Библиотека книг txt » Николаев Андрей » Читать книгу Таро Бафомета
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Николаев Андрей. Книга: Таро Бафомета. Страница 7
Все книги писателя Николаев Андрей. Скачать книгу можно по ссылке s

-- Где это ты так погулял? - спросил Владик, успевший натянуть джинсы в пятнах краски.

-- Леня-Шест приехал.

-- Понятно. Что в этот раз поджигали?

-- С поджогами обошлось, а вот баррикаду из троллейбусов едва не построили. Менты помешали. Пришлось в "пятерку" звонить. Капитан Немчинов отмазал, так что за теперь и за мной долг.

-- А кто это: Леня-Шест? - спросила Анюта.

Игорь затянулся поглубже, задержал дым в легких и выпустил тонкой струйкой.

-- О-о, это наш местный гений. Собственно, здесь все гении, но он признанный. Теперь в Англии загнивает совместно с тамошней буржуазией. Выставки, вернисажи, фуршеты. Был неплохой художник, а сейчас... - он махнул рукой. - Хотя, последних работ я не видел.

Травка сняла похмельный синдром и ему стало легко. Захотелось поговорить на отвлеченные темы не напрягаясь и не споря. Просто потрепаться с хорошими людьми, улыбаясь им, соглашаясь, а иногда поправляя на правах старшего и умудренного жизнью коллеги.

Анюта зажгла новые свечи взамен прогоревших, принесла подушку, уселась на ней прямо на полу и свернула еще одну сигаретку. Владик поднес ей спичку и они стали курить вдвоем, передавая самокрутку друг другу.

-- А у него есть женщина? - спросила Анюта.

-- У Лени их много, - Корсаков широко развел руки, будто хотел обнять весь земной шар, показывая насколько большое количество женщин интересуется Шестоперовым.

-- Это неправильно. Женщина должна быть одна. Как Гала у Сальвадора Дали. Вот это любовь!

-- Ну да, - хмыкнул Корсаков, - ее он любил, а спал со всеми подряд.

-- Это неважно, - махнула рукой Анюта, - в каждой он искал частичку своей любимой, а не найдя, возвращался к ней. Правда ведь, Влад?

-- Угу, - подтвердил Лосев, - спорт и ничего больше. Я тебе доставил удовольствие, ты - мне. Так?

-- Так, - подтвердила девушка.

-- Я думал у вас серьезно, - лениво сказал Корсаков, - все хотел Анюту спросить: каково это - любить гения. Лось, ты же гений?

-- Естественно!

-- Любой творец - гений, - безапелляционно заявила девушка, - я тоже творец... или творчиха? - она хихикнула, - я будущий гениальный художник. Как Серебрякова, как Мухина. Я буду У Владика уроки брать.

-- Пусть лучше тебя Игорь учит, - великодушно разрешил Лосев, - он хоть рисовать умеет.

-- Научишь, Игорь? - спросила, заглядывая Корсакову в глаза, Анюта, знаешь, я ведь и тебя люблю? Гения полюбить легко.

-- И разлюбить тоже, - усмехнулся Игорь, - художник, прежде всего, должен любить себя и вот здесь-то и кроется ловушка: самому себя тоже легко полюбить, но разлюбить себя, гениального невозможно.

-- Но ты ведь гений? - не унималась Анюта.

-- Девочка, - Корсаков протянул руку и погладил ее растрепанные светлые волосы, - я круче! Ведь что есть гений? Это даже не пожизненное звание. Это нечто такое, - он пошевелил пальцами, будто щупая что-то невидимое, - такое, что не уходит в небытие, не растворяется в памяти, пока остаются хотя бы воспоминания о творениях гения, о самом имени его. А я не есть гениальный художник, я - гений в прошедшем времени. Меня подняли на трон, я купался в лучах славы, но кто сейчас вспомнит мое имя или написанные мной полотна? Никто! Таких, как я не было, нет, и не будет никогда!

Окурок обжег пальцы, он сунул его в пустую бутылку и прилег на матрац. Его обуяла скорбь о собственном забытом имени, об ушедшей славе, но скорбь была светлая и тихая, как слезы старика. Владик с Анютой о чем-то говорили, даже, кажется, спрашивали его, но Игорь только улыбался и кивал им.

Трепещущие тени легли на лицо девушки и оно казалось таинственным и прекрасным. Пусть она меня полюбит, а буду писать ее всю жизнь. Может быть. А может и не буду. Может и жизни-то осталось всего - ничего... Вот, выгонят нас отсюда, или после очередной пьянки очнусь в камере, а мне скажут: добро пожаловать в острог, Игорь Алексеевич. А лежит вам путь в казенный дом, и предстоит вам дорога дальняя в края не столь отдаленные...

-- ...якобинская зараза. Я понимаю - мальчишки, - Бенкендорф заложил руки за спину и прошелся по камере, - революций захотелось, скучно жить стало, но вы, Алексей Васильевич? Боевой офицер! Я помню вас в деле при Кульме. Если не ошибаюсь, государь вам золотое оружие пожаловал?

-- Не ошибаетесь, Александр Христофорович, - подтвердил Корсаков, - но это - дела давно минувших дней. Я даже и сам не знаю, с чего я ввязался в этот нелепый бунт. Наверное, тоже от скуки. Мне бы в действующую армию...

-- На вашу беду военных действий не ведется, - сухо заметил Бенкендорф, - а на Кавказе с горцами воевать - не велика честь.

-- Да уж, от этого вы меня увольте, покорнейше прошу.

-- Вам нынче о жизни думать надобно, господин полковник, вы это понимаете? Военным судом при Главной квартире Второй армии вы приговорены к смертной казни отсечением головы и надежда только на милость государя. Мой вам совет, голубчик, пишите прошение о помиловании и не мешкайте, бога ради.

-- Ну что ж, - Корсаков невесело усмехнулся, - у врага пощады не просил, но у своего государя, полагаю, не зазорно. Как вы полагаете, ваше превосходительство?

-- Тем более, что все заговорщики уже раскаялись и соответствующие показания дали, - подхватил Бенкендорф. - Изволите бумагу и перо?

-- Прикажите, Александр Христофорович, если вас не затруднит.

Солнце заглядывает в камеру всего на час, сквозь решетку видно небо, облака. Во дворе крепости суета, крики команд, барабанная дробь.

Шаги конвоя в коридоре кажутся грохотом, вот они замерли возле дверей его камеры... Корсаков оглянулся. Загремели засовы, вошли дежурный офицер в парадном мундире в сопровождении трех солдат. В руках у них ружья с примкнутыми штыками. Корсаков застегнул мундир и, не глядя на солдат, вышел в коридор.

Полгода ожидания, неизвестности. Он устал ждать, пусть хоть что-то будет определено: смерть, так смерть, жизнь - так жизнь. У выхода из каземата его остановили, продели эполеты в галунные петли. Корсаков горько улыбнулся - в лучшем случае эполеты сорвут несколькими минутами позже, в худшем - снимут, вместе с головой.

На кронверке его уже поджидал строй солдат. Щурясь от июльского солнца, он огляделся. Чуть в стороне стояла группа офицеров в парадных мундирах. Показалась или нет: в небольшой толпе гражданских мелькнуло милое полузабытое лицо, светлые локоны вьются из-под шляпки.

-- ...по заключению Аудитариатского департамента, высочайше конфирмованному двенадцатого июля сего года, приговаривается...

Корсаков запрокинул голову, ловя последние лучи уходящего солнца. Сквозь шум в ушах он услышал то ли вздох, то ли стон толпы и успел разобрать последние слова приговора:

-- ...с лишением дворянства, сословных привилегий, чинов и наград, прав собственности и родительских прав, разжалованию в рядовые и отправке в дальние гарнизоны. К исполнению приговора приступить!

Ударила барабанная дробь, жесткие руки схватили Корсакова под локти. Поручик в вицмундире, кривясь бледным лицом, сорвал с плеч эполеты. Корсаков покачнулся. С него сдернули мундир, оставив в рубашке, бросили на колени. Краем глаза он заметил, как потупились офицеры, как отвернулся член следственной комиссии, генерал-лейтенант Александр Христофорович Бенкендорф. Поручик с усилием согнул над головой Корсакова клинок парадной шпаги. Лезвие со звоном лопнуло в его руках. Корсаков прищурился: попробовал бы ты сломать гусарскую саблю образца тысяча восемьсот девятого года, сопляк...

Все потеряно, кроме чести... и честь потеряна! Гром барабанов нарастал, давил, гнул к земле, захотелось зажать уши, повалиться на землю, чтобы не слышать, не видеть, не чувствовать ничего...

Грохот и крики ворвались в сон Корсакова. Приподнявшись на матрасе он ошалело огляделся.

Сквозь щели в забитых фанерой окнах, пробивались солнечные лучи, на полу от сгоревших свеч остались белесые лужицы, похожие на кляксы. Кто-то орал во дворе начальственным баритоном, не подбирая выражений..

-- Я запалю этот змеюшник к чертовой матери с четырех сторон! Чтобы и следа не осталось! Где она?

За ширмой засуетились.

-- Кто это разоряется? - спросил Корсаков.

Анюта, в одних трусиках, подбежала к окну и посмотрела сквозь щель во двор.

-- Господи, это папа! Как он меня нашел?

-- Что, родитель собственной персоной? - усмехнулся Корсаков. - Пришел вызволять дщерь непутевую из цепких лап наркоманов и извращенцев?

В дверь квартиры заколотили ногами.

-- Открывай! Открывай, пока дверь не сломали!

-- Что же делать, что делать-то? - Владик заметался по комнате, пытаясь на ходу натянуть джинсы.

-- В окно прыгай, - посоветовал Корсаков, не вставая с матраса.

-- В окно? - Лосев подскочил к окну, подергал фанеру, потом, опомнившись, возмущенно посмотрел на Игоря,- ты что, спятил? Буду я ноги ломать.

-- Так и так сломают, - Корсаков пожал плечами.

-- Не имеют права, - неуверенно возразил Владик.

-- Ха, ты моего папашу не знаешь, - сказала Анюта.

-- Что, крутой?

-- Что есть, то есть, - вздохнув, подтвердила девушка.

Слышно было, как с грохотом слетела с петель дверь на лестницу.

-- Где они?

Дверь в комнату распахнулась, ударив метнувшегося за ширму Лосева. Мужчина лет сорока с красным от ярости лицом, ураганом ворвался внутрь, дико огляделся. Он был в дорогом костюме с измазанным известкой рукавом - видно приложился к стене в подъезде. Очки в тонкой золотой оправе криво висели на мясистом коротком носу. Следом вбежали накачанные ребята - то ли охрана, то боевики, что, в сущности, одно и то же.

Мужчина отшвырнул ширму, она порхнула через всю комнату и накрыла все еще лежавшего на матрасе Корсакова. Лосев, в джинсах и кое-как застегнутой клетчатой рубашке, выступил вперед. Анюта, в трусиках и майке, жалась за его спиной.

-- Это возмутительно, - дрожащим голосом начал Владик, - я не позволю...

Мужчина в очках вдруг сник и устало показал на него своим охранникам.

-- Разберитесь.

Один из них, похожий на комод парень с татуированной шеей, всадил кулак Лосеву в живот, второй качок тут же огрел Владик по затылку и тот, сложившись пополам, рухнул на пол. Анюта бросилась вперед, вытянув пальцы и визжа, как сумасшедшая.

-- Оставьте его, скоты.

Ее схватили за руки, стараясь держать крепко, но не причинять боли. Она извивалась, пыталась пнуть коленом, ударить головой.

-- Прекрати немедленно, - сурово сказал мужчина, морщась от ее криков, - посмотри, на кого ты похожа, как ты себя ведешь?

-- Это ты как себя ведешь? - завизжала Анюта, - ты думаешь, если денег вагон, то все можно?

-- Не все, но почти, - назидательно подняв палец отозвался мужчина. Уведите ее, а с этими я сейчас разберусь.

Анюта видимо хорошо знала, что в устах папочки значило обещание разобраться.

-- Нет, не надо. Я пойду с тобой, только не трогай их. Они - художники.

-- Вот этот художник? - папа подошел к лежащему на полу Владику и брезгливо тронул его носком ботинка, - встать! - неожиданно заорал он, багровея.

Лосев поднялся, опираясь рукой о стену. Лицо его было серым, изо рта текла слюна, дышал он с трудом, с всхлипом всасывая воздух.

-- Нельзя ли потише? - попросил Корсаков, пытаясь выбраться из-под ширмы.

Папа, не обращая на него внимания, брезгливо взял Лосева за рубашку двумя пальцами и подтянул к себе.

-- Это он художник? Это с ним ты спала? Или с обоими сразу? - он метнул косой взгляд в сторону ворочавшегося на матрасе Корсакова.

-- Вы мне льстите, папа, - пробормотал Игорь, пытаясь завязать ботинки, - мои лучшие годы давно позади.

-- Молчать! - рявкнул мужчина, и, обернувшись к дочери, спросил с горечью, - для этого я тебя кормил-поил, холил-лелеял? Ночей не спал...

-- Бляди тебе спать не давали и рулетка, - Анюта, вывернувшись из рук телохранителей, бросилась к Владику. Ее снова поймали, оттащили к двери.

-- ...для того за границей училась, чтобы с патлатыми спидоносцами на помойке жить? - продолжал монолог папа.

Корсаков фыркнул - папа напомнил ему короля Лира в исполнении Юри Ярвета, когда тот обличал неблагодарных дочерей. Мужчина взглянул на него и дернул щекой - погоди, мол, и с тобой поговрим.

В дверях показался еще один мордоворот.

-- Александр Александрович, там менты из местного отделения подъехали.

-- Так заплати и пусть отваливают. Ну, что, пакостник, - папа брезгливо поглядел на Лосева, - как гадить, так мы первые, а как ответ держать - в кусты?

-- Могу ответ... если угодно, я даже готов жениться на вашей дочери.

-- Да-а? А моего согласия ты спросил? Родительского благословения ты спросил, змееныш помоечный?

-- Я не понимаю, о чем вы, - слабо трепыхаясь в его руках, пролепетал Владик.

Корсаков скривился - Владик терял лицо, становясь похожим на нашкодившего кота, которого хозяин ухватил за шкирку.

-- Сейчас поймешь, - Александр Александрович повлек за его рубашку на середину комнаты и, чуть отступив, скомандовал, - дай-ка ему еще, раз не понимает.

"Комод" резко выбросил кулак, приложив его Лосеву в глаз. Тот отлетел, влип в стену и сполз по ней, закатывая глаза.

-- Подонки, убийцы, ненавижу, - закричала Анюта.

-- Так, - удовлетворенно сказал Александр Александрович и обернулся к Корсакову, - ну, а ты кто такой? Тоже художник?

-- Представьте себе, да.

-- И что же мы рисуем?

-- А вот, к примеру, - Игорь ткнул пальцем в портрет Анюты, висящий на стене.

Александр Александрович шагнул поближе. Корсаков увидел, как заходили желваки на его скулах. На портрете Анюта, обнаженная, сидела на полу по-турецки, в руках у нее горела свеча, трепетное пламя бросало резкие тени на ее тело, отражалось в зеленых глазах, смотревших из-под нахмуренных бровей. Александр Александрович пригнулся, разбирая подпись в углу холста.

-- Вы Игорь Корсаков?

-- Да, я - Игорь Корсаков.

Александр Александрович помолчал.

-- Вам повезло - я видел ваши работы в галерее Эберхарда в Штутгарте. Иначе за то, что вы изобразили мою дочь в столь непотребном виде... - он сделал многозначительную паузу, - А что вы здесь делаете, позвольте узнать? Вы же художник с именем.

-- Живу я здесь, папа, - ответил Корсаков.


Все книги писателя Николаев Андрей. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий