Библиотека книг txt » Хаецкая Елена » Читать книгу Атаульф
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Хаецкая Елена. Книга: Атаульф. Страница 59
Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке s

Но мало показалось то трем героям, ибо переполнял их в те дни дух Вотана. И подступил к жрецу Хродомер с просьбой великой: показать, как надлежит столб указательный поставить, дабы знать всегда сроки, когда солнце на зиму и на лето поворачивает, а когда день и ночь между собой сравниваются.

Сказал жрец Хродомеру, чтобы возводил два столба, один выше другого, а когда настанет срок — из капища придет жрец и укажет, где на тех столбах каких богов вырезать. И показал место, куда столбы ставить: здесь, мол, один, а тут — иной. Научил, как правильно с солнцем сверяться, дабы ошибок не сделать. И велел еще заострить высокий столб.

Сделал все Хродомер, как велено было. На высоком столбе вырезал он три мира и разукрасил все по своему разумению: великаншу Хель внизу, солнце наверху, а в среднем мире — себя, Рагнариса с Тарасмундом и Сейю с сыновьями. И крохотных Мидьо и Аутильду наметил: пусть уж будут.

Увенчал же столб головой свирепого воина в шишаке, тоже все из дерева вырезано было. Глядел над вислыми усами сурово, и боялись его меньшие сыны Сейи и Тарасмунд.

Рагнарис нарочно носил Тарасмунда к столбу, когда тот малышом был и хотел отец сынка своего потешить, и пугал всячески. И пугался Тарасмунд.

Поставив этот заостренный столб, по слову жреца, поставил Хродомер и второй столб. Крепко, надежно поставил, едва ли не на треть в землю вогнал. Трижды за год приходил жрец из капища и отметины ставил на том столбе. И там, где пометил жрец, вырезал Фредегаст, сын Сейи трех божественных воинов с раскрытыми в крике ртами, будто исторгающими вопль священной радости. Столь прехитро сделано было, что тень от большого столба, как копье, заостренная, вонзалась в рот одному из богов, когда наступал его день. И в полдень того дня, когда солнце на зиму поворачивает, поражала тень-копье кричащего Локи, ибо настоял Хродомер на том, чтобы Локи непременно вырезать (благодарен был ему за помощь при строительстве землянки в первый год села). Весной и осенью тень поражала дивного и страшного воителя, у которого лик справа был мужской, а слева женский. И был тот лик справа выкрашен красным, а слева был черен. А когда год, войдя в сердце зимы, поворачивает к лету, принимает на себя тень-копье Вотан, венчающий столб. В этот-то день кузнец, сажей измазавшись, выходит из кузницы и в селе по дворам козлом скачет, неистово Вотана славя. В прежнем селе так было, и в бурге так заведено. И когда в новом селе кузнец появился, то тоже стал он так делать.

Такие столбы везде люди нашего народа ставят у себя в селах и бургах. И вандалы ставят. И гепиды тоже. Великий ущерб терпят те, у кого такие столбы повалены — несчастьем ли, набегом ли вражеским. Ибо посредством копья, солнцем с неба метаемого, боги указывают людям, когда им сеять и когда жать. Ибо ведомо мудрым мужам, как надлежит луны считать, со столбом сверяясь.

И добавил Хродомер, что в те времена все мудры были, не в пример нынешним, за которыми если не приглядишь, так зимой пахать начнут. Один Теодобад чего стоит — по весне в поход отправился!

И долго ворчал еще Хродомер. Вспомнилось ему, как Винитар (он совсем недавно тогда уверовал в Бога Единого) мимо тех столбов ходя, как кот лесной, шипел — разве что спину не выгибал и шерсть дыбом на загривке не ставил. И то потому лишь, что не было у Винитара на загривке шерсти.

А Тарасмунд сказал, что хорошо помнит он те столбы. И дядя Агигульф сказал, что столбы помнит. И даже Гизульф сказал, что помнит, как стояли те столбы. Ибо там сейчас тоже столбы есть, но они лежат, в землю ушли и мхом заросли.

Перед тем, как в село чума пришла, разразилась гроза невиданная. И в высокий столб ударила молния, расщепив его. С того-то мгновения и начал портиться мир, сказал Хродомер. Седмицы с той грозы не прошло, как бык Агигульфа-соседа (держал тогда Агигульф, отец Фрумо, быка), в озорство войдя, загон сокрушил, на волю выскочил и оба столба повалил. И долго еще скакал, а за ним Агигульф-сосед гонялся. И хоть поклонялся Агигульф тогда уже Богу Единому, а богам отцовым не поклонялся, все же отдал он того быка старейшинам, а старейшины быка в капище свели.

Винитар же радости своей не скрывал. Говорил, что это Бог Единый своей рукой поразил «мерзкие идолища» — так он священные столбы именовал у себя храме. Но до чумы немногие слушали Винитара.

В тот год, когда сокрушены были священные столбы, пришел в наше село Князь Чума. Совсем закручинился Хродомер. Как вспомнил про столбы, так печаль охватила его сердце. Дивно хороши столбы те были, когда стояли. Украшены на радость богам и людям. И польза была от них великая. И гнев богов ясно по ним читался. Ибо если в свой день не посылало солнце луч свой на столбы, то понимали люди: гневается на них то божество, которое не пожелало с ними разговаривать.

Ульф же сказал тут, что когда в вандальском селе жил, видел там не два столба, а четыре. Два еще дедовские были, старинные, а два — новые. И по-разному те столбы показывали, отчего немало споров и склок в селе вандальском чинилось. Все оттого, что старый столб глубже в землю ушел.

Когда Ульф сказал про то Вильзису, отцу Велемуда, то чуть не съел его старый Вильзис, так прогневался.

Хродомер, про вандалов услышав, бранился долго. И Ульфу досталось: как он мог с вандалами трех готских героев сравнивать, что бесстрашно выступили в путь и село основали на месте священном! Слыхал он, Хродомер, что у вандалов вообще так заведено: приходит жрец, ставит друг против друга двух вандальских старейшин и смотрит, как они друг на друга тень отбрасывают. Так вот и выбирают время для сева. Низкорослый старейшина попадется, так вообще по снегу рыхлить начинают. Про то Хродомеру еще Аларих рассказывал, а Алариху — отец его Ариарих. И все готские воины про то знают. А коли Ульф про то не знает, так то его, Ульфа, скорбь.

И незачем Ульфу его, Хродомера, учить. Мал еще Ульф — учить его, Хродомера. А коли Ульф среди вандалов терся и мудрость среди них какую-то отыскал — то лишь о глупости ульфовой говорит.

Помнит Хродомер, как кровавыми слезами умылся Рагнарис, когда вздумал в первый раз Ульфа, сынка своего, к сохе приставить. Едва сохи не лишился. Так усердствовал Ульф, где не надо, что чуть пашню из сердца земли не вырвал. Наслушался, видать, рассказов, как в былые времена герои у врагов своих голыми руками легкие из груди вырывали.

Зато в те времена, когда Хродомер с Рагнарисом да с Сейей хозяйствовали, такого не случалось. Не припомнит Хродомер, чтобы во время пахоты пытались по дури своей до хеля пробороздиться да в хель провалиться. А вот Ульф пытался, видать. Да по Ульфу заметно, что рано или поздно, а своего достигнет и быть ему в хеле, если не угомонится.

И долго не мог успокоиться Хродомер, все бранился, в непотребствах и озорствах Ульфа уличая. А что непотребства и озорства те старше меня и даже Гизульфа были — о том позабыл Хродомер. Еле успокоили Хродомера, пива ему поднесли.

И продолжил сагу свою Хродомер. В те времена, когда мир молод был и еще далеко было до порчи мира, все иначе было. И сыновья почтительны были, а мужи — рачительны, на поле боя неистовы, в хозяйстве же трезвы да расчетливы. И оттого все у них спорилось.

И столь рачительны хозяева в те, прежние времена были, сказал Хродомер, что все у них в руках так и горело: не только дома сумели поставить, но и новь поднять, так что были к зиме с хлебом. Вот каковы были.

А Сейя — тот настолько рачителен был, что не только урожай собрал, но и двух сынов еще родил, близнецов, Авива и Арбогаста. Друг за другом из лона матери вышли, но друг на друга были не похожи. Авив с медведем обличьем был схож, а Арбогаст — с волком. Так Сейя говорил, сынами новорожденными гордясь.

Чтобы от Сейи не отстать, Рагнарис тоже сына зачал по весне. И летом носила жена его Мидьо ребенка, поэтому от Мидьо пользы было мало. Двух лун не прошло с того дня, как солнце на лето поворачивает — и родился у Рагнариса второй сын, Тарасмунд. И жив остался, ибо сытно было в новом селе, не в пример первому году.

Так, соревнуясь, родили детей в новом селе Рагнарис и Сейя.

Зато Хродомеру в охотничьем промысле равных не было. Первым был он и на охоте, и на рыбалке — за рыбой на озеро ходил, страха не ведая. И неизменно удача была с Хродомером.

Хродомер и зимой охотничьего дела не бросал и часто возвращался то с оленем подстреленным, то с лисой. Рагнарис лис не ел, говорил, не вандал, чтобы лисичьим мясом питаться. А он, Хродомер, иной раз ел. В мех лисий все село одел.

По свежему снегу заметил как-то в лесу Хродомер следы. И не понравились ему эти следы. Ибо бродил кто-то вокруг села, но в село не заходил, а всякий раз поворачивал обратно в лес. Понятное дело, многим в округе ведомо было, что герои свое село на берегу поставили и жили в первозданной свирепости, по завещанию богов и в силу клятвы, Алариху данной во время памятного пира на берегу. Потому в село за безделкой просто так не ходили. Особенно зимой, когда лютость в героях возрастает от бескормицы.

Но те следы в лес уходили и в чащобе терялись, а к жилью человеческому или к дороге не вели.

Постоял над следами Хродомер, поразмыслил, после же снял след и в село его принес. Возле дома своего на снег возложил и стал прочих старейшин звать, чтобы все они на след поглядели и подумали — что бы он мог означать.

Посмотрел Сейя и сказал:

— Гепид.

И Фредегаст, сын Сейи, посмотрел и тоже сказал:

— Да, это гепид.

Вутерих же долго в след всматривался, и нюхал его, чуть не лизал; после же сказал:

— Вождь гепидский.

Сейя, от глупости сыновней освирепев, как был, в рукавице с маху по шее его съездил. И сказал Вутерих, шею потирая:

— Нет, то и впрямь гепид был.

Рагнарис же согласился с ним:

— Воистину гепид. Уж больно след большой.

А Хродомер сказал Рагнарису:

— Нет, это не гепид. Это Арбр вокруг села ходит, тебя, Рагнариса, убить ищет.

Но повторил Рагнарис упрямо:

— Нет же; вовсе нет. Это гепида след.

Однако лицом Рагнарис помрачнел и с той поры смурен был. И ходить стал с оглядкой.

Когда уже снег сошел, однажды утром увидел Рагнарис, что к косяку дверному белка весенняя, облезлая стрелой пригвождена. А хвоста у белки той не было.

И без того знал Рагнарис, что прав был Хродомер, когда остерегал его насчет Арбра. Тут же и вовсе замрачнел.

Два дня дома сидел Рагнарис, думал и с богами разговаривал. На третий день пошел Рагнарис к Хродомеру и так спросил: нравится ли тебе, Хродомер, жена моя Мидьо? Хродомер отвечал, что Мидьо женщина домовитая и собою не уродливая, а лоно у нее плодовитое — так чему тут не нравиться? Так осторожно сказал Хродомер, ибо не ведал еще, что на уме у Рагнариса, друга его.

Рагнарис же в огонь глядел и молчал.

И спросил Хродомер: ужели все силы свои растратил Рагнарис в потехах воинских, что Мидьо послала его к другу за просьбой подобной? Хлопнул друга своего по плечу и так молвил: ради дружбы их великой все сделает и в тайне сохранит. И поначалу ничего не потребует, а когда семь лет минет — пусть отдаст ему Рагнарис за услугу эту десятую долю урожая. И если дитя зачато будет, пусть это будет дитя Рагнариса.

На то Рагнарис только одно и сказал: мол, жениться тебе пора, Хродомер. Но только попросил не жениться до той поры, покуда он, Рагнарис, дела одного не уладит. В лес Рагнарис собрался — Арбра искать. И если одна луна минет с тех пор, а он, Рагнарис, еще не вернется, то взял бы Хродомер себе в жены жену его Мидьо.

И обещал перед богами Хродомер, что возьмет себе в жены жену Рагнариса Мидьо, когда Арбр Рагнариса убьет. И дом Рагнариса пусть тогда тоже к нему, Хродомеру, отойдет.

На это Рагнарис согласился, прибавив, что после пусть дом этот будет Тарасмунду отдан. Чтобы Тарасмунд, когда вырастет, жил своей семьей.

И на следующий день ушел Рагнарис в лес — Арбра искать. День был мглистый, дождливый. Взял с собой Рагнарис припасов на три дня. Ножом и рогатиной вооружен был. И вместо плаща шкуру медвежью надел Рагнарис, и удивило это Хродомера. Зачем было Рагнарису такой обузой плечи свои отягощать? Лучше бы еды побольше захватил. Смотрел ему вслед Хродомер, покуда не скрылся Рагнарис за пеленой дождя. И как ни были милы Хродомеру и дом рагнарисов, и жена его Мидьо, а пожалел он о друге своем и пожелал тому возвращения.



Спустя годы не рассказывал уже Рагнарис никому того, что сразу после возвращения своего Хродомеру рассказал. И потому нам, родичам Рагнариса, история эта в первозданном ее виде неведома.

Так говорил Рагнарис.

В лес войдя, думал Рагнарис Арбра выследить и под укрытием шкуры медвежьей подкрасться к нему незаметно. Логово Арбра начал искать возле капища, ибо всегда жрецы привечали вутью. Логова арброва не нашел; зато отыскал самого Арбра. Да его и отыскивать не требовалось — вутья и не таился. Шел себе по лесу, будто пьяный. Весна ему хмелем в голову ударила.

Рагнарис, таясь за деревьями, следом пошел. Не чуял запаха человечьего Арбр, ибо надежно укрывала Рагнариса шкура убитого им некогда медведя. Да и ветер в ту сторону дул, где Рагнарис таился.

Скоро понял Рагнарис, куда Арбр направляется. Шел он на ту поляну, где впервые медведей встретил и где медведи за своего приняли Арбра. Знал Рагнарис от охотников, что на ту поляну приходят медведи спариваться, когда время их наступает.

Но сейчас еще время это не наступило. И не понимал Рагнарис, зачем Арбр на поляну идет.

Увидел на краю поляны Рагнарис огромное дерево, бурей поваленное. Могучие корни, вывороченные из земли, надежно укрыли Рагнариса, и схоронился он за их прикрытием. И за Арбром следить стал.

Арбр же, в неистовом восторге, радостью преисполненный, на поляну выскочил и петь начал. Пел он без слов, крича и голову задирая, будто зверь. И кружился по поляне, покуда не упал. Упав же, стал биться, и обеспамятел.

Замер Рагнарис, ибо увидел, как принимает в себя Арбр дух Вотана. И столь велик был дух Вотана, что мало было ему одного Арбра. Заполонил всю поляну и опалил Рагнариса.

И закричал Рагнарис, Арбру подражая, по поляне кружиться стал в восторге и бешенстве, ногтями кору деревьев царапал и Вотана славил неистово. Так велика была его радость.


Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий