Библиотека книг txt » Лимонов Эдуард » Читать книгу 316, пункт «B»
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Лимонов Эдуард. Книга: 316, пункт «B». Страница 12
Все книги писателя Лимонов Эдуард. Скачать книгу можно по ссылке s

Поставив одну ногу на тротуар, враждебный толстяк сидел на удивительно хрупком в сравнении с его телом голубом мопеде и, дергая педаль другой ногой, пытался завести мопед. Набитый плодами «Здоровья» живот толстяка дергался при каждой попытке. «Так тебе и надо, stupid[37 - Дурак, глупец (англ.).]», — злорадно подумал Лукьянов и повернул в сторону Бродвея.

Навстречу ему, видимый издалека в своих красных одеждах, шел не спеша дэмовский патруль. До Лукьянова донесся их смех. Пять человек, как обычно (говорят, все инструкции, следуя примеру Ленина, писал дэмам сам Дженкинс). И, по инструкции Дженкинса, патруль должен был состоять из пятерых. Лукьянов повернулся и пошел в противоположном направлении. Не дожидаясь зеленого света, которого, кстати, могло и не быть именно на этом светофоре — светофорная система Нью-Йорка не ремонтировалась множество лет, и городские власти, удалив из города частные автомобили, успокоились, — Лукьянов быстро перешел Пятую авеню. На другой стороне он осторожно оглянулся и на ходу увидел, что дэмы беседуют с толстяком, наконец заведшим свою голубую стрекозу. Толстяк показывал дэмам на него, Лукьянова. Влип, со страхом подумал Лукьянов, влип, и так неожиданно быстро. Жирный, может быть, думает, что делает и им, и мне удовольствие: там еще один ваш, ребята. Вон он, уже на той стороне. А может быть, он не поверил значку Лукьянова? Лукьянов прибавил шаг и быстро пошел по 29й в сторону Мэдисон.

«Кто бы мог подумать… Вчера хотел умереть. Сегодня уже хочу жить… Может быть, завтра я опять захочу умереть. Пожил свое, сколько можно. Мог умереть еще в шестнадцать, когда воспаление легких вдруг развилось в туберкулез…»

К большому сожалению Лукьянова, людей на улице было мало. Дойдя до Мэдисон, он повернул и, успев увидеть идущих за ним по 29й дэмов, пошел по Мэдисон вверх, рассчитывая, что успеет дойти до многолюдной 34й улицы до того, как дэмы им заинтересуются и крикнут ему, чтобы он остановился. Если бы не его забинтованная, с проступившей сквозь бинты кровью, голова, Лукьянов, может быть, рискнул бы остановиться. Голова и нелепый в жаркое летнее утро черный костюм делали его подозрительным.

На углу 31й и Мэдисон в голове Лукьянова опять, как в ресторане, запульсировала кровь, и яркие рыжие пятна расцвели впереди в подымающемся вверх пространстве Мэдисон. Твердо зная, что пятен на уровне человеческого роста в воздухе Мэдисон на самом деле не существует, Лукьянов испугался, что потеряет сознание, и оглянулся в надежде, что, может быть, уже нет необходимости бежать, идти так быстро, может быть, дэмы не преследуют его. Увы, сейчас уже не было сомнений, что дэмы идут за ним. Несмотря на энергичный пробег зверя, расстояние между Лукьяновым и дэмами не уменьшилось.

Он побежал. Побежал, виляя, вспугивая все более многочисленных прохожих, ожидая выстрелов и надеясь, что стрелять, рискуя попасть в прохожих, они не решатся.

Они решились. «Баф!» — пролаял выстрел. Уже знакомый пистолет-автомат «G.P.-20», городская модель, выплюнул одиночную свинцовую косточку диаметром в 9 мм. «Может быть, в воздух?» Прохожие прижимались к стенам, распластывались на дверях учреждений, скрывались в магазинах и драг-сторах. Лукьянов мечтал о большой, широкой толпе, в которую он влетит, как пчела в улей, неотличимый от других пчел. 33я улица… Еще один выстрел — «Баф!» 34я… «Баф!» В отчаянном броске переметнулся Лукьянов на противоположную сторону широкой 34й улицы и, напрягая силы, вспоминая, что ему говорил о недостатках его бега преподаватель физической культуры в колледже, сильнее заработал локтями. И стал энергичнее отбрасывать ступни назад. Оглянулся. Двое дэмов перебегали на противоположную сторону Мэдисон, трое бежали за ним. Лукьянов понял, что те двое будут стараться снять его с противоположной стороны Мэдисон одиночными выстрелами и что они, стреляя поперек Мэдисон, будут иметь куда большую свободу стрельбы, чем паля вдоль Мэдисон.

Сырой горячий воздух свистел сквозь легкие Лукьянова, испуганные лица прохожих вдруг сжимались и, как бы не имея сил видеть человека с забинтованной головой, исчезали из его поля зрения влево и вперед… На углу 35й улицы медленно и тупо, противореча своей неуклюжей уверенностью происходящему, стена трака выдвинулась перед Лукьяновым, и он не раздумывая побежал вдоль стены, обогнул ее и, уцепившись за железные поручни задней двери, устроился на лестнице, свисающей под дверью. «Если не пристрелят сейчас, при пересечении авеню, то, может быть, уже не пристрелят», — подумал Лукьянов и задышал шумно и свободно, в то время как гигантское железное тело, несущее его через Мэдисон, послушное воле живого существа, управляющего им, вдруг содрогнулось и мощным рывком дернулось вперед. Никак не связанное с Лукьяновым действие шофера вырвало трак из сферы действия «G.P.-20», зажатого в руках девушки в красной рубашке, и серия свинцовых колпачков пробарабанила не по телу Лукьянова, а по углу трака. «Баф! Баф-баф-баф-баф! Баф!» — Звук отнесло куда-то в сторону, словно стреляли на соседней улице. Трак, куда менее хрупкий, чем Лукьянов, смял колпачки, и только неглубокие вмятины остались на его железной рубахе. Лукьянов взглянул на заднее ребро трака и похолодел в девяностоградусной жаре. Ближайшая вмятина находилась на расстоянии десятка инчей от его головы.

Лукьянов дышал и радостно висел, вцепившись в зад железного ящика. За железным ящиком уже следовал еще железный ящик, не знающий, как себя вести. Второй ящик то вдруг сигналил, истошно и долго, останавливался, то опять устремлялся вперед. Шофер, управляющий им, часто мотал головой и менял выражение лица, один раз он даже высунулся из окна и объявил Лукьянову, что он идиот, но Ипполиту было не до шофера. Лукьянов пытался понять, где дэмы. Их не было видно.

Беглец благословлял нью-йоркские власти, запретившие движение частных автомобилей в Нью-Йорке и потому предохранившие улицу от возможной пробки. Железный ящик несся с хорошей скоростью и, выехав на 3ю авеню, повернул в аптаун. Решив не искушать судьбу, в районе 55й улицы, когда трак остановился на красный свет, человек с забинтованной головой спрыгнул на асфальт и быстро ушел по 55й в сторону Иста.

На Парк-авеню происходил Парад. Колонны различных отрядов и бригад «youth workers» маршировали по закрытой для движения Парк-авеню в аптаун. Вдоль тротуаров кипела толпа: в основном безработные, для которых участие в демонстрациях и парадах было обязательным, специальные контролеры на месте отмечали их присутствие. Отсутствие на двух парадах в год лишало безработных пособия. Тележки с едой, тележки с незамысловатыми праздничными аксессуарами бойко торговали. Лукьянов, протиснувшись к столу, стоящему у стены, быстро выбрал красную шляпу с большими полями и надписью «Red is good[38 - Красный — значит, хороший (англ.).]» и, нахлобучив ее на свою забинтованную голову, заплатил.

— Упал, — объяснил он усатому человеку, торговавшему шляпами и сумками.

— Бывает, — согласился человек.

У сидящего по-турецки возле баллона с газом, к которому была привязана целая, может быть, сотня воздушных шаров однорукого человека, Лукьянов купил шар и, обмотав его вокруг значка «S. E.», надежно привязал шар к значку. Довольный своим видом, он пустился в плавание в толпе, раздумывая, что предпринять.

Впереди каждого отряда «youth workers» несли знамя отряда. Знамена были самых различных сочетаний цветов, самым распространенным цветом, заметил Лукьянов, однако, был зеленый. По зеленому фону вилась надпись-призыв: «Америка требует от молодежи добросовестного труда». «Есть! — отвечаем мы. — 7й отряд Двенадцатой Бригады, Бронкс», «Отряд имени Декларации Прав Человека, Квинс», «Мы — молодежь — Будущее Америки, 22й отряд, Манхэттен», «Все силы — Родине-Америке! 15й отряд, 9й бригады Боро Нью-Джерзи».

«Youth workers» в удивительном порядке, предводительствуемые своими инструкторами, ноги в джинсах, поднимались и опускались одновременно, шли под музыку своих оркестров. Оркестры следовали сразу же после знамени отряда и были самыми разнообразными — от сверкающих медью и бронзой духовых до рок-энд-ролловых квартетов и секстетов, снабженных электрогитарами и электропиано, влекомыми в открытом кузове электрического автомобиля. Резкие разрозненные звуки, как детали разных машин, не собирались в целый механизм, а висели отдельно в воздухе. 15й отряд 9й бригады из Боро Нью-Джерзи шел оригинальнейшим образом — под аккомпанемент старинного оркестра из труб и барабанов. В самый большой барабан, уперев его в живот, стучала молодая великанша. Униформа оркестра — зеленая юбка, зеленые гольфы, зеленая же рубашка с коротким рукавом и пилотка — сидела на гигантше барабанщице рискованно плотно, раздираемая ее крепкими формами.

По сути дела, Лукьянову следовало бы выспаться, а не разглядывать Парад. Увы, выспаться было негде. Всякий отель потребует у него айдентити-кард. Отправиться на Деланси-стрит, 209 он не мог, по его подсчетам, Мария будет занята до шести-семи часов. Кларисс, добрый синий чулок, также трудится в Публичной библиотеке до шести вечера. Лукьянов с тоской вспомнил о своем уютном старом гнезде, о книгах, которые собрались у него, о любимом старом кресле, о пледе, о бутылке виски, всегда стоящей у него за зеркалом, и им овладело отчаянье. Такое же отчаянье вчера толкнуло его на самоубийственное путешествие к Департменту Демографии. Разумеется, он не надеялся убить Дженкинса, Лукьянов хотел, чтобы убили его, Лукьянова, хотел избавить себя от крысиной участи, от стыдной смерти старого кота, которого хозяева решили «усыпить» и принесли к ветеринару…

Поправив красную шляпу на забинтованной голове, нахлобучив ее еще глубже, Ипполит поплелся, обходя глазеющих на парад безработных, в том же направлении, что и колонны «youth workers». Патриотический Парад — возможно, одно из самых безопасных мест сейчас в Нью-Йорке, подумал Лукьянов сонно. Здесь у меня куда меньше шансов быть остановленным городскими жандармами или дэмами. День независимости — официальное государственное празднество. Правда, демонстрируют только те жители города, которые не работают в эти часы, а глазеют на них безработные, обязанные глазеть, — это их социальная функция, их работа. Безработные заняты, может быть, больше, чем работающие: один из парадоксов нашего общества. Лукьянов вспомнил короткие несколько лет, когда он сам был безработным, пока Всеамериканский Союз Литераторов не начал выплачивать ему пособие. Сколько у него было обязанностей! Два часа в день он обязан был посещать клуб безработных и слушать лекции по экономике и демографии. По окончании лекций безработных разделяли на группы и отсылали участвовать в различных городских и загородных мероприятиях. Посадка деревьев на берегу Ист-ривер, кропотливая работа по чистке улиц, участие в различных митингах в качестве толпы, о, Лукьянов часто являлся домой через десять и двенадцать часов после выхода из дома. Теперь у него нет дома.

Опередивший его подросток больно толкнул Лукьянова плечом джинсовой куртки.

— Хэй, kid,[39 - Козленок, пацан (англ.).] осторожнее! — помимо своей воли выкрикнул Лукьянов в спину подростку.

— Я извиняюсь. — Подросток повернулся, и Лукьянов увидел, что «ребенку» лет сорок, он был с усами.

«Подросток», однако, улыбался.

— Так нелегко сейчас увидеть детей на нью-йоркских улицах, мистер. Вы что, забыли, что уже семь лет как в силе временное запрещение иметь детей.

— Извините, если я вас обидел.

Они остановились. Лукьянов даже приподнял чуть-чуть красную свою карнавальную шляпу и поклонился карлику: он не хотел неприятностей, у него и так было достаточно неприятностей.

— Вы меня не обидели. Забудьте, узнаю интеллигентного человека старой школы! — Карлику, как видно, хотелось поговорить. — Куда хромаем, мистер Израненная Голова?

— Любуюсь народным празднеством, — полусерьезно, полуиронически ответил Лукьянов.

— О, по счастливому стечению обстоятельств я занят тем же самым. — Карлик указал на такой же, как у Лукьянова, значок «S. E.», приколотый на карман джинсовой куртки. — Изучаю живую натуру. Чтобы затем использовать фигуры юных американцев-суперменов в сугубо личных целях. Я — скульптор. Гарри Джабс.

— Ипполит Лук, — представился Лукьянов, рассудив, что скульптор Гарри Джабс не принесет ему вреда.

Инстинкт Лукьянова не воспретил ему представиться и только почему-то заставил, подражая грубияну лейтенанту Тэйлору, сократить собственную фамилию. Шум внезапно воспользовавшейся всеми своими усилителями очередной банды покрыл его слова.

— Ипполит кто? — прокричал, поворачиваясь к нему левым ухом, карлик.

— Лук!

— Прекрасное и редкое имя, мистер Лук…

— У вас не хуже, мистер Гарри Работы,[40 - Буквальный перевод с английского работы во множественном числе.] вы что, чех?

— Нет, чистокровный американец из Новой Англии, дорогой Лук…

— Citizens,[41 - Граждане (англ.).] не останавливайтесь, циркулируйте или займите место у полицейских барьеров! — Черная блуза и фуражка городского жандарма нависла над Гарри Джабсом и Ипполитом.

Голову последнего на мгновение как бы окунули в кипящую воду. Убедившись, что жандарм только желает, чтобы они сошли с пути других граждан, желающих циркулировать в узком проходе между толпой, профессионально шумно и энергично приветствующей все новые и новые отряды «youth workers», и стендами разнообразных мелких торговцев, присланных на Парад своими юнионами, голова Лукьянова вынырнула из кипятка.

— Разумеется, офицер, будем циркулировать! — Гарри взял Лукьянова за локоть, и они сделали несколько десятков шагов в аптаун.

Из пересекающей Парк-авеню 60й улицы на полном ходу выскочил черный «Крайслер» модели 13го года, высоко сидящий на своих дважды протектед-колесах, и, сбив один полицейский барьер, закрывающий улицу, врезался вначале в толпу безработных, обозревающих парад. Срубив толпу под корень своим необыкновенно большим и тяжелым телом, пуленепробиваемый и бронированный «Крайслер-13», рассчитанный на восемь пассажиров, даже не запнувшись, только завилял на поверженных телах, как на льду, сбил барьер, отделяющий парадирующих «youth workers» от толпы, и врезался в колонну синеджинсовых строителей будущего. Срезав на пути оркестр 22го отряда Манхэттена, «Крайслер-13» пересек Парк-авеню и, только преодолев третий по счету полицейский барьер, замедлил скорость и, топча живую массу, все еще опасный, проехал сквозь нее, разбегающуюся, давя друг друга, и остановился, тупо ударившись о стену здания.


Все книги писателя Лимонов Эдуард. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий