Библиотека книг txt » Хаецкая Елена » Читать книгу Атаульф
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Хаецкая Елена. Книга: Атаульф. Страница 39
Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке s

Дядя Агигульф все больше распалялся. Никаких сигизвультовых зятьев он не знает, да и Сигизвульта этого. Небось, Одвульф их с перепугу выдумал, дабы позор скрыть. Меч-то кривой в том старом селе, поди, мальцы отняли.

И еще кричал дядя Агигульф, что мало ему за свой кривой меч одвульфова прямого меча. Пусть еще что-нибудь даст в придачу Одвульф, ибо кривой меч дороже прямого стоит, по причине редкости своей в краях здешних. И молчал Одвульф, пока дядя Агигульф его тряс, потому что закон был на стороне дяди Агигульфа.

Гизульф, эти крики слушая, радовался. Прямой меч ему еще больше хотелось получить, чем кривой. С кривым мечом был бы он, Гизульф, как белая ворона, а с прямым — другое дело.

Но тут оправился, наконец, Одвульф и заорал дяде Агигульфу, слюной брызгая: дескать, Агигульф сам с врагами снюхался, с гепидами в заговор вошел. Кто Гупту извел, а после в село гепидское спешно отправился?

Дядя Агигульф от неожиданности Одвульфа выпустил. Спрашивает:

— Что значит — кто? Оган убил.

— Ты, ты убил! — закричал тут Одвульф, торжествуя. — Ты Гупту и убил. И в старом селе так говорят. Гупта-то рыжий был и таскался где ни попадя, мог и в кустах сидеть, мог и в камыше таиться… Права Хильдефрида хродомерова, ох права. Черное дело ваш род задумал. Нарочно Хильдегунду Рагнарис под вандала подложил. Через родство и вандалов под себя подмять хотите. А теперь и за Теодобада взялись, охмурили, с ближними гепидами его брачуете…

Дядя Агигульф рявкнул:

— Когда у гепидов был, говорили они, будто Гупта в бург к Огану-Солевару пошел, там и смерть принял.

— То-то и оно! — завопил еще пуще Бешеный Волк Одвульф. — То-то и оно! Мог он из своего села к дальним гепидам уйти, а мог и к нам податься. И через озеро идти мог. Там-то ты его и подстерег, там-то ты Божьего блаженного человека и извел, идолопоклонник!

— Не я его убил, Оган его убил! — повторил дядя Агигульф.

— Оно и видно, что ближние гепиды тебя охмурили! — заявил Одвульф. — Глаза тебе, олуху, отвели. Гепиды Гупту не видели никогда, потому и не признали мертвую голову. И что им, язычникам, до Гупты? Они сейчас, небось, за животы держатся: вот, мол, дурак гот, как мы его ловко! Сородича своего блаженного убил, а про то и не ведает!

И дыхание переведя, с новой силой на дядю Агигульфа обрушился:

— И село-то свое опозорил, и беду на нас, на всех навлек от чужаков. Ведь кто, как не Гупта, мог бы всех нас от напасти оборонить? А теперь кто будет нас оборонять? Ты, что ли, идолопоклонник, с мальцами сопливыми?

Тут брат мой Гизульф, речи эти слушая, заметно опечалился и пробормотал, что не видать теперь меча — ни кривого, ни прямого.

Остервенясь, заорал дядя Агигульф, что коли не может Одвульф отдать того, что по праву отдать должен, и ежели нечем заменить чужую собственность, по его, одвульфовой, вине утерянную, то в рабство его, Одвульфа, обратят. И тинг такое решение примет, если Агигульф к старейшинам обратится. Ибо негоже доброму воину Агигульфу обиды чинить.

Тут-то Одвульф про родство наше вспомнил. Совсем, видать, озверели идолопоклонники — кровную родню в рабство средь бела дня обращают.

Дядя Агигульф аж затрясся. Поняли тут мы с братом, что сейчас дядя Агигульф будет Одвульфа рвать, как того кабана и двух свиноматок порвал. И повисли на дяде. Вспыльчив дядя Агигульф, но отходчив. Походил он с нами, на нем висящими, по двору одвульфову, как кабан с собаками охотничьими, а после успокоился. Снова ворвался в дом к Одвульфу, вцепился в него и прорычал, что от слова своего не отступится. Не помнит он такого закона, чтобы дальнего родича никчемного, седьмую воду на киселе, в рабство нельзя было обратить, ежели взял тот родич у тебя дорогую вещь на время и загубил ее. Не Одвульфу — тингу это решать, как за меч расплачиваться будет. Напоследок толкнул Одвульфа сильно, так что тот в очаг потухший сел, и вышел из хижины одвульфовой.




ВОЗВРАЩЕНИЕ УЛЬФА

С той поры, как мой отец Тарасмунд виделся с Ульфом в бурге у Теодобада и Ульф отказался с Тарасмундом домой возвращаться, а потом еще Велемуд-вандал весть привез, что у него Ульф с семейством осел, — с тех пор у нас об Ульфе и не говорили. Отец мой, видать, крепко на Ульфа обиделся, что с Тарасмундом редко случается. А дедушка Рагнарис, по-моему, об Ульфе не так уж и жалел. Ему главное, чтобы дядя Агигульф рядом был.

Однажды я слышал, как отец упрекал дедушку Рагнариса, что тот к своим внукам по-разному относится. Атаульфа (то есть, меня) любит больше Гизульфа, а Ахму-дурачка и вовсе не любит. Дедушка Рагнарис отвечал отцу моему Тарасмунду, что к старости сердце у человека усыхает и меньше становится и потому меньше любви вмещает. Оттого едва-едва и хватает дедушкиного сердца на меня и Гизульфа, а сестрам моим да Ахме любви не достается ныне.

Я об этих словах дедовых вспоминаю, когда об Ульфе задумываюсь. Ульфа никто не любит. О нем, может быть, только Од-пастух да еще старый друг его Аргасп жалеют. Правда, у нас в доме их о том никто не спрашивает.

Аргасп с Теодагастом, сменяясь, несли дозор на алариховом кургане. Хродомер слово сдержал — Хорна-раба дал Теодагасту по хозяйству помогать, когда Теодагаст на кургане дозор несет.

Разговоры о чужаках попритихли. Хродомер уже ворчать стал, что незачем раба занимать на чужом хозяйстве, когда на своем работы непроворот. Мол, бездельник Теодагаст, на чужой шее проехаться хочет.

Минуло несколько времени с тех пор, как дядя Агигульф с Валамиром от гепидов воротились. После в бург ездили и все, как есть, Теодобаду доложили. Передавали: пусть ждет Теодобад гепидских старейшин. Обещали гепиды прийти. Говорили однако, что трех коней не приведут — зачем скотов портить, спины им ломать. Вместо того двух волов приведут. Так что готовь дары, Теодобад!

Теодобад захохотал и сказал: уж приготовлю.

Теодобад очень доволен был. Дядю Агигульфа и Валамира к себе приблизил и обласкал-одарил. Дяде Агигульфу подарил пояс наборный, а Валамиру — аланские стремена. И теплый плащ, чтобы Валамиру ездить было удобно и спать в походе не зябко.

С тем и вернулись в село удальцы наши.

Дядя Агигульф говорит, что в бурге все спокойно, никаких чужаков и в помине нет.

Наступало время жатвы. О том все речи и велись, и думы все об урожае были. Добрым в этом году урожай быть обещал.



Когда дядя Агигульф с Валамиром из бурга второй раз вернулись, Хродомер уж наладился раба своего Хорна у Теодагаста забирать, поскольку теперь дозор на кургане Агигульф с Валамиром нести будут и у Теодагаста время появится по хозяйству своему работать. Однако Теодагаст к его намерению отнесся с нескрываемым унынием.

Но дядя Агигульф с Валамиром Теодагаста порадовали. Доложили старейшинам все как есть. В бурге толковали они, мол, с военным вождем о чужаках да о дозорах, советовались. Ибо сын Аларихов в таких делах премного сведущ.

И вот что присоветовал им Теодобад. Спросил сперва, в дело глубоко вникая: где больше всего чужаков видали? Дядя Агигульф отвечал: на озере. Стало быть, сказал Теодобад, со стороны озера подвоха и ждать надобно. И присоветовал засаду в роще скрыть. Пусть, дескать, воины Агигульф с Валамиром в роще сидят, подобно хищникам, добычу подстерегающим, и следят, не пойдут ли чужаки. А на кургане пусть, как и прежде, два других воина сидят. Нечего целыми днями всем селом по кургану лазить, прах славного Алариха тревожить. К тем-то двум воинам, Теодагасту с Аргаспом, Аларих уж притерпелся, поди.

Теодагаст, мудрость Теодобадову славя, кричал, чтобы старейшины совету военного вождя последовали. Дедушка Рагнарис говорил, что Теодобад сопляк и против Алариха — как мышь против могучего волка. Хродомер же, дивное согласие с дедушкой Рагнарисом являя, молвил, что мир к упадку ощутимо клонится, коли военные вожди подобные советы давать начали, когда жатва близится и урожай добрым быть обещает.

Дядя Агигульф говорил, что негоже против военного вождя идти, непокорство являя. Ибо тын ставить надлежит, а Теодобад людей в подмогу даст. Гизарна вторил дяде Агигульфу и кричал, что не пойдет он, Гизарна, против военного вождя, ибо противится тому его воинское сердце. Валамир во всем был согласен с дядей Агигульфом.

Валамир вот о чем говорил. Село наше, говорил Валамир, стоит плохо. С одной стороны Долгая Гряда обзор закрывает, с другой стороны — река. Неправильно село стоит. Надо было холм, что за рекой, оседлать, прежде чем Аларих покойный его своим курганом оседлал.

Прежде-то почему наше село окрестные племена набегами не тревожили? Потому что знали — пестуют здесь свирепых воинов. Оттого и побаивались нас. Да и отсутствие тына подтверждением тому служило. Никого не боимся, ибо нас все боятся.

До чужаков же не дошла еще наша суровая слава. И потому могут сдуру на село наше войной пойти.

Дабы не случилось этого, нужно вот что устроить. Пусть день и ночь кипит в селе свирепая битва. Пусть бьются все со всеми. Пусть кони ржут, а собаки лают. Пусть рагнарисов край с хродомеровым косогором бьется, пусть двор с двором сражаются, пусть в домах между собой все бьются, шум великий учиняя. Дабы ведали враги наши, если к селу подступят: в нашем селе ничего, кроме священной ярости, нет.

Зато ярости много.

Биться до смерти не нужно, поправился тут Валамир, видя, как нахмурились дедушка Рагнарис с Хродомером, будто и впрямь вознамерились в бой кинуться. Можно только вид сделать, что бьемся. Главное — когда биться будем, почаще на Долгую Гряду взбегать. Если лазутчики чужаков от озера пойдут, увидят сразу, сколь много в нас священной ярости, и устрашатся. И отвернут от села нашего.

Днем сами будем биться, а ночами, когда тьма закрывает все и не разобрать, кто есть кто, пусть рабы бьются.

Хродомер ядовито осведомился у Валамира: все ли, мол, высказал, что на сердце лежало?

Валамир сказал: все.

Дядя Агигульф Валамира в скудоумии упрекнул. А вдруг чужаки войнолюбивы? Завидев нашу свирепую потеху, захотят поучаствовать. Тут-то нам и погибель придет.

Валамиру-то хорошо, у Валамира рабы есть, а он, дядя Агигульф, — сам как раб, когда дедушка Рагнарис за него возьмется. Это дядя Агигульф так сказал.

Дед Рагнарис молвил, споры долгие пресекая:

— До жатвы пусть сидят в роще, в засаде. Незачем против Теодобада идти. Как жатва начнется — Валамир пусть и дальше в роще остается. У Валамира дядька-раб толковый. А Агигульф чтоб к жатве домой явился.

Валамир надулся и стал говорить, что за рабами все одно пригляд нужен. Кто за рабами его приглядит, покуда он, Валамир, за общее дело в роще лишения терпеть будет в готовности кровь пролить?

Дедушка Рагнарис рявкнул, что он самолично приглядит. А заодно и за Валамиром — больно бойкий стал.

На том и порешили.



Валамир с Агигульфом в рощу уехали, волю теодобадову исполняя, да там и сгинули. В селе их почти не видели — дневали и ночевали в роще. Замечали только валамирову замарашку, Марду, что с кувшинами да с корзинами то и дело в рощу нахаживала. Только так и понимали, что герои наши в засаде еще живы.

Все тихо было и спокойно. Один раз только Од говорил, что на дальнем холме вниз по течению всадника видел. Постоял на гребне и исчез. А может, и померещился всадник.

Да и не до всадника этого было, потому что жатва начиналась.



Гизульф уже почти взрослый. Поэтому дедушка решил: пора Гизульфу не только воинское умение постигать, но и к премудростям хозяйствования на земле привычку обретать. Ибо быть ему, Гизульфу, главой славного нашего рода, а то и старейшиной.

Часто говаривал дедушка Гизульфу: мол, на меня смотри да запоминай хорошенько, что и как делать надлежит. Настанет час, не будет уж ни меня, ни отца твоего Тарасмунда; станешь ты, Гизульф, главою рода.

И дабы не посрамил Гизульф впоследствии рода рагнарисова, нещадно гонял его дед — наставлял.

Оттого в первый день, как на поле выходили, самолично отправился брата моего Гизульфа от сна пробуждать. Нашел дед Гизульфа на сеновале, где тот спал в обнимку с валамировой рабыней, с замарашкой.

Дедушка как увидел Гизульфа с этой Мардой — сразу страшно осерчал. Палкой Гизульфа огрел. Гизульф подскочил и скуксился. Дедушка его с сеновала согнал и пинок присовокупил вдогонку. После Марду за волосы взял, велел в рощу бежать и бездельника этого, сына его Агигульфа, от дружка да от кувшина с пивом оторвать и домой позвать. Отец, мол, кличет.

Или в Вальхалле Агигульф себя представляет и не ведает там, в райском блаженстве, что страда началась?

Добавил, чтоб без Агигульфа в селе не появлялась. Пригрозил: мы, мол, с Хродомером люди старой закалки, дурных баб конями разметывать привыкли.

А Марда знай только ресницами белыми моргает и улыбается дедушке Рагнарису. Ругань ей не в диковину. Привыкла, чтоб на нее кричали. Гизульф говорит, что Марда очень ласковая.

Дедушка ее пониже спины ловко хлопнул — звонко, от души. И побежала Марда-замарашка в рощу — нашего Агигульфа от ратных трудов отрывать.

Хмыкнул дед да и пошел на Гизульфа с Тарасмундом орать. Дожили!.. Скоро, мол, с сопляком Валамиром судиться начнем из-за гизульфова потомства. Еще выкупать, упаси боги, замарашку с ублюдком ее придется — не в рабстве же нашему правнуку маяться.

Гизульфу крикнул: иди, мол, на потомство свое работай.

А на Тарасмунда, отца нашего, напустился, точно пес бешеный: куда, мол, глядишь! Совсем одурел со своим Богом Единым! Сыновей распустил! Прежде-то, при отеческом богопочитании, семя свое налево-направо не разбрасывали. Все в дом!.. Рачительны были, чужих рабынь не брюхатили.

Тарасмунд тихим голосом спросил, с чего, мол, батюшка взял, что Марда брюхата?

Дедушка Рагнарис заревел, как бык, что по таким, как эта Марда, никогда не видать, что брюхата, пока младенец не запищит.

Я поближе подошел, любопытно мне было. Неужто Гизульф уже род свой продолжать начал? А что, неплохо. Я тогда буду дядей, как наш дядя Агигульф, и сынка гизульфова всему обучу, чему нас дядя Агигульф обучить успел. А Гизульф будет как отец наш Тарасмунд. И возмечтал я об этом.

Но тут дедушка Рагнарис развернулся и очень ловко меня за ухо ухватил и на поле повел.

Так началась страда.



День был очень жаркий, на небе ни облачка. Дед торопил нас, распекал, ко всему придирался. Послушать деда — не лето стоит, а вот-вот метели завьюжат, зерно из колоса на радость птицам в снег выбивать начнут. Неподалеку, с хродомерова поля, брань Хродомера слышалась. Он тоже своих домочадцев хозяйничанью обучал.


Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий