Библиотека книг txt » Ливадный Андрей » Читать книгу 3855-экспансия 47(холодное пламя эригона)
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Ливадный Андрей. Книга: 3855-экспансия 47(холодное пламя эригона). Страница 1
Все книги писателя Ливадный Андрей. Скачать книгу можно по ссылке s
Назад 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Далее

АНДРЕЙ ЛИВАДНЫЙ



ХОЛОДНОЕ ПЛАМЯ ЭРИГОНА


(ИСТОРИЯ ГАЛАКТИКИ #46)



3855 год.
Эригон — планета скованная вечным панцирем льда. Однако исследования показали, что раньше ее покрывал теплый океан. Ученые предположили, что орбита планеты была изменена расой Инсектов, когда те испытывали технологию подвижки планет перед началом строительства Сферы Дайсона. Попытка найти на Эригоне остатки гравитационного генератора расы Инсектов приводит к совершенно неожиданным последствиям...


Пролог
…Облака, протянувшиеся на половину видимого небосклона, казались оперением фантастической птицы, раскинувшей крылья в ослепительно-фиолетовой глубине безвременья.
Смесь мыслей, чувств и ощущений давила своей чуждостью.
Не существовало запахов, но предзакатные сумерки брызгали сочными красками леденящего света: лучи скатывающегося за горизонт светила, жгучие, зарождающие в небе сполохи полярного сияния, пробивались сквозь разлапистые кроны деревьев, голубоватый свет неба косыми столбами резал чернильные тени, лучи, как клинки, вонзались в бурый, мягкий, пружинистый перегной отмерших листьев, на котором не росла трава, лишь редкие, похожие на клубки колючей проволоки кустарники нежились в ослепительном, неживом сиянии.
Чуждый мир, чуждые мысли, но фон непреходящей тоски порождал внезапные ассоциации…
Зачем я здесь?
Под мертвенным небом, среди безвременья, ощущений холода, нестерпимости света?
Ночь приходила минутным облегчением. Ослепительные краски неба меркли с невероятной скоростью, реальность погружалась в спасительный мрак, но ненадолго.
Луна вставала в половину небосвода и, не предвещая ничего доброго, под ее призрачным, оранжевым светом зарождались сгустки напряженных нитевидных разрядов, сплетающиеся в потрескивающие клубки.
Покидая дневные убежища, они медленно выдавливались из-под похожих на исполинские, понурые лопухи листьев, и начинали свой путь: сначала к опушке, потом, покружив над бесплодной, потрескавшейся от жара равниной, они, уловив токи горячего, все еще струящегося маревом миражей воздуха, начинали смертельный ночной полет, из которого вернется даже не каждый второй, а гораздо меньше.
В свете газового гиганта нитевидные энергетические образования казались крошечными беспомощными светлячками, движущимися по воле ветра навстречу угасающим сполохам полярного сияния.
В мрачном, налившемся чернотой небе снова начали проступать крылья фантастической птицы, поменявшей лиловое оперение на оранжевое.
…Она остро, почти неприязненно ощущала себя частью данного мира, и в тоже время на втором плане рассудка, за неистовым стремлением подняться ввысь, сквозила ледяным холодом чисто человеческая мысль: какого фрайга я тут делаю?..
Времени мало. От заката горячечного фиолетового светила до восхода ослепительно-белого всесжигающего карлика, за которым тянется шлейф раскаленной плазмы, всего два часа. За это время море волнующихся под порывами ветра растений успеет свернуться, листья втянутся в «чехлы» полых ветвей, и укрытия уже не найдешь, внизу под изменчивыми небесами восход магниево-белой звезды встретит мертвый, ничего не ждущий, притихший мир.
Оплот.
Последнее укрытие. Отсюда либо начнется все, либо тут все окончательно завершится.
Ее.. или его беда заключалась в том, что среди стремящихся навстречу пухлому оранжево-медному сиянию газового гиганта сгустков наэлектризованного света больше не было осознающих себя созданий. Остальным просто: им нет разницы, жить или умереть, вернуться к сроку или быть разрушенными. И только она… или все-таки он?.. не важно, осознавали себя, понимая, что все здесь чуждо, непонятно, бессмысленно.
Ах, как хотелось все переиначить. Видение прошлого, отражающее будущее, или, быть может настоящее, — губительный, не имеющий объяснения сбой темпорального потока, в котором приходилось существовать… Хорошо если восприятие субъективно, тогда еще можно выпутаться, сохранить в рассудке хотя бы надежду на то, что рано или поздно отыщется источник сбоя, некий стартовый алогизм, от которого и пошла губительная цепочка субъективно-неправильных выводов.
И сразу, будто ледяной душ (а откуда тут взяться воде?) мысль: а если происходящее объективно, что тогда? Останется принять его как данность? Покориться судьбе? Не искать объяснений?
Мысли свободны лишь до определенного момента.
На тщетные попытки понять окружающее отводится слишком мало времени. Крылья оранжевой птицы вдруг теряют очертания, по ним порывами бежит рябь искажений, и вот уже порванные неистовым ветром завитки рыжего тумана беспомощно и безвозвратно растворяются средь плотного мрака.
На угольно-черном небе не отыщешь звезд, лишь иногда сквозь вуаль планетарной туманности по воле случая блеснет холодная искорка, как отблеск утерянного величия, понимания Вселенной, былого торжества разума над пространством и временем.
Когда и где могли существовать подобные мысли, осознаваемые сейчас как далекие, чужие воспоминания? Где же то могучее, несомненно разумное, познавшее тайны Вселенной существо, которому по праву принадлежат обрывочные мыслеобразы?
Его нет. Оно не тут. Возможно, уже погибло или еще не появилось на свет?
Ответа не дождешься. Ни от себя, ни от окружающих энергетических сгустков, постепенно расправляющих нити для решающего рывка через чернь стратосферы. В последние секунды осознанного, управляемого мыслью бытия, удается сохранить только надежду на то, что придет время и все разрешиться. Спадет пелена глухого неведения.
Впереди появляется нечто новое и в тоже время давно знакомое, приевшееся, проклятое.
Холодный блеск металлоконструкций. Обращенные к планете сегменты орбитальных сооружений внезапно начинают двигаться, они трансформируются, вращаются вокруг незримых осей, открывают треугольные провалы, откуда в космос выталкивает веретенообразные, покрытые чешуйчатой, уложенной внахлест броней, малые корабли, вооруженные десятками боевых подсистем.
Сгустки холодного света разворачиваются, превращаясь в огромные по площади, но тонкие, словно волос, плетения энергетических нитей.
Их сложно поразить сфокусированным оружием, и лишь плазменный разряд, да широкая апертура электромагнитного, генерированного расширяющимся конусом, поля, способны нанести четверть-сущностям серьезный урон.
Слово какое-то странное, и одновременно, злое, неправильное «четверть-сущность».
Не должно так быть. Если сущность, — то пусть бы полная, что же нормального выйдет из одной четверти? Как нечто подобное вообще может существовать?
Оказывается, может, еще как может.
Сознание меркнет. Оно становится рыхлым, обрывочным, но усилие воли — как дико не хочется его предпринимать, но надо, каждый раз надо, все больше и дольше, хотя бы на секунду или две, чтобы понимать зачем, почему все это?
Опыт. Ужасный опыт тысячекратных смертей, пока еще бессмысленных, но, несомненно, нужных — нужных тогда, когда будет найден смысл происходящего. Ну а пока единственная возможность к пониманию, — это терпеливое накопление данных, уничтожающая рассудок статистика собственных побед и поражений.
Каждый раз отодвигать распад самосознания на несколько секунд, подбираться ближе и ближе к отблескивающему брюху орбитальных конструкций, чтобы, в конце концов, узнать, что же на самом деле происходит за чертой разрушения личности?
Распад наступает болезненно.
Меркнет восприятие реальности, но не исчезает вовсе, а как будто отдаляется, становиться не концентрацией внимания, а фоном.
Внутри себя, на уровне распадающегося самосознания, текут лавинообразные процессы: из недр, из потаенных узилищ памяти, словно внезапно обретшая свободу толпа заключенных, вырываются инстинкты, рефлексы, — все, что когда-либо было заложено природой, приобретено в нелегкой борьбе за жизнь нашими, еще не осознающими себя предками.
Тотальная мобилизация.
Не важно, какое сейчас у тебя тело, не важно есть ли оно вообще, — навстречу веретенообразным штурмовикам устремляется новорожденная воля, движущая сила которой — инстинкт.
В природе, как и в космосе, выживает сильнейший, самопожертвование в рамках стаи — уже не жертва, не смерть личности, всего лишь статистика выживания.
Четверть-сущность для того, вероятно, и создана, чтобы стать слепой, не ведающей сомнений, стремящейся порвать противника и обязательно сохранить хотя бы частицу самой себя силы…
Вспышка наступает на фоне погибшего, разорванного на четвертинки самосознания.
Вот и сложились секунды.
Сложились до смерти…

Часть 1. Льды Эригона
Глава 1

3855 год галактического календаря.
Неисследованный сектор космического пространства. Окраина шарового скопления О\'Хара. Зона средней звездной плотности.
Борт картографическо-разведывательного крейсера корпорации «Новый Свет».
Командир «Антропоса» находился в ходовой рубке, лично контролируя обратный гиперпространственный переход разведывательного крейсера.
Мысли Генри Шелтона текли спокойно, рабочая обстановка, как и показания многочисленных приборов, не предполагала нештатных ситуаций, хотя в секторах неисследованного космоса нужно каждую секунду быть готовым ко всему.
Однако, со временем чувство новизны притупляется, постоянное внутреннее напряжение переходит в разряд данности будней, приходит иное восприятие, когда очередное открытие уже не вызывает повышенной эмоциональной реакции.
Удивить капитана «Антропоса» было нелегко. Он повидал на своем веку всякое, сталкивался и с дикими семьями расы Инсектов, населяющих пригодные для жизни звездные системы скопления, открыл один из неизвестных ранее миров, где до сих пор существовал изолированный очаг цивилизации расы Харамминов, видел исполинские пространственные постройки расы Логриан, — двуглавых ксеноморфов, похожих на мифических драконов заимствованных из Земных преданий, только уменьшенных в сотни раз.
Сегодня экипаж КРК [КРК — картографическо-разведывательный корабль.] под руководством Шелтона, завершая долгий трехгодичный поиск, совершил прыжок, который не удавался многим его предшественникам. Двигаясь по сетке горизонтальных линий напряженности гиперсферы [Сетка горизонтальных линий напряженности гиперсферы. — Источниками линий напряженности (которые делятся на два типа — горизонтальные и вертикальные, речь о которых пойдет ниже), являются все без исключения материальные объекты трехмерного космоса. Упрощая, гиперсферу можно назвать энергетической моделью галактики. Мы знаем, что в реальном космосе все объекты взаимодействуют между собой: каждая планета, звезда, скопление газопылевых облаков, — все имеет гравитационные поля. Именно тяготение массы вещества Ядра Галактики удерживает миллионы периферийных звездных систем на их галактических орбитах. В обычном пространстве мы ограничены скоростью света, но имеем возможность видеть звезды, и лишь специальные приборы позволяют человеку воспринимать гравитационные поля. Гиперсфера, названная когда-то «аномалией космоса», на самом деле иная, более высокоэнергетическая область пространства. Там нет вещества, в его привычной для нас форме, — оно принимает вид энергии, несущей в своей структуре модель гравитационного взаимодействия реально существующих физических тел. Исследования аномалии показали, что большая часть энергии сфокусирована в так называемые «линии напряженности», которые образуют сложную сеть горизонтальных и вертикальных связей. На знании данной особенности и точной осведомленности, какая линия ведет к той или иной звезде, основана вся современная гиперсферная навигация.] «Антропос» вышел на противоположную границам Обитаемого Космоса окраину звездного скопления О\'Хара.
Через несколько секунд, когда крейсер завершит обратный гиперпространственный переход и заработают навигационные комплексы, предназначенные для привычного человеку трехмерного континуума, взглядам экипажа картографического корабля предстанет звездная система, за границами которой простираются столь желанные, жизненно-необходимые для дальнейшего развития Человечества, но недоступные до сегодняшнего дня неисследованные пространства.
«Теперь все изменится, — подумал Шелтон, невольно бросив взгляд „назад», где включившиеся видеодатчики транслировали застывший за кормой „Антропоса» сгусток шарового скопления звезд. — Мы оставим в системе навигационное оборудование, маркируем с помощью передатчиков гиперсферных частот линии напряженности аномалии космоса и, вслед за нами, по безопасному, проверенному пути зону шарового скопления смогут преодолевать колониальные транспорты новой волны Экспансии…»
Может быть, для кого-то мысли капитана могут показаться высокопарными, но дальний космос не терпит фальши, командир «Антропоса» думал о будущем, испытывая гордость не только за свой экипаж, сумевший проторить путь через зону рискованной навигации в пределах шарового скопления звезд, но и за тех, кто в недалеком будущем воспользуется результатами трехлетней разведки, уводя колониальные транспорты к новым мирам, расположенным за границами О\'Хара.
…Обратный переход благополучно завершился, заработавшие локационные и сканирующие комплексы «Антропоса» начали передавать потоки данных, информация анализировалась и систематизировалась специальной кибернетической подсистемой, создающей на основе полученных сведений подробную модель звездной системы и ее окружения.
В тишину поста управления не вплеталась в эти минуты разноголосица команд, пилоты, контролировавшие выход корабля в трехмерный континуум, общались с кибернетическими системами на уровне мысленной связи, осуществляемой при помощи передатчиков стандартных имплантов.
Все проходило ровно, спокойно, по-деловому, пока в общий мнемонический фон внезапной нотой не влился сигнал тревоги.
Генри Шелтон мгновенно сориентировался, мысленным приказом активируя голографический монитор, куда тут же начала поступать вся доступная информация с проблемного направления.


Назад 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Далее

Все книги писателя Ливадный Андрей. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий