Библиотека книг txt » Набоков Владимир » Читать книгу Комментарий к роману "Евгений Онегин"
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Набоков Владимир. Книга: Комментарий к роману "Евгений Онегин". Страница 97
Все книги писателя Набоков Владимир. Скачать книгу можно по ссылке s

Кий на бильярде отдыхал,
На смятом канапе лежал
_12_Манежный хлыстик. Таня дале;
Старушка ей: «А вот камин;
Здесь барин сиживал один.




XVIII


Здесь с ним обедывал зимою
Покойный Ленский, наш сосед.
Сюда пожалуйте, за мною.
_4_Вот это барский кабинет;
Здесь почивал он, кофей кушал,
Приказчика доклады слушал
И книжку поутру читал…
_8_И старый барин здесь живал;
Со мной, бывало, в воскресенье,
Здесь под окном, надев очки,
Играть изволил в дурачки.
_12_Дай Бог душе его спасенье,
А косточкам его покой
В могиле, в мать-земле сырой!»



Рассказ Анисьи (ближайшей родственницы Татьяниной няни), с его несвязицей и перескоками с Евгения на его дядю, относится к крупным творческим удачам нашего поэта. Настоящим хозяином старушки-ключницы, конечно же, был не молодой петербургский фат, а старый барин, что вечно ворчал на нее с 1780 г.^{156}^



2_Покойный_Ленский…_ — Это, конечно, недопустимая форма в устах крепостной старухи. Она должна была назвать беднягу Ленского по имени и отчеству либо же сказать: «Красногорский барин». Кроме того, она должна была знать, что пал он от руки ее хозяина.



11_в_дурачки._ — Незатейливая карточная игра, в которую теперь в России играют обычно дети.



13 <…>




XIX


Татьяна взором умиленным
Вокруг себя на всё глядит,
И всё ей кажется бесценным,
_4_Всё душу томную живит
Полумучительной отрадой:
И стол с померкшею лампадой,
И груда книг, и под окном
_8_Кровать, покрытая ковром,
И вид в окно сквозь сумрак лунный,
И этот бледный полусвет,
И лорда Байрона портрет,
_12_И столбик с куклою чугунной
Под шляпой с пасмурным челом,
С руками, сжатыми крестом.



11—14 Тут следует напомнить читателю, что в 1820-х гг. Байрон совершенно обворожил умы и души европейцев. Он был романтическим двойником Наполеона, «роковой личности», которого неведомая сила влекла к недостижимым горизонтам господства над человечеством. Байрон же считался измученной душой, скитающейся в вечных поисках тихой пристани средь непроглядного тумана, как у Лебрена в «При известии о смерти лорда Байрона» (Pierre Lebrun, «En apprenant la mort de Lord Byron», 1824, II, стихи 17–20).

Ainsi, loin des cites, sur les monts, sur les mers,
Cherchant un ideal qui le fuyait sans cesse,
Martyr des maux reves plus que des maux soufferts,
Au gre d'une inconstante et sauvage tristesse…[755 - Вдали от городов, в горах, на морях, / В поисках ускользающего идеала, / Жертва скорее воображаемых зол, нежели выстраданных, / По воле непостоянства и безысходного уныния. _(фр.)_]



12_И_столбик_с_куклою_чугунной…_ — В старину статую называли _кумиром_, а статуэтку — куклой, это слово и использует здесь Пушкин. Он уже пользовался им прежде, в стихотворении «Послание к Юдину» (Павел Юдин — его лицейский приятель), написанном летом 1815 г. (стихи 22–26):

Доволен скромною судьбою
И думаю: «К чему певцам
Алмазы, яхонты, топазы,
Порфирные пустые вазы,
Драгие куклы по углам?»




ВАРИАНТ

13—14 Черновик (2371, л. 6 об.) уводит нас назад, к гл. 1, XXIV:

Хрусталь, и бронза, и фарфор,
И модных щеточек прибор.




XX


Татьяна долго в келье модной
Как очарована стоит.
Но поздно. Ветер встал холодный.
_4_Темно в долине. Роща спит
Над отуманенной рекою;
Луна сокрылась за горою,
И пилигримке молодой
_8_Пора, давно пора домой.
И Таня, скрыв свое волненье,
Не без того, чтоб не вздохнуть,
Пускается в обратный путь.
_12_Но прежде просит позволенья
Пустынный замок навещать,
Чтоб книжки здесь одной читать.




XXI–XXII




ВАРИАНТЫ

В отвергнутом варианте XXI, 10–14 и альтернативном XXII мы знакомимся с альбомом, который Татьяна находит в онегинском кабинете.



10—14 Окончание альтернативного варианта XXI в беловой рукописи (ПБ 43) таково:

Сперва ей было не до книг,
И вдруг открылся между их
Альбом, и чтенью предалася
Татьяна жадною душой;
И ей открылся мир иной.



XXII (АЛЬТЕРНАТИВНАЯ).Этот вариант в беловой рукописи (ПБ 43) читается так:

Опрятно по краям окован
Позолоченым серебром,
Он был исписан, изрисован
_4_Рукой Онегина кругом.
Меж непонятного маранья
Мелькали мысли, замечанья,
Портреты, числа, имена,
_8_Да буквы, тайны письмена,
Отрывки, письма черновые,
И словом, искренний журнал,
В который душу изливал
_12_Онегин в дни свои младые:
Дневник мечтаний и проказ,
Кой что я выпишу для вас.

Так и Антония в романе Нодье «Сбогар» (1818, см. коммент. к гл. 3, ХН, 11) после исчезновения Сбогара наталкивается на его записи, часть из которых сделана чернилами, часть — карандашом, а кое-какие — кровью.

«Альбом Онегина» начинается сразу после строфы XXI в черновике (тетрадь 2371), содержащем на листе 7 строфу XXI, а на листе 7 об. — альтернативную XXII (после которой и идет «Альбом»)^{157}^.

В то время альбомы были в моде. Сравним хотя бы описание альбома Красавчика Бруммеля, сделанное капитаном Джессе («Brummell», vol. I, ch. II): «Углы и застежки его из чеканного позолоченного серебра, как на старинных молитвенниках, а переплет синего бархату… В нем ни много ни мало двести двадцать шесть стихотворений [тогдашних знаменитостей]… вписанных его собственной рукой».

Альбом Онегина, с обложкой, также укрепленной по краям серебром, более, однако, похож на дневник, чем на простое собрание полюбившихся цитат.

После того как Татьяна поняла — или решила, что поняла, — нечто в натуре Онегина, прочтя альбом или маргиналии в его книгах (строфы XXIII–XXIV), наш поэт сперва собирался оставить ее предаваться грустным размышлениям в пустынном замке, а сам хотел вновь заняться его бывшим обитателем (см. ниже, строфа XXV альтернативная).




Альбом Онегина



В беловой рукописи двенадцать частей. Нумерация (без сомнения, предварительная) авторская. Рукопись хранится в Публичной библиотеке им. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде (ПБ 43)




I


Меня не любят и клевещут,
В кругу мужчин несносен я,
Девчонки предо мной трепещут,
^_4_^Косятся дамы на меня.
За что? за то, что разговоры
Принять мы рады за дела;
Что вздорным людям важны вздоры;
_8_Что Глупость ветрена и зла;
Что пылких душ неосторожность
Самолюбивую ничтожность
Иль оскорбляет иль смешит —
_12_Что ум любя простор — теснит.



Заметим, что стихи 6—12 (за исключением одного слова в стихе 7) повторятся в гл. 8, IX, 9—10, 12, 11, 5–8 (именно в таком порядке), но с менее уверенной, скорее, вопросительной интонацией.




II


«Боитесь вы Графини — овой,» —
Сказала им Элиза К.
«Да, возразил NN суровый, —
_4_Боимся мы Графиии — овой
Как вы боитесь паука.»




ВАРИАНТЫ

1 Черновик (2371, л. 8):

…княжны R-овой



Отвергнутые варианты:

…Элизы R-овой
…старухи К-овой
…графиии К-овой



Беловая рукопись, отвергнутые варианты (ПБ 43):

…старая З. К.
…старая В. К.[756 - Это варианты стиха 2, а не 1. _(Примеч._ред.)_]



3_NN_ в черновике — [_господин_] _Е._К._ (там же). Но _NN_ — не будущий супруг Татьяны, которого Пушкин еще не вывел на сцену. Русские используют латинское N для обозначения людей или мест неизвестных, как в других языках используется X.




III


В Коране мыслей много здравых,
Вот например: «пред каждым сном
Молись — беги путей лукавых,
Чти Бога и не спорь с глупцом.»



2—4 Эта «цитата» — смутный парафраз строк Корана, который Пушкин знал во французском переложении, — очевидно, относится к отрывку из суры (части) LXXIII о вечерней молитве, где строки 8 и 10, в переводе Ричарда Белла («The Qur'an», Edinburgh, 1937–1939, p. 614), гласят: «И поминай имя Господа твоего и устремись к Нему всем устремлением… И терпи то, что они [неверные] говорят, и беги от них хорошенько»[757 - Перевод И.Ю. Крачковского.]. В переводе Эдуарда Монте (Edouard Montet, «Le Coran», Paris, 1925, p. 236) последние слова звучат так: «…et eloigne-toi d'eux dans une retraite digne»[758 - «…И удались от них с достоинством» _(фр.)_].



4 См. последние слова «Памятника» (или «Exegi monumentum»), цитируемые мною в коммент. к гл. 2, XL, варианты 5–8.




IV


Цветок полей, листок дубрав
В ручье Кавказском каменеет. —
В волненьи жизни так мертвеет
И ветреный, и нежный нрав.



1—2 Подобный феномен петрификации описан также в стихах 27–28 посмертно опубликованного стихотворения из двенадцати четверостиший (начинающегося словами «Ты прав, мой друг…» — исключительно мелодичного, с байроническим уклоном; в нем Пушкин обращается к Владимиру Раевскому в 1822 г.):

…Так легкий лист дубрав
В ключах кавказских каменеет.

Владимир Раевский (1795–1872) — поэт (весьма посредственный) и декабрист (не имевший отношения к семье генерала Николая Раевского). Дополнительные строки в черновике (2371, л. 8 об.):

Когда бы груз меня гнетущий
Был страсть — [его бы сбросил я].
Так напряженьем воли твердой,
Мы страсть безумную смирим,
Беду снесем душою гордой,
Печаль надеждой усладим;
но чем (_нрзб_) утешить
<Тоску, безумную тоску…>.




V


Шестого был у В на бале;
Довольно пусто было в зале.
R. С., как Ангел хороша:
_4_Какая вольность в обхожденьи,
В улыбке, в томном глаз движеньи,
Какая нега и душа!
Она сказала, Nota bene,
_8_Что завтра едет к Селимене.




VI


Вечор сказала мне R. С.:
«Давно желала я вас видеть.» —
Зачем? — «Мне говорили все
_4_Что я вас буду ненавидеть.» —
За что? — «За резкий разговор,
За легкомысленное мненье
О всем; за колкое презренье
_8_Ко всем. Однако ж это вздор:
Вы надо мной смеяться властны,
Но вы совсем не так опасны;
И знали ль вы до сей поры,
_12_Что просто — очень вы добры?»



1_R.С._ в черновике (2371, л. 9) — L С с отвергнутым S. М.




VII


Сокровища родного слова,
Заметят важные умы,
Для лепетания чужого
_4_Безумно пренебрегли мы.
Мы любим Муз чужих игрушки,
Чужих наречий погремушки,
А не читаем книг своих. —
_8_Да где ж они? — давайте их.
А где мы первые познанья
И мысли первые нашли?
Где поверяем испытанья?
_12_Где узнаем судьбу земли?
Не в переводах одичалых,
Не в сочиненьях запоздалых,
Где русский ум и русский дух
Зады твердит и лжет за двух.



Кроме двух измененных слов (в стихах 9 и 11), строфа эта есть зеркальное отражение гл. 3, XXVIa, 1–8 и XXVIb, 1–8.




VIII


Мороз и солнце! чудный день;
Но нашим дамам видно лень
Сойти с крыльца и над Невою
_4_Блеснуть холодной красотою. —
Сидят — напрасно их манит
Песком усыпанный гранит,
Умна восточная система,
_8_И прав обычай стариков:
Они родились для Гарема,
Иль для неволи теремов.



10_Терем_ был подобием дамского будуара; в допетровской Руси — часть жилища, отведенная женщинам.




IX


[Вчера у В. — ] оставя пир,
R.С. летела, как Зефир,
Не внемля жалобам и пеням;
_4_А мы по лаковым ступеням
Летели шумною толпой
За Одалиской молодой.
Последний звук последней речи
_8_Я от нее поймать успел,
Я черным соболем одел
Ее блистающие плечи;
На кудри милой головы
_12_Я шаль зеленую накинул,
Я пред Венерою Невы
Толпу влюбленную раздвинул.




X


1_Я_вас_люблю…_ — единственное, что есть в этой части. Гофман (_П._и_его_совр_., 1922, IX, примеч. 181) полагает, что Пушкин собирался вставить сюда некую версию выброшенной строфы XXIIIа из гл. 3 («Но вы, кокетки записные, / Я вас люблю…»).




XI


Сегодня был я ей представлен;
Глядел на мужа с полчаса:
[Он важен], красит волоса
Он чином от ума избавлен.




[XII–XIII]


В черновике (2371, л. 8) обнаруживаются также еще две части, между II и III:




[XII]


Я не люблю княжны S.L.:
[Ее невольное кокетство — ]
Она взяла себе за [цель]
Короче было б взять за средство.




XIII


Вчера был день довольно [скучный.]
[Поутру были у меня.]
Чего же так хотелось ей?
Сказать ли первые три буквы?
К, Л, Ю, — Клю… возможно ль клюквы!



5 Ср. второй эпиграф к отрывку (ок. 1827), который, очевидно, был началом некоей поэмы, действие которой происходило в Италии. Отрывок этот открывается риторическим вопросом в духе Гете. «Кто знает край…»; первый же из двух эпиграфов взят из песни Миньоны, лейтмотива романа Гете «Годы учения Вильгельма Мейстера» (1795–1796), кн. III, гл. 1.

Второй эпиграф: _По_клюкву,_по_клюкву,_/_По_ягоду,_по_клюкву_ (народная или псевдонародная частушка про сбор клюквы, _Охуcoccus_palustris_). Это намек на каприз молодой графини Марии Мусиной-Пушкиной, любительницы вояжей, заявившей в Италии, что более всего она скучает по русской клюкве.



И. Шляпкин, «Из неизданных бумаг А. С. Пушкина» (СПб, 1903, с. 3), относит к «Альбому» также и следующий набросок:

Конечно, презирать не трудно
Отдельно каждого глупца;
Сердиться так же безрассудно
И на отдельного страмца,
Но что… чудно —
Всех вместе презирать и трудно —
………………………………………
Их эпиграммы площадные,
Их Бьеврианы занятые.

Относительно собрания каламбуров, в связи с которыми упомянута «Бьевриана», см. коммент. к гл. 2, эпиграф.




***

Эти тринадцать или четырнадцать «частей» — все, что мы имеем от «Альбома Онегина». Теперь же вернемся к основной линии — гл. 7, XXII.




XXI


Татьяна с ключницей простилась
За воротами. Через день
Уж утром рано вновь явилась
_4_Она в оставленную сень,
И в молчаливом кабинете,
Забыв на время всё на свете,
Осталась наконец одна,
_8_И долго плакала она.
Потом за книги принялася.
Сперва ей было не до них,
Но показался выбор их
_12_Ей странен. Чтенью предалася
Татьяна жадною душой;
И ей открылся мир иной.




XXII


Хотя мы знаем, что Евгений
Издавна чтенье разлюбил,
Однако ж несколько творений
_4_Он из опалы исключил:
Певца Гяура и Жуана
Да с ним еще два-три романа,
В которых отразился век
_8_И современный человек
Изображен довольно верно
С его безнравственной душой,
Себялюбивой и сухой,
_12_Мечтанью преданной безмерно,
С его озлобленным умом,
Кипящим в действии пустом.



5_Певца_ [фр. le chantre] _Гяура_и_Жуана_ — Поэма Байрона «Гяур» была известна Пушкину с Онегиным в переводе Шастопалли (Chastopalli, 1820). Онегин мог отметить такой, например, пассаж:



«Les plus cruelles angoisses de la douleur seraient des plaisirs en comparaison de ce vide effrayant, de ce desert aride d'un coeur dont tous les sentiments sont devenus sans objet»[759 - Самые жестокие страдания покажутся удовольствием в сравнении с этой ужасной пустотой, с этой безводной пустыней сердца, все чувства которого стали бесцельны _(фр.)_].


Все книги писателя Набоков Владимир. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий