Библиотека книг txt » Лимонов Эдуард » Читать книгу 316, пункт «B»
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Лимонов Эдуард. Книга: 316, пункт «B». Страница 30
Все книги писателя Лимонов Эдуард. Скачать книгу можно по ссылке s

— Во, какой классный вид, Владимир. Чего это у них тут, лесопарк?

— Централ-парк, — ответил за зеленого Президента Шестопалов, — самая большая концентрация зелени в центре города. Там, видите, есть и пруд, и резервуар пресной воды.

— Классно устроились, — перекрикнула шум мотора Лиза Вернер. — Умеют жить. Владимир, ты не хочешь столицу ближе к югу перенести? А то у нас в Советске почти вечная мерзлота…

— Чего? Что?

— Вечная мерзлота, говорю, у нас… — Поняв, что Президент не слышит и близок к тошноте, Лиза занялась разглядыванием города с высоты птичьего полета. Шестопалов попросил ее расхвалить Кузнецову Дженкинса. Она только не знала, как к этому приступить.




Ночь с 8 на 9 июля 2015 года





Они напились. Лукьянов от усталости и полного бесчувствия, овладевшего им. Лейтенант Тэйлор — от радости. От ощущения могущества. Напившись, они стали выяснять отношения. Выяснились расхождения по ряду проблем. Выяснилось, что лейтенант Тэйлор собирается продолжать начатый Дженкинсом процесс банды О'Руркэ и, присоединив к ним «бульдогов» Дженкинса, дать американцам то, чего они жаждут: широкий заговор против Президента и институций Соединенных Штатов.

— Враги всегда сплачивают нацию, старый Лук.

— Лейтенант, вы забываете, что эти люди дали мне убежище, из-за меня влипли в тяжелую историю, ранены. И теперь вы предлагаете мне осудить старых друзей, заведомо зная, что они не виновны в том, в чем их обвиняют. Служба у Дженкинса не прошла для вас даром, лейтенант.

— У Дженкинса было чему поучиться, Лук. Я не питаю никаких злобных чувств к этим О'Руркэ, и даже черный — вполне бравый малый, но что мы скажем американцам? Что мы ошиблись? Но Дженкинс не ошибается. Не может себе этого позволить. Мы не можем оставить убийство Президента Соединенных Штатов без наказания.

— Но почему они?

— Потому что им не повезло, вот почему, старый Лук. Они оказались в нехорошем месте в неподходящее время. Что ты предлагаешь — отпустить этих и схватить других, не совершавших убийства Президента людей и обвинить их? Мы не можем этого сделать, потому что Дженкинс успел убедить общественное мнение, убедить наших сограждан, что да, виновны они, именно ОНИ. Что это за правосудие, которое один день тычет пальцем в одних виновных, а в другой — в других… Государство не может терять лица… Государственная необходимость…

— Вы заговорили, совсем как Дженкинс…

— И ты заговоришь, как Дженкинс, Лук, ибо это язык государства. Единственно возможный.

— Погодите, давайте разберемся, лейтенант…

— Давай. Начали разбираться. Этих ребят, твоих друзей, как ты говоришь, следует отдать Верховному суду.

— Ну, не друзей, однако они укрыли меня пару раз от ваших людей из Департмента…

— Теперь я твой друг, Лук, навеки, аминь!

— Хорошо, и что, Верховный суд, эти девять, они что, разберутся, что О'Руркэ невиновны?

— За пару дней поймут, что, факт, невиновны. Но ты дашь им указание, чтобы они лишь вынесли приговор, не углубляясь в обстоятельства дела. И эти восемь членов и одна щель, поскольку баба, подчинятся, потому что речь идет о государственном преступлении. Более того, о факте убийства Президента страны. Виновные должны быть выставлены народу на обозрение, осуждены и казнены в десяток дней. Дженкинс уже выставил их народу на обозрение. Мы должны осудить их и наказать.

— Получается, что мы наследники Дженкинса?

— А как же иначе, Лук? Ты даже не наследник Дженкинса, ты Дженкинс, и потому обречен проводить его политику до конца дней твоих. Неужели ты не задумался об этом раньше?

— Не задумался, всего лишь хотел выжить.

— Ну вот, выжил. Теперь за дело.

— Признаюсь, лейтенант, в скитаниях и бегствах последних дней я часто видел во сне мою уютную старую конуру, мои книги, облезлую лисью шкуру на постели. И пылко желал вернуться туда…

— Про это, Лук, забудь. Даже если, к остолбенению всех, Дженкинс заявит, что решил удалиться от дел, ему не дадут сделать этого. На следующий день после официальной отставки под Вас начнут копать, взбунтуются сенаторы и отменят большинством голосов Ваш закон 316, пункт «B». Еще через неделю Вас привлекут к ответственности за злоупотребления, совершенные Вами в качестве Секретаря Департмента Демографии. Всегда найдется тип, который захочет спасти свою шкуру, продав Вашу. Тот же директор «приемника» Вилкинсон расскажет об ужасах «приемника», о массовых отравлениях стариков, о траках, наполненных телами. Умелые манипуляторы возбудят общественное мнение, и ты, старый Лук, окажешься в положении, возможно, худшем, чем до сегодняшнего дня. Так что забудь про прелести конуры. Ты обречен быть Дженкинсом. К тому же и я не дам тебе уйти. Я молод, у меня большие амбиции, и осуществить свои амбиции я могу только с твоей помощью. То есть ты попал, Лук, — понятно тебе? — опять попал в историю… — Тэйлор расхохотался.

— Не вижу ничего смешного, лейтенант…

— Со сверхсерьезной позиции, дело Дженкинса — правое дело. То, что Земля перенаселена, — это общеизвестный факт. То, что следует снизить население до самого минимума, — не оставляет сомнений. То, что все попытки сократить население планеты мирными средствами не увенчались успехом, — ты это знаешь, Лук. Что принудительные методы действенны и что Дженкинсу удалось на треть сократить количество человеческих существ на территории Америки, также не оставляет сомнения. То, что действия Дженкинса крайне непопулярны, — верно, поскольку в каждой семье и даже при отсутствии семьи у многих есть старики. И не все, но многие любят своих стариков. Однако у человечества нет выхода. Или насильственный контроль над народонаселением планеты, или очень скорая гибель от голода, на насыщенной фекалиями человека пустынной пыли, — вот что остается нам от почвы. Дженкинс сформулировал свою демографическую политику жестче и безжалостнее других. В ней любовь к человечеству преобладает над любовью к человеку. Именно поэтому официальное кредо нашего Департмента — фраза: «Пожил — дай пожить другим!» Фразу придумал Дженкинс. Если ты хочешь, Лук, Дженкинс — это пророк Магомет нового времени. Тебе, по воле божественного провидения, привелось стать воплощением пророка.

Лукьянов признался себе, что лейтенант звучит убедительно.

— Однако Добро Дженкинса, защищающее человечество, «защищает» его от Человека. Ужасы «приемника» есть Добро для человечества и Ад для Человека, — возразил он.

— Это уже философия, Лук… А практику ты знаешь. В Азии и Африке варварски размножившиеся орды съели, как саранча, даже пейзаж. Поля, насильственно заставленные без отдыха рожать зерно — рис или маис для миллиардов двуногих, превратились в пыль. Красные песчаные бури доносят до середины океана песок с этих несчастных территорий. Только Соединенные Штаты, Российский Союз и частично Европа смогли спасти значительную часть своих посевных территорий. Потому треть наших сограждан занята охраной границ: все хотят к нам, у нас есть хлеб. Не так много, как в двадцатом веке расточительства, но у нас не умирают с голоду, слава Дженкинсу, уменьшившему число едоков.

— Благодарю за урок демографии. — Лукьянов поднял бокал с виски — Станем вдвоем отличным воплощением Дженкинса, лейтенант Вы — идеолог, я — исполнитель. Вот уж не ожидал, что вы такой поклонник покойного. Почему же именно вы отправили его на тот свет?

— Стечение неблагоприятно сложившихся для старика обстоятельств. Плюс, ты знаешь, Лук, я человеке всегда живет желание убить или съесть обожаемый объект.

Они выпили.

— Вы знаете, лейтенант, я ведь собирался отменить закон 316, пункт «B»…

— Забудь об этом, Лук. Напротив, закон следует ужесточить…

Так они беседовали. Пьяному лейтенанту удалось убедить пьяного Секретаря Департмента.




9 июля 2015 года





Заключенных разбудили рано утром. Глядя на них, одновременно заспанных и встревоженных, лейтенант Тэйлор сочувствовал им. Потому, как мог, постарался смягчить утренний переполох.

— Сейчас вас повезут в камеры предварительного заключения Дворца Правосудия. Ваше дело переходит из ведения Департмента Демографии в ведение Верховного Суда Соединенных Штатов… По моему мнению, расследование должно установить вашу невиновность.

Лукьянов стоял рядом с Тэйлором, усиленно копируя выражение лица Дженкинса. Он мог не присутствовать, но присутствовал. Зачем? Он не смог бы объяснить, если бы его спросили. Первыми вывели арестованных «бульдогов» Дженкинса в наручниках.

Гарри Джабс шел последним. Если все О'Руркэ и черный были успокоены упоминанием о Верховном Суде, то карликовый человек был мрачен. Возможно, находясь ближе к земле, он получал от нее дополнительные импульсы, и они были нерадостными… Проходя мимо Лукьянова, карлик поднял на него глаза.

— Человек, пронзенный доской… человек-доска… — пробормотал он. — «Доско-человек» — это наш пароль, да, Лук Янов? — внезапно спросил он, обернувшись.

«Дженкинс» промолчал. Зубья машины судьбы тогда, на Парк-авеню, захватили маленького скульптора случайно за ткань одежд и поволокли в иную судьбу, к которой он не имел доселе ни малейшего отношения. Зубья машины судьбы. «Если бы он не сбил меня тогда с ног…»

— Тэйлор, может, выбросим из дела хотя бы карлика?

— К сожалению, Лук, старый Дженкинс оставил их всех нам, и вам, и американскому народу, как виновных в убийстве Президента. Что мы скажем людям, если одного будет не хватать? В этом наборе персонажей все они идеально выглядят: красноносый отец, пылкий убийца — сын, красивая темноволосая убийца — дочь, подручный убийц — черный, зловещий карлик…

— Да вы поэт, лейтенант, — устало сгорбившись, Дженкинс пошел в свой офис. Его ожидал секретарь Президента Российской Федерации Шестопалов.



— Прежде всего, сэр, я хотел бы выразить вам свое восхищение. Вы, не побоюсь сказать это, — великий человек. Я читал все ваши статьи и полностью разделяю вашу философию. Планета должна быть контролируема.

— Благодарю вас. — Лукьянов подумал: вот еще один поклонник Дженкинса!

— К сожалению, у нас в России вследствие природных качеств нашей нации демографические реформы проходят медленно и осуществляются крайне поверхностно. Вы знаете, наверное, что критический возраст у нас установлен выше, чем у вас, — шестьдесят восемь лет, и наш отдел уничтожения погряз в постыдной азиатской коррупции. Жизнь у нас покупается для большинства богатых стариков, им запросто устраиваются за взятки отсрочки и вечные привилегии. Таким образом, отдел уничтожения занимается только бедняками, не имеющими возможностей купить себе отсрочку. Результат: мы едва уменьшили наше народонаселение на девять процентов. И выше десяти процентов никогда не поднимались. Жалкие цифры, конечно, признаю.

— Усильте пропаганду. Проведите кампанию: «Пожил — дай пожить другому!» Накажите нескольких чиновников отдела уничтожения. Публично казните их, в конце концов. Перетрясите весь отдел. Возьмите новых, энергичных и молодых! — Лукьянов хотел было сказать, что из русских не сделаешь ничего качественно иного — только русских, но воздержался. Его знание русских базировалось на происхождении Лукьянова, а Дженкинс подобными знаниями не обладал.

— Однако, сэр, я попросил у вас аудиенции не только для того, чтобы выразить вам свое восхищение. Вы — Макьявелли современного мира. Я искренне надеюсь, что вы станете «Принцем».[67 - В своем трактате «Принц» (1513 г.) Николо Макьявелли называет так государя, неограниченного монарха.] Сейчас, когда Америка потеряла «Принца», я надеюсь, что вы станете у кормила власти. Российский Союз хотел бы помочь вам в этом. Однако наше руководство расходится в мнениях на то, чьи претензии на власть в Соединенных Штатах следует поддержать…

Солдат неумело внес поднос с кофейником и чашками.

— Кофе, мистер Шестопалов?

— Вы безукоризненно произносите мою трудную фамилию, сэр, — Шестопалов даже покраснел от смущения. — Да, пожалуйста, кофе…

«Вполне симпатичный и умный молодой бюрократ, — подумал Лукьянов. — Искренне обожает меня, то есть Дженкинса».

— Продолжайте, пожалуйста, я весь внимание.

— Президент Кузнецов, по наущению имеющего на него влияние генерала армии Василенко, принял решение поддержать кандидатуру вашего соперника — главы Агентства Национальной Безопасности Турнера… Однако есть и другие влиятельные силы в нашей стране, и они хотели бы видеть Президентом вас. Без ложной скромности, ваш покорный слуга, сидящий сейчас перед вами, имеет большое влияние на Президента Российского Союза и представляет как раз тот сильный лагерь, который хочет в Президенты Америки вас. Мне, разумеется, не нужно вам объяснять, что иностранная держава — Российский Союз сильно и прочно врос в американскую экономику, мы финансируем нашими деньгами многие ваши программы и потому имеем реальную возможность давить и лоббировать.

Все это Лукьянов слышал впервые, но, будучи Дженкинсом, кивнул почти равнодушно.

— Я вас слушаю, продолжайте…

— Я явился предложить вам помощь, в случае если вы будете баллотироваться. Однако, как великий человек вровень с Макьявелли, вы, разумеется, понимаете, что толпа относится к вам враждебно. Я полагаю, что вы захотите избрать другой путь. Более короткий и менее рискованный.

— Мы работаем над этим, да, — неожиданно для себя подтвердил Лукьянов.

— Я очень рад, сэр. Сделайте это для блага Америки и всего мира.

— Скажите, мистер Шестопалов, Том Турнер принял предложение вашего Президента?

— Да, сэр. Однако я успешно работаю над тем, чтобы Президент Кузнецов изменил свое решение.



Лиза Вернер лежала не в постели, а на постели, «валялась», как она сама называла это занятие, и нажимала попеременно кнопки телеконсоли, наскучив той или иной программой. Президент, пришедший в себя от прогулки на вертолете, собирался на встречу с Турнером. Позднее вечером русская делегация должна была вылететь в Советск. Генерал Василенко, сославшись на неотложные дела, вылетел еще вчера. Лиза Вернер нашла вдруг физиономию Дженкинса и оставила ее на экране.

— Приятный тип — да, папа? — этот худощавый. Это его ты собираешься сделать Президентом?

— Нет, Лизок, это Кащей, мы стоим за Турнера.


Все книги писателя Лимонов Эдуард. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий