Библиотека книг txt » Хаецкая Елена » Читать книгу Семеро праведных в раю хозяина
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Хаецкая Елена. Книга: Семеро праведных в раю хозяина. Страница 1
Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке s
Назад 1 2 Далее

Семеро праведных в раю хозяина
Елена Владимировна Хаецкая


Синие стрекозы Вавилона #2
Пиф убила себя, сбежав из хмурой грязной действительности Вавилона. И вот она оказалась в непонятном, странном месте – это уже Тот Свет, но он совсем не похож ни на Рай, ни на Ад, ни на Чистилище. Тут господствует ангел, именующий себя Хозяином. И в этом необычайном месте, Пиф оказалась не одна – умерших здесь семеро. И у каждого своя история…





Елена Хаецкая

Семеро праведных в раю Хозяина



Запасные ключи от квартиры Пиф хранились в двух местах – у ее приятеля и подруги. Гедда и Беренгарий были мало знакомы между собой. Так, встречались изредка на днях ее рождения.

Кроме того, Пиф терпеть не могла, когда к ней являлись просто так, без звонка. Поэтому они и не приходили. Ни Гедда, ни Беренгарий. Иногда ей случалось выключать телефон. Ничего странного, что не дозвониться.

Но тут Пиф затаилась на слишком долгий срок, и первым не выдержал Беренгарий.

– Ты не знаешь, где Пиф?

– Откуда мне знать. Я думала, она у тебя. Валяется в депрессии, не иначе.

– Да, похоже на то.

– И опять выключила телефоны. Мерзавка.

– Я просто думаю, что пора к ней нагрянуть.

– А если выставит?

– Пусть только попробует, – с тихой угрозой сказал мужчина.

– Ну хорошо. Только пойдем вместе, ладно?

– Ладно. А если не откроет, у меня есть ключ.

– У меня тоже.

Они помолчали немного. Потом Беренгарий сказал:

– Мне страшно.



Пиф жила одна в маленькой квартире. Последний мужчина, которого она любила, постоянно заводил в доме всяких маленьких животных. У нее перебывало несколько хомяков, черепашка, рыбки и, наконец, хорек. Хорька продавали на площади Наву, уверяя, что это королевский горностай.

Потом мужчина ушел, как уходили от Пиф мужчины и до него, а зверек остался. Пушистое существо с острой мордочкой и резким мускусным запахом. Мускусом пропахли все свитера Пиф. Раздеваясь, она бросала одежду на пол, а зверек в поисках норы заползал в рукава и там спал и источал во сне свои запахи.

Едва только друзья Пиф открыли дверь, как сладковатая вонь понеслась им навстречу.

– Здесь гулькиного дерьма по колено, – с отвращением сказала Гедда.

Они открыли окно. Треснувшее стекло выпало из рамы и разбилось внизу на асфальте.

– Никого не убили? – спросила Гедда.

Беренгарий посмотрел вниз. Осколки лежали в мелкой луже у газона, и казалось, будто там плавают кусочки льда.

– Нет, – сказал он.

Они заглянули в спальню. В кровати было полно хлебных крошек.

Затем открыли дверь в ванную.

Ванна была до краев наполнена зловонной буроватой жидкостью. Черные волосы Пиф плавали на поверхности, очки блестели из-под воды, как льдинки.

Хорек насторожил усы, поднял окровавленную мордочку. Шерстка зверька воинственно топорщилась. Маленький хищник почти полностью обгрыз лицо своей хозяйки за те несколько дней, что она была мертва.

На кафельной плитке стены губной помадой были выведены круглые крупные буквы:



«Я умерла 18 нисану. Ну, и когда вы меня нашли?»




Туман окружал ее со всех сторон. Под ногами хлюпало, и Пиф казалось, будто она идет по собственной крови. Вонючая липкая кровь была повсюду. Отчаянно кружилась голова.

Она вытянула руки, пошарила вокруг и неожиданно коснулась стены. Холодной и влажной. Потом нащупала арматуру.

– Труба, – сказала она самой себе и не услышала своего голоса. Но теперь она знала, что идет по той самой знаменитой трубе, о которой столько раз читала в книжках на тему «жизнь после жизни». Полагалось увидеть впереди фигуру воина-афганца, потерявшегося в небытии. Или стекольщика. (Почему стекольщика?..)

Она провела рукой по стене. Действительно, труба. Но сейчас эта труба уже не напоминала ей ту, легендарную, по которой к вечному свету и блаженству небытия летит умирающая душа. Больше всего эта труба напоминала бетонное кольцо, вроде тех, какие можно отыскать на старой стройке. Из тех строек, что, миновав стадию завершенности, тотчас же превращаются в помойку и в этом качестве пребывают вовеки.

– Ух, дура, – произнес чей-то голос из тумана.

Голос был мужской. Пиф прищурилась, но в тумане ничего не разглядела. Она знала, что «дура» обращена к ней. Просто нутром чуяла. Потрохами. Всем своим натруженным ливером.

Она остановилась. Неприятная вязкая влага цепляла ее за ноги. Пиф провела по себе руками, но так и не определила, одета она или нага. Душе положено быть голой. Но Пиф совершенно не была уверена в том, что является душой.

– Кто здесь? – крикнула она и не услышала своего голоса.

Туман не ответил. В одном Пиф не сомневалась: на ней не было очков. Она ничего не видела и теперь понимала, почему. Спотыкаясь и злобствуя, она пошла дальше.

Хлюп.

Хлюп.

Сейчас она себе нравилась. Очень даже нравилась.

– Я это сделала, – сказала она вслух. – Захотела и сделала.

Труба закончилась и вывела на пустырь. Приглядевшись, Пиф увидела, что стоит на территории брошенного пионерского лагеря. Гипсовые пионеры с отбитыми носами и оторванными руками, болтающимися на арматуре, валялись в траве, как убитые солдаты.

Она споткнулась об одного. Гипсовый труп перевернулся на спину и слепо уставился в не-небо.

Пиф боялась посмотреть наверх, чтобы увидеть то, что видели эти выцарапанные белые глаза. Она не знала, почему ее охватывает такой панический ужас при одной только мысли о том, чтобы поднять голову.

Пиф села на пионера. Уткнулась локтями в колени. Колени онемели и ничего не чувствовали. В серой траве слабо брызгали струйки воды из покосившегося фонтана. Гипсовая чаша фонтана все еще хранила следы зеленой краски. Из-под зелени проглядывала мертвенная белизна отбитого гипса. Струйки то поднимались, то бессильно опадали. И они были мутно-зеленые.

Потом Пиф поняла, что рядом кто-то есть. Она смутно разглядела кирзовые сапоги. Прищурилась, потом наклонилась и потрогала рукой. Нет, сапоги не кирзовые, а кожаные, но очень прочные и твердые. И шнуровка до колен.

– Армейские ботинки харранского производства, – сообщил хриплый голос.

Это был тот самый голос, который она слышала в тумане. Пиф покраснела. Сердце стукнуло под горлом. Впрочем, у нее теперь нет сердца и нет горла. Я СДЕЛАЛА ЭТО, напомнила она себе.

Незнакомец наклонился и взял ее за запястье. Теперь и Пиф увидела: распухшие перерезанные вены. Вена свешивалась из мертвой руки, как серая веревка.

Незнакомец уселся рядом, на поверженного пионера, поерзал поудобнее, устраиваясь на лице гипсового мальчика.

Пиф плохо различала незнакомца. И дело было не в тумане и не в ее близорукости. На самом деле здесь не было ни тумана, ни близорукости.

– Кто ты такой, черт побери? – спросила она.

– Когда ты была жива, то мыслях называла меня «Хозяином», – отозвался он спокойно. – Я пришел встретить тебя.

Темная громада мужской фигуры. Лицо Хозяина терялось и расплывалось, но Пиф видела его длинные крепкие ноги в армейских штанах. Хозяин зевнул и шумно почесался в трусах.

– В общем-то, я твой ангел-хранитель, – сказал он. – Гляди.

Он сложил ладони и поднес их к самому лицу Пиф. Она тупо уставилась на них. Почерневшие от возни с какими-то машинными маслами, с жесткими мозолями, узловатые пальцы. Пиф привычно поискала глазами линию жизни. На таких ладонях линия жизни обычно сильная и ровная. Но мужская ладонь была пуста. На ней не было вообще ни одной линии.

– Видишь? – нетерпеливо сказал Хозяин.

– Руки, – промямлила Пиф.

– Целуй, – велел Хозяин.

– Что?

Она близоруко заморгала.

Он расхохотался – где-то высоко, в полумраке. Сверкнули на загорелом лице крепкие белые зубы. На круглом загорелом лице с широко расставленными глазами.

И неожиданно, словно вспыхнуло солнце, она увидела его целиком. Коротко стриженые волосы – светлые, взъерошенные. И глаза – светлые и наглые, с черными точками зрачков.

– Ну, давай же, целуй, – повторил он.

Пиф лихорадочно соображала – что бы такого ответить. Наконец, она выдавила:

– Это… еще и парашу выносить, да?

Хозяин повалился в траву. Лицо гипсового пионера стерлось, осталась сплошная белая маска: тяжелая задница Хозяина смазала ее напрочь. Он лежал в траве и содрогался от хохота. Слезы потекли из его зажмуренных глаз.

Пиф встала. Набралась храбрости, толкнула его ногой в бок. Нога была босой.

Она посмотрела на свою ногу, потом спросила:

– Я что, голая?

Хозяин приподнял голову, открыл глаза, уставился на нее откровенным взглядом.

– Какая тебе разница? – поинтересовался он. – Твое бренное тело плавает сейчас в горячей воде. Ну, голая. Хочешь – оденься.

– Как?

– Отрасти крылья.

– Как? – снова спросила она.

– Откуда мне знать? – раздраженно отозвался Хозяин. Он завозился в траве, встал. И неожиданно с шумом, поднимая ветер, развернул два зеленых крыла.

Так и стоял, откинув голову и расправив плечи: рослый человек в пятнистых армейских штанах и шнурованных ботинках до колен, с лоснящимся обнаженным торсом и двумя огромными крыльями.

Крылья кокетливо сложились под подбородком, лицо Хозяина приблизилось к Пиф, глянуло на нее озорно.

Ей доводилось видеть изображения серафимов. Еще давно, когда Бэда водил ее в катакомбы. Скорбные лики, спрятанные в перьях. Только теперь вместо строгих лиц с изогнутыми темными ртами на нее сквозь водопад изумрудных перьев таращилась наглая сержантская физиономия и откровенно раздевала ее глазами.

– Перестань меня трахать, – сказала Пиф.

– А ты что-нибудь чувствуешь? – полюбопытствовал Хозяин и снова развернул крылья.

– Оргазм, – проворчала Пиф.

– Ладно, шутки в сторону.

Хозяин сложил крылья. Теперь он стал значительно выше ростом. Нависая над Пиф, он вопросил откуда-то из поднебесья:

– На хрена вены себе перерезала?

– Захотела, – упрямо сказала Пиф. – Захотела и сделала.

– На хрена?

– Хотелось! – крикнула Пиф, не смея поднять головы.

– Не выпендривайся! – грозно донеслось из-под облаков.

– Не знаю, зачем, – сдалась Пиф. Ей вдруг стало страшно. Она поняла, что ей все время было страшно. – Не могла больше жить… Я же ничего плохого не хотела. – И, трусливо вильнув, перевела разговор на другую тему. – А где я теперь?

– Понятия не имею.

– Но ведь ты здесь живешь?

– И ты тоже.

– Да я-то умерла!

– Подохла, – с наслаждением подтвердил Хозяин.

– Это место небытия?

– Небытия нет, – сообщил Хозяин. – Смерти нет. Библию читать надо, деревня.

Пиф обиделась.

– А это что, по-твоему? Бытие?

Хозяин высморкался двумя пальцами и вытер руку о штаны.

– Бытие есть, – сказал он, – а небытия нет. Так?

– Положим.

– Не положим, а так. – Хозяин наставительно поднял палец с твердым ногтем. На ногте чернело пятно, как будто недавно палец прищемили. – Бытие не имеет начала. Бытие не может возникнуть из ничего, кроме как из самого себя, потому что небытия нет. Стало быть, бытие вечно.

– Вечная жизнь, что ли? – Пиф нахмурила лоб.

– Бытие не имеет конца. Ибо конец бытия есть переход к небытию, а небытия нет. Бытие неизменно, ибо изменение бытия есть переход к небытию, а небытия нет. Бытие непрерывно, ибо всякий перерыв есть небытие, а небытия нет. И бытие цельно. Оно не содержит частей, которые были бы небытием…

– …Потому что бытие есть, а небытия нет.

– Вот именно. Нет смерти, ясно? Но самое смешное, что… бытия, в общем-то, тоже нет.

И он снова поднес руки к ее лицу.

Пиф увидела, что в ладонях плещется молоко. И ей до крика захотелось ощутить вкус этого молока на губах.

– Пей, детка, – сказал ангел-хранитель. – Все эти годы, пока ты была жива, я давал тебе полными горстями. И отбирал горстями. Ты ела из моих рук и никогда не задавала вопросов.

И Пиф прильнула к белому молоку в грубых мужских горстях, и оно на вкус оказалось как толченый гипс в протухшей воде.



Дом стоял на краю пустыря. Большой темный дом, сложенный почерневшими бревнами, на высоком каменном фундаменте. Такие дома на четыре квартиры строят иногда на окраинах областных и районных центров. Пиф оглянулась на ангела; он прикрыл глаза и кивнул.

Она вошла.

И оказалась в темноте. Постояв несколько минут, она думала, что привыкнет к сумеркам и разглядит лестницу. Но так и не привыкла.

Вытянула вперед руки, осторожно нащупала стену. Потом нашла первую ступеньку.

Крутая лестница привела Пиф ко входу в комнату. Двери не было – ее снесли давным-давно. Нижняя петля висела на одном гвозде, верхнюю выдрали с мясом.

Большая комната была плотно заставлена мебелью. Везде, куда ни повернешься, – буфеты как соборы, столы как аэродромы, стулья с высокими спинками, обитые дермантином, с блестящими в полумраке крупными шляпками гвоздей. Темное дерево мебели было покрыто густым слоем пыли.

Вещи были мертвы.

Массивная буфетная нога с подагрическим коленом…

Оторванный коленкор на крышке гигантского письменного стола…

Фарфоровая пастушка с льнущей к кринолину свинкой…

Рюмочки на тонких нелепых ножках, похожие на грибы, вырастающие в подвалах…

Тусклая картина: на сером фоне две серых кошки…

Черный пластмассовый телефон с крупной трубкой и большим белым диском…

Книжный шкаф, забитый пыльными книгами, – все книги, которые Пиф не прочла в своей жизни…

Коричневые «плечики», превращенные в подушечку для иголок…

Иголки – тончайшей стали, с чуть ржавым ушком…

Слипшиеся в пакете шелковые нитки для вышивания…

У Пиф закружилась голова, но вещи не хотели исчезать – громоздились перед глазами, и их становилось все больше.

Из кресла поднялась маленькая серая тень и обиженно залопотала. Сквозь пыль и серость Пиф разглядела в ней свою мертвую бабушку, тайком закопанную на кладбище рядом с могилой дедушки.

Пиф всегда думала, что ненавидит свою бабушку. Они прожили в одной комнате двадцать два года, и когда бабушка впала в маразм, Пиф по ночам горячо молила Хозяина забрать старушку к себе.

Бабушка поскользнулась во дворе, когда выносила помойку, и упала. Пиф жила тогда у друзей и дома не ночевала. Когда она вернулась, соседи сказали, что старушку с переломом бедра увезли в больницу. Прошла неделя, прежде чем Пиф зашла навестить ее.

Желтое пятиэтажное здание больницы источало тюремный запах похлебки. На окнах были решетки. Пиф долго бродила по облезлым коридорам, прежде чем отыскала свою бабушку в палате, где было еще пять старушек.

Бабушка лежала, укрытая сиротским больничным одеялом, над ее кроватью была протянута штанга, чтобы бабушка могла подтягиваться, делать физические упражнения и избежать пролежней. Но бабушка лежала пластом, «ленилась», как шепотом объяснила активно выздоравливающая старушка с соседней койки, и у нее началось воспаление легких.


Назад 1 2 Далее

Все книги писателя Хаецкая Елена. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий