдать собственными глазами.

– Не буду мешать, не буду мешать! – В глазах ее блеснула сумасшедшинка, и
Римма Игнатьевна на своих слоновьих цыпочках попыталась тихо выбраться из
класса. Это у нее почти получилось, вот только дверь захлопнулась с таким
грохотом, что раскрасневшийся герр Шаес невольно вздрогнул.

– Итак, на чем мы остановились? – Нет, ритм мой был безнадежно сбит.

– На букве «ше», – подленько прошипел кто-то из первых рядов. По-моему, это
была та самая хорошенькая мамаша.

И тут случилась роковая ошибка. Я напрочь забыл, с кого я хотел начать. С
хулиганов или с отличников?

– На «ша»! – громко поправил я. – То бишь на Александре Шаес. На «ша», —
повторил я ледяным голосом и тут же сорвался на гитлеровский крик: – Я выгоню
этого мерзавца из школы! Я переведу его в самое гнусное ПТУ района! К таким же
подонкам и негодяям с грязью под ногтями и постоянным перегаром!

Лицо родителя отличницы Сашеньки Шаес разгоралось все ярче. Но пока он,
кажется, не понимал, что все вышесказанное относится именно к его дочери. А я,
все более накаляясь, продолжал:

– Где это отребье?! Где оно?! Я хочу заглянуть в его подлые глаза! – Я имел
в виду кого-нибудь из родителей пригрезившегося мне хулигана. Но г-н Шаес не
подавал признаков своего присутствия. – Кто осмелился породить Шуру Шаес? Я хочу
видеть этого человека!

Только тут с заднего ряда поднялся щупленький интеллигентный папа.

– Я... – робко сказал он. – Но, Арсений Кириллович, у меня же дочь. И к
тому же отличница... Я вообще не понимаю, о чем тут...

Но я неумолимо прервал отца:

– Не имеет значения! – и, выйдя из-за кафедры, двинулся по проходу.

Подойдя вплотную к отцу отличницы, я доверительно возложил руку на его
плечо. Он вздрогнул.

– Послушай, – тихо сказал я, – тебя как зовут?

– Михаил...

– А меня можешь звать Арсений... Так вот, Миша, ты что, не можешь всыпать
ей как следует?

– Но вообще-то я не бью свою дочь, – испуганно возразил герр Шаес, – да и
было бы за что... Я не понимаю...

Однако я снова не дал ему договорить.

– Ну так и врежь ей, чтоб чертям стало тошно! – опять заорал я. – Сними с
крюка матросский ремень и вмажь! Чтоб якоря пониже спины пошли!

При чем тут матросский ремень и какое он имеет отношение к интеллигентному
герру Шаесу, я до сих пор не могу объяснить. Тем не менее, вполне довольный
«прочисткой», я отошел от папы отличницы и опять взгромоздился на кафедру.
Казалось, остальные родители также остались довольны спектаклем. Некоторые
мамаши взирали на меня с восхищением.

Я перевел дух и наконец осознал свою ошибку. Однако исправлять ее было бы
совсем уж глупо.

– А теперь мы обратимся к кандидатурам еще более мерзких типов. – По залу
(вернее, по классу) прокатилась волна. – И среди этих кандидатур я хочу отметить
Владимира Еписеева, двоечника и бандита...

Распахнулась дверь, и в класс вновь влетела Римма Игнатьевна.

– Арсений Кириллович! – Она подкатилась ко мне мохеровым шариком и
заглянула в мои нетрезвые зрачки. – Вы так кричали. Что-то случилось?

– Ничего, ничего, Римма Игнатьевна, – развел я руками и широким жестом
охватил пригнувшиеся головы родителей. – Вы же понимаете, идет собрание...

Историчка проследила за кривой дугой, которую описала моя рука, и осталась
довольна этим зрелищем. Виноватые лица родителей, частенько донимавших учебную
часть непомерно высокими требованиями к качеству образования, привели ее в


Все книги писателя Николаев Константин. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий