Библиотека книг txt » Хаецкая Елена » Читать книгу Атаульф
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Хаецкая Елена. Книга: Атаульф. Страница 8
Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке s

Я люблю Пасху, потому что мать наша Гизела всегда вкусно готовит для пира. Она говорит, что добрый Сын радуется, когда мы сытно едим.

Во время Пасхи мы выходим из храма и многие ищут, нет ли поблизости Сына. Если он приходит на землю, то мог бы и к нам прийти. Но еще ни разу на моей памяти никто его не находил.

Годья Винитар нам обрадовался, когда мы пришли. Рубаху надел, достал горшок с просяной кашей. И сели мы за стол. Дядя Агигульф с Валамиром сами все пиво выпили за разговором.

Валамир, чтобы годье сделать приятное, велел Марде рубашку винитарову заштопать.

Винитар рубаху снял и Марде отдал. Марда за дело принялась. Валамир ей тоже пива налил, чтобы от обиды не плакала.

Я смотрел на годью Винитара, пока он без рубашки сидел. Хоть и стар годья годами, а все же на диво могуч и ладно сложен. Я думаю, он мне двумя пальцами шею переломить может.

Дядя Агигульф и Валамир решили у годьи все повыспросить про тын и для того издалека речь завели. Поговорили о том, о сем. О севе предстоящем. О том, что из бурга слышно.

Валамир про злокозненность герулов сказал. Мол, усилили злокозненность герулы.

Дядя Агигульф подтвердил. И до него подобное доходило.

Стало быть, продолжал Валамир, искусно разговор к нужному руслу подводя, так ли, иначе ли, а тын возводить придется.

Опять-таки, и гепиды злокозненность усилили, заметил дядя Агигульф.

А Валамир подтвердил. Слышал он, Валамир, что в старом селе, откуда Хродомер с Рагнарисом вышли, тын подправляют.

Марда, хозяину приятное сделать желая, тоже вякнула: мол, слыхала она, Марда… Но Валамир ей молчать велел.

Дядя Агигульф заметил, что старейшины в селе исполнены мудрости. И столь велика мудрость одного и мудрость другого, что не вместиться им в одном селе. Одна мудрость велит ставить тын на холме, где курган Алариха. Другая же мудрость, с первой несовместная, велит в ином месте тын ставить — на хродомеровом подворье.

А вот говорят по селу, подхватил Валамир, что еще большая мудрость в книге у годьи Винитара заключена. (И с тем большой глоток пива отпил — волновался Валамир). Будто толкует та книга о тынах с таким знанием дела и с такой мудростью, что превосходят они знание и мудрость обоих старейшин.

Годья Винитар слушал, кашу просяную ел и помалкивал. Меня он тоже кашей угостил. Я при годье не решался сыра попробовать.

И сказал наконец годья Винитар, что есть в его книге история про тын. И продолжал кашу есть и молчать. А сам слушает: что еще Агигульф с Валамиром скажут?

Дядя Агигульф решился наконец и попросил годью Винитара историю про тын еще раз рассказать.

Годья Винитар охотно историю про Нехемью повел. Только не по книге пел, а на память. Он любит, когда к нему приходят и что-нибудь спрашивают из книги.

Дядя Агигульф и Валамир слушали годью, рот приоткрыв. Так внимательно слушали, что про пиво позабыли. И Марда иголку опустила, руки сложила — слушала. Я глядел на них, как они рядком сидят и с годьи глаз не сводят, и понял вдруг, что имел в виду годья Винитар, когда говорил, будто у Бога Единого не будет ни раба, ни свободного. Ничем сейчас воины Агигульф с Валамиром с замарашкой Мардой не разнились.

А когда годья историю закончил, они словно проснулись ото сна. Поблагодарили. Посидели, пиво допили. Поговорили о разном. Марда штопку закончила. Я вторую миску каши выхлебал.

Дядя Агигульф спросил у годьи, трудно ли в книге разбирать песнь. Годья вздохнул и признался, что науку воинскую куда легче одолеть было.

И опять годья Винитар понял, что дядя Агигульф куда-то клонит. И стал ждать — что еще его спросят?

Тогда Валамир речь завел о том сражении, где наши готы ревом рогов и криками воинскими обрушили вражеский тын. (Об этом рассказе винитаровом тоже все село толковало.) Каков тын тот был? Не был ли хлипким? Как, на его взгляд, достоин ли враг был тогда у готов, либо же труслив и слабосилен?

Годья Винитар отвечал, что крепок был тын и враг был силен.

Валамир спросил тогда — а что, шрам, который у годьи на лбу, был в том сражении получен?

Годья ухмыльнулся и от ответа ушел. Сказал вместо этого, что хотел бы видеть Валамира с Агигульфом — коли их так Бог Единый занимает — в храме, в числе верных. Валамир с Агигульфом тоже ловко увильнули от прямого ответа и начали с годьей прощаться. Дела у них были срочные в другом месте.

А у Марды там дела, где дела у Валамира.

И вышли мы от годьи Винитара. Сперва шли молча, а после дядя Агигульф сказал:

— Правду говорит дедушка Рагнарис. Был Винитар отличный воин и посейчас воинскую науку хорошо понимает. Обидно, что жреческим делом заняться решил.

А Валамир сказал, что с одной просяной каши много не навоюешь. Ослаб духом Винитар, на пустой каше сидя. Мяса воину требуется, желательно сырого. И Марду по заду хлопнул. А Марда глупо захихикала.




ПАСХА

Пасха — самый большой праздник у нас, тех, кто верует в Бога Единого. Это очень важный праздник, потому что в этот день воскресает добрый Сын грозного Бога Единого. И у Бога Единого в этот день хорошее настроение. Вот почему мы радуемся.

В этот день наша мать Гизела умыла лица мне и моим — братьям Гизульфу и Ахме-дурачку. Она дала нам чистые одежды. Когда стемнело и на небе показались звезды, мы пошли в храм Бога Единого.

Я всегда хожу в храм с любопытством — что еще расскажет нам годья Винитар? Он иногда одно и то же рассказывает, но всякий раз интересно. И хоть заранее знаешь, что будет дальше, а все равно сердце замирает. У меня всегда будто в животе щекочет, когда годья рассказывает, как пришли женщины к пещере, где мертвый Сын Бога Единого лежал, а Сына-то и нет! А годья помолчит, помолчит, ожидание накаляя, а после как заревет страшным и радостным голосом: воскрес, дескать, можно и не искать его в пещере! Так-то вот, люди! И еще захохочет.

И как только годья захохочет, так в храме все тоже смеяться начинают. Потому что тут даже Ахме-дурачку понятно становится: и вправду ведь воскрес, коли нет Его в пещере! В прошлом годы мы с Ахмой от радости в пляс пустились и прыгать начали посреди храма. Годья нас не останавливал. Сказал только: все бы так ликовали, как эти светлые отроки. И умилился годья, на нас глядя.

Уже и Пасха кончилась, а Ахма-дурачок все плясать норовил в храме Бога Единого. Как придет в храм, так сразу пляшет и на годью глядит в ожидании. Но больше никто не умилялся, на скачки его глядя. И постепенно забыл Ахма-дурачок свои пляски.

Годья знает все о Боге Едином. Раньше я думал, что наш годья — святой. А брат мой Гизульф говорил, что Винитар — он просто богарь. Тогда я пошел и спросил нашего годью Винитара, правда ли, что он святой. Годья же ответил, что нет, не святой он.

Годья мне объяснил, что он, Винитар, служит Богу Единому как слуга — поэтому его и называют «годья», то есть «богарь». Те же, кто творит чудеса, например, воскрешают мертвых, как блаженный Гупта из соседнего селения, — те святые.

Я-то хотел попросить Винитара воскресить из мертвых вутью Арбра, чтобы порадовать дедушку, но Винитар отказался. Сказал, нужно ждать, пока Гупта сам придет. Ибо Гупта тогда придет, когда Бог Единый или Сын Его Гупту приведут. А из людей никому не ведомо, когда Гупта придет. Может, и вовсе не придет.

Храм Бога Единого стоит сразу за домом Агигульфа, но не нашего дяди Агигульфа, а другого. Того Агигульфа, который верует в Бога Единого и у которого одноглазая дочь на выданье. Ее зовут Фрумо.

Я очень хотел есть, потому что перед Пасхой нас почти не кормили. Дедушка это одобряет. Он говорит, что воинам нужны испытания.

Бог Единый на людей всегда немного сердит. А когда умирает добрый Сын Бога Единого, Он особенно к людям придирается и следит, чтобы как следует люди скорбели по Сыну Его. Чтобы жили впроголодь и смеялись пореже, а не ржали, аки кони, и не обжирались свининой. И пивом до самых глаз не наливались. И драк бы не чинили, и с замарашкой валамировой по сеновалу не валялись. Как наш дядя Агигульф.

Наша мать Гизела говорит, что это соблазн.

Дядя Агигульф сует нам с Гизульфом куски, пока наша мать не видит и пока Тарасмунд глядит в другую сторону. И берем мы эти куски. И едим торопливо, от Бога Единого руками закрываясь. Я потом всегда Сына прошу, чтобы не сердился. Я Ему объясняю, что все равно по Нему скучаю, а что мясо ем — то в предвкушении радости. Ведь я знаю, что Он обязательно воскреснет.

А Агигульф-сосед, печаль по умершему Сыну ревностно соблюдая, хотел в этом году ножом себе лицо изрезать, как аланы делают, по умершим родичам скорбя. Но Винитар запретил ему так поступать. Сказал, что Сын, воскреснув, огорчится, если обезображенным Агигульфа-соседа увидит. Ибо безмерно милосердие Сына.

Перед Пасхой годья несколько дней все в храме чистил. Мы с Гизульфом и наши сестры Сванхильда с Галесвинтой ему во всем помогали. Галесвинта веток нарезала и в воду поставила. Теперь на этих ветках показались зеленые листики.

Когда мы пришли ночью в храм, там было очень красиво. Горело больше дюжины лучин. Годья зажег также медную лампу, которой очень дорожил и редко зажигал, потому что масло дорого стоит. И плошки с маслом зажег. Все переливалось в золотистом свете.

Годья долго пел разные песни. Наша мать Гизела годье вторила. Она все эти песни знает. Получалось очень красиво. Другие тоже подпевали им, но не так красиво.

Агигульф-сосед совсем некрасиво подпевал, он сипел. И слов почти не знал. Но все равно было здорово.

Потом годья рассказывать начал про женщин, которые к пещере пошли. Я понял, что целый год ждал, как годья эту историю рассказывать будет. Годья эту историю только на Пасху рассказывает. И у меня сразу защекотало в животе, как всегда бывает, когда я про ту пещеру слушаю.

И вот годья замолчал посреди истории и стал нас молчанием томить. И так долго томил, что Гизульф не выдержал и крикнул:

— А там ведь нет никого!

И захохотал, как годья всегда в этом месте рассказа хохочет.

Тут все зашумели, засмеялись и стали наперебой кричать:

— А ведь нет там никого!

И годья заревел, всех перекрикивая:

— Точно, нет там никого!

И позвал нас искать Сына. Он взял свой крест и устремился к выходу. Мы все пошли за ним. Мы обошли вокруг храма, распевая песни. Сейчас я уже знаю, что нужно просто вокруг храма ходить — так нужно искать Сына. Когда Тарасмунд, наш отец, только уверовал в Бога Единого, он в такую ночь не стал вокруг храма ходить, а за село устремился. Однако годья Винитар заметил и вернуться велел. Тарасмунд не хотел возвращаться и говорил годье: мол, искать так искать, а вокруг храма топтаться — что толку. Но годья сказал, что положено вокруг храма ходить. Так Бог Единый установил.

Потом годья Винитар нас к трапезе позвал. Он заранее приготовил много мяса, яиц, хлеба и молока. И даже медовуха была у него. Перед Пасхой годья всегда сам готовит трапезу, говорит — это для того, чтобы никого в соблазн не вводить.

Годья Винитар очень вкусно готовит. Мы очень быстро все съели, что он приготовил, и по домам пошли, Бога Единого славя и Доброго Сына Его.

Дедушка, дядя Агигульф и наложница дедушки Ильдихо с нами не ходят. Вот и на этот раз они спали.

Когда мы шли домой, восходило солнце. Ахма-дурачок кричал во все горло:

— А там ведь нет никого! И правда никого там нет!

И хохотал, годье подражая.

От этих криков дедушка и дядя Агигульф проснулись и заругались. Дедушка все клял себя за то, что не настоял на своем и не отнес Ахму в капище.

Иногда я думаю, что дедушка Рагнарис прав.



На следующий день у нас в доме был пир. К нам пришел Валамир, друг дяди Агигульфа. Валамир пришел не потому, что верует в Бога Единого и радуется тому, что Сын Его воскрес, а просто потому, что был пир.

С Валамиром пришел Одвульф. Валамир наш родич, а Одвульф родич Валамира.

Одвульф был расстроен. Годья выгнал его из храма, потому что Одвульф был пьян. Одвульф объяснял годье, что пьян от радости, но годья рассердился на Одвульфа.

Одвульф верует в Бога Единого. Одвульф очень хочет стать святым, как Гупта из соседнего села. Я тоже хочу, чтобы Одвульф стал святым, потому что тогда он сможет воскресить Арбра для дедушки.

Пойдет Одвульф на охоту — всегда отдаст половину добычи годье. Он очень хочет стать святым.

Одвульф умеет петь многие из песен годьи. Отец мой Тарасмунд и мать Гизела хотели послушать, как Одвульф поет на память из книги Винитара.

Одвульф спел, как Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, Иаков родил Иуду и братьев его.

Тогда дедушка Рагнарис и дядя Агигульф, которые тоже были пьяны, стали петь, Одвульфа перекрикивая, родословие славнейшего готского рода Амалов:

«Гапт родил Хулмула, Хулмул родил Авгиса, Авгис родил Амала, Амал родил Гизарну — но не того Гизарну, что из нашего села, а другого…»

При каждом имени они стучали кружками о стол и громко смеялись.

Пьяный Одвульф, чье имя и означает «Бешеный Волк», обиделся за Бога Единого. На Одвульфа снизошла священная ярость. С тем он бросился в битву и сильно помял дядю Агигульфа. Но тут на него насели дед мой Рагнарис и отец мой Тарасмунд, который хоть и не одобрял агигульфовы выходки, но все же любил его братской любовью. Валамир же в битву вмешиваться остерегался, ибо был как родичем Одвульфа, так и нашим родичем.

Стол был опрокинут, питье разлито и два кувшина разбито.

Дурачок Ахма стал на сторону Одвульфа в этой битве.



На другой день мы бегали смотреть, как Одвульф винится перед годьей Винитаром. Одвульф громко выл и мазал лицо грязью. Годья Винитар сказал Одвульфу, что никогда не быть ему святым, как Гупта. Не стать паршивому волку пригожей овцой.



Отец мой Тарасмунд ругался в доме с дядей Агигульфом. Дедушка ушел к Хродомеру. Они разругались.

Ильдихо оплакивала разбитые кувшины и бранила нас с Гизульфом.

Ахма бормотал себе под нос: «А там и нет никого!» и хихикал в кулачок. На скуле у Ахмы был синяк.

Валамир ладил нам новый стол. Дядя Агигульф давал Валамиру советы. Было интересно.




НАШ РОДИЧ ОДВУЛЬФ

Наш родич Одвульф невысокого роста, худощавый, волосом длинен и редок, бороденка и того реже, усы вислые, будто мокрые. Ни в какое сравнение не идет он с нашим дядей Агигульфом. Взором мутен Одвульф, будто глаза у него оловянные, а веки красные. Мы с Гизульфом все думали — оттого, что в храме много плачет, но дедушка Рагнарис сказал как-то: помню, мол, Одвульфа еще сопляком. Помню, как при капище, в мужском избе, посвящение в воины получал. Так он и тогда такой же был, как плотвица снулая.


Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий