Библиотека книг txt » Николаев Константин » Читать книгу Брачный сезон
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Николаев Константин. Книга: Брачный сезон. Страница 28
Все книги писателя Николаев Константин. Скачать книгу можно по ссылке s


Этой же ночью, как только мы покончили с преферансом, я решил
воспользоваться методом месье Бега и скрылся в своей каморке. Провожать Анюту
Веточкину пришлось французу, которому приписывали изощренную любовь к лопатам и
крутой нрав. Нрава он был как раз самого что ни на есть тихого и безобидного.

Ранним утром заявилась Анюта.

– Что, все кончено, да? – осведомилась она. – Поматросил и бросил?

Я удивился.

– Разве я тебя матросил? Так, провожал до дома. Не одной же тебе идти?

– Не матросил, говоришь? – разозлилась Анюта. Щеки ее порозовели. – А если
у меня будет ребенок? Что ты тогда скажешь?

– Скажу, что я очень рад, и поздравлю.

– А если я скажу, что ребенок от тебя? – неожиданно выпалила она.

– Насколько мне известно, – осторожно ответил я. – От поцелуев, да еще на
морозе, дети на свет не появляются. Или я ошибаюсь?

Мадемуазель Веточкина, которой, судя по всему, не терпелось стать мадам
Васильевой и уехать в столицу, нервно переступила с ноги на ногу. Ее лицо
выражало целую гамму чувств. От полной растерянности до неимоверной наглости. На
последнем она и остановилась.

– Да ни один суд в мире, – объявила Анюта, – не оставит в беде мать-
одиночку! Так что либо женись, либо плати алименты!

И эту хищницу я провожал до дома и даже целовал! Будь ее воля, она бы
вырвала эти самые алименты прямо сейчас, до рождения мифического ребенка. А в
том, что ребенок мифический, я ничуть не сомневался.

– Пожалуй, на алименты и уйдет вся моя зарплата, – усмехнулся я.

– А кто ты по профессии? – запоздало поинтересовалась Анюта и подозрительно
понюхала морозный воздух.

– Учитель, – просто ответил я и добавил: – К тому же безработный.

Лицо селянки стало пунцовым. Она прикусила пухлую губу.

– Так бы сразу и сказал! Тоже мне профессия. Ты бы еще комбайнером
назвался...

– Такая молодая и уже такой снобизм, – пожурил я девушку.

Слова «снобизм» она не поняла, зато очень хорошо поняла другое – взять с
меня нечего.

Для острастки я хотел было добавить еще, что меня преследует банда
Мухрыгина-Дренделя, но не стал. И сказанного было вполне достаточно.

Анюта развернулась и потопала по тропинке между сугробами. К чистенькому
домику месье Бега, окруженному тщательно подстриженными и укутанными мешковиной
липками и кустами роз. Наверное, решила передать права – а скорее, обязанности –
на отцовство французу. Бедный Альфред. Не видать ему теперь ни подставочек для
яиц, ни ночного преферанса в теплице. На своих газонах за лето он зарабатывал
неплохо: не только хватало на беззаботную зимнюю жизнь, но ухитрялся еще и
откладывать на машину. Не видать теперь и машины! Аннет, как на французский
манер Альфред называл Анюту, так просто его не отпустит.

Это происшествие выбило меня из колеи. Я затосковал. И потерял интерес к
преферансу.

– Дай хоть отыграться, – увещевал меня угодивший в женские сети Альфред.

Анюта наверняка наседала на него, а француз должен был мне около десяти
гектаров земли.

– Я тебе прощаю, – вяло отбивался я. – Считай, что ты мне ничего не должен.

– Ну как же, – не соглашался месье Бега и по-мушкетерски грассировал: –
Карррточный долг – долг чести!

Однако продолжать игру я отказался наотрез. Анюта тоже перестала посещать
теплицу. Компания распалась. Осознав это, Афанасий Никитич занялся своими
кактусами и почти не разговаривал со мной. Однако я чувствовал, что в голове
старика засела мысль женить меня на своей внучке. Моей лучшей подруге.

О Катьке я, конечно, грустил. Но не очень сильно. Все-таки когда-нибудь я
ее снова увижу. Гораздо сильнее я тосковал по Марии Еписеевой. Ее я никогда
больше не увижу. И не ходить нам вместе в музей, и не есть мне огурцы из
трехлитровой банки в ее небольшой квартирке. Даже о Машином сыне, хулигане
Еписееве, я думал с нежностью. Он, по большому счету, не так уж плох. Дни я
проводил лежа на топчане лицом вниз. Изредка выбирался на прогулки, каждый раз
страшась встретиться с Анютой.

Однажды утром, когда мадемуазель Веточкина отправилась торговать газетами в
электричках, я рискнул выйти на улицу. Побрел меж домов, уныло разглядывая
желтые собачьи меты на сугробах. Читая эти иероглифы, вышел за околицу и
остановился под щитом с надписью «Путь к рассвету». Я с тоской смотрел туда,
где, по моим представлениям, находилась Москва, и размышлял, что жизнь моя
близится к закату.

Неожиданно мое внимание привлекла крошечная фигурка. Она двигалась по
направлению к деревне. Где-то я ее уже видел. Сначала я подумал, что это Анюта,
и попытался укрыться за щитом. Но потом присмотрелся внимательнее. Знакомая
дубленка. Веточкина обычно щеголяет в тулупе, крест-накрест перевязанном
платком. И в валенках. Эта же дама с трудом ковыляла по сугробам. И виной тому –
модельные сапожки городской жительницы. Бог мой! Да это же... Это же Маша!

– Машенька! – выдохнул я и ринулся навстречу судьбе. К закату.




Глава 36

Профессия – следователь


Мы замерли посреди поля, как скульптурная группа «Мать и дитя». Я стоял на
коленях, а мадам Еписеева гладила мою непокрытую голову руками в шерстяных
перчатках. За время, проведенное мной у Афанасия Никитича, она ничуть не
изменилась. Только ее синие глаза смотрели теперь куда более ласково и...
осмысленно, что ли.

– Ну вставай, а то простудишься, – сказала Маша. – Собирай вещи. Поехали.

– Постой... – задохнулся я, – как же ты меня нашла? Ведь я никому...

Неужели она знает обо всех моих неприятностях?! Как стыдно... Должно быть,
в ее глазах я последний трус. А еще обещал защитить ее от динозавра. Но и как
приятно, черт возьми! Как же я ей благодарен и как же я... люблю ее.

– Для любящего сердца нет никаких препятствий! – напыщенно ответила мадам
Еписеева.

Значит, и она меня любит! Наверняка, выбежав из театра и выбросив мои
цветы, Мария сотню раз пожалела об этом.

– Значит, ты на меня больше не обижаешься?

Мария отряхнула с дубленки снег.

– Сначала я очень обиделась, – задумчиво проговорила она и резко добавила:
– Все-таки это свинство с твоей стороны – позвал женщину в театр, а сам
напропалую принялся кокетничать с какими-то шалавами!

– Да вовсе она не шалава! – пробормотал я. – И не ко...

– Лучше уж помолчи! – отрезала Маша и ухватилась за рукав моей телогрейки.
– Так вот, – продолжала она, – вернулась я домой, вся злая, в слезах. День
проходит, другой, а ты не звонишь и не звонишь. Ты ведь всегда звонишь, если
чувствуешь себя виноватым.

Я энергично затряс головой.

– Вот я и подумала: а может, с тобой что стряслось... Подождала еще денек и
позвонила сама. А у тебя никто не подходит. После работы поехала к тебе, а ты и
дверь не отпираешь!

– Как? Разве дверь не выбита? – удивился я, вспомнив газетное сообщение о
налете на мою квартиру.

– А почему она должна быть выбита? – в свою очередь удивилась мадам
Еписеева.

– Ну как же? Меня ведь убить хотели, даже квартиру всю разгромили. Я сам в
газете читал. Зачем же я, по-твоему, здесь скрываюсь столько времени?

Машины глаза изумленно расширились. Мы уже миновали дом Афанасия Никитича,
но я решил не останавливаться, пока не выясню все до конца.

– А я подумала, что ты просто захотел отдохнуть. Дверь твоя на месте. Никто
ее не выбивал... Да и тебя, вижу, пока не убили. С чего это тебе в голову
взбрело?

Пришлось рассказать Маше об ограблении, о Мухрыгине и его угрозах. Она с
минуту пристально смотрела на меня, подозревая, что я шучу, но, убедившись в
обратном, звонко расхохоталась.

– Ну вы... мужики... даете! – с трудом выговорила она. – Один, значит,
наплел с три короба про бандитов и про месть, а другой поверил и скрывается в
глуши неизвестно сколько времени! Да уж, такого я не ожидала! Мухрыгина твоего
давным-давно уволили.

Я покраснел, хотя кое-какие сомнения у меня еще оставались.

– Меня тоже уволили.

– Это я знаю, – отрезала Мария и тут же добавила, чуть помягче: – Вот и
хорошо, что уволили. Займешься чем-нибудь дельным. А то что это за работа такая
– учитель. Не мужское занятие. Больше для старушек да для девиц незамужних
подходит. Хочешь, я тебя к нам устрою? В отель? Секьюрити. – Она поспешно
пояснила, заметив, как поползли вверх мои брови: – Охранником. У тебя фактура
подходящая.

– Погоди, – отмахнулся я. – А откуда ты знаешь о Мухрыгине? Да и обо мне
тоже?

– Ну ты же не дал мне договорить. Про какие-то выбитые двери начал
допытываться.

Мы дошли до конца деревни, сделали плавный разворот и зашагали в обратную
сторону.

– Как я поняла, что тебя нет дома? – продолжила свой неспешный рассказ
мадам Еписеева. – Первым делом обзвонила все больницы и морги: а вдруг ты
повесился сгоряча? Но ни в больницах, ни в моргах тебя не оказалось. Тогда
отправилась я в школу. А там толстая такая бабенка и говорит мне, – Мария
подбоченилась и пропищала ехидным голоском: – Он уволен еще неделю назад.

– Это Римма Игнатьевна, – вздохнул я.

– Вот-вот, – подтвердила Маша. – Ну я тогда стала выпытывать у нее, что да
как. А у вас там все такие оглашенные бегают! Прямо как у нас в отеле перед
приездом какого-нибудь лорда! Словом, все на ушах стоят. И все бабы вокруг
какого-то типа вьются. Он еще на Алена Делона похож. С трубкой...

– Это Хренов, – догадался я.

– Может, и Хренов, – мадам Еписеева зябко поежилась. – Я поняла, что толку
от твоих коллег не добьешься, да тут наткнулась на девчушку глазастенькую. Она
все у кактуса курила да на этого Хренова Делона таращилась.

– Это Марианна Александровна...

– Вот она-то и рассказала мне про тебя.

– Что же она могла рассказать? – Я стал судорожно припоминать, какой
компромат мог сгоряча выдать англичанке.

– Да ничего особенного, – ответила Маша с сожалением. – Она дала мне
телефон этого, как его... – Маша запнулась, – ну еще ученый такой был, лебеду с
клубникой скрещивал...

– Тимирязев, – догадался я. – Только у Леньки фамилия с мягким знаком.

Ленькин телефон я действительно давал Марианне года полтора назад.
Тимирязьев тогда подрабатывал третьим запасным саксофоном у голубоватого
американца.

– Гомик-то он, конечно, гомик, – говаривал мой друг, – но мы его любим не
за это!

Американец оказался каким-то известным певцом. Я даже побывал на его
концерте. Он пел по-английски, старательно не выговаривая слова. В общем, мне
понравилось, и я поделился впечатлениями с Марианной. К моему удивлению,
англичанка уже давно горела желанием попасть на его концерт.

– Нет проблем! – ответил я. – У меня друг в его оркестре, первая скрипка.

– А за кулисы он провести может? – тихо спросила Марианна.

– Да хоть в гримерную!

Вот тогда-то англичанка и пристала ко мне, чтобы я дал ей Ленькин телефон.
Тимирязьев сводил ее на несколько концертов. Сам он как третий саксофон
неизменно сидел за сценой со своей изогнутой трубой наготове. На тот случай,
если первого саксофона неожиданно хватит удар, а у второго вдруг начисто
пропадет музыкальный слух.

Наконец американец уехал. Первый и второй саксофоны – тоже. А вот Ленька
Тимирязьев остался. Он и решил приударить за нашей англичаночкой. Мой друг даже
сводил Марианну в ресторан – разумеется, за счет администрации. Но, сообразив,
что с Марианной не так-то просто сладить, отступился. Однако тимирязьевский
телефон почему-то до сих пор хранился в записной книжке англичанки.

Тем временем мадам Еписеева продолжала:

– Ну у тебя и друзья! Сроду таких не видала! Теперь я понимаю, почему ты
такой чудной. Еще бы, с детства общаться с идиотами!

– Ленька вовсе не идиот, – заступился я за друга. – Это он из-за женщины
таким стал...

Мое замечание, кажется, немного удовлетворило мадам Еписееву. Она заметила
более миролюбиво:

– Одни, значит, женщинам цветы дарят, в театр их водят, а другие – что-то
непонятное бубнят да на какой-то пружинке играют...

– Это мумуй, – узнал я новый Ленькин инструмент.

Мадам Еписеева хлопнула меня перчаткой по губам.

– Мумуй он или не мумуй, не знаю, но этот твой шизик кое-что сообщил о
тебе. Ты, говорит, недавно у него ночевал. В ванной! Подумать только! – Мария
встала на цыпочки и поцеловала меня в лоб. – А потом уехал в неизвестном
направлении. Я твоего йога спрашиваю: ты, мол, не знаешь, куда Сеня собирался? А
он отвечает: я мутировал, что ли...

– Медитировал, – поправил я.

– Ну да, – согласилась мадам Еписеева. – Словом, он ничего не знает. Я его
пытать: нет ли у тебя еще каких друзей, а тут вылетела какая-то баба нечесаная и
погнала меня вон из квартиры. Только я и успела выведать у твоего сумасшедшего,
что есть у тебя, оказывается, одна подружка. Он мне и телефончик ее дал...

Мария осуждающе взглянула на меня, будто хотела сказать: «Эх, бабник ты,
бабник!» Я понял, что Тимирязьев дал Маше телефон мадам Колосовой, и
приготовился к худшему.

– На следующий день, – продолжала Мария, – я ей позвонила. С утра...


Все книги писателя Николаев Константин. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий