Библиотека книг txt » Гайдуков Сергей » Читать книгу Контора 1
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Гайдуков Сергей. Книга: Контора 1. Страница 47
Все книги писателя Гайдуков Сергей. Скачать книгу можно по ссылке s

— Я справлюсь, — сказал Бондарев. — Но на всякий случай держите ваши таблетки наготове. Кстати, если вдруг мне посчастливится приобрести ваш товар... Как далеко распространяются ваши транспортные услуги? Хотя бы из Москвы вы мне его вывезете?
— А товар не в Москве, — сказал «бухгалтер». — Это слишком серьезная вещь, чтобы подвергать ее лишнему риску. Поэтому с вывозом проблем не возникнет. Мы поедем на тот склад, где вы уже были... Это не в Москве, хотя и рядом.
«Интересно, — подумал Бондарев. — Это он мне сейчас врет, продолжает страховаться или как перед солидным клиентом может слегка пооткровенничать?»
Так или иначе, минивертолет продолжал свой путь в летнем небе, машины наблюдения, сменяя друг друга, тоже держали след.
И в любом случае у них еще оставался Алексей. Бондарев, правда, не знал — это слишком много или слишком мало.
А Дюк не мог его проконсультировать. Потому что был занят другими делами в совсем другом месте.

3

— Важное дело, — негромко произнесла Морозова. — Что у него там за важное дело?
— Ну... — Алексей чувствовал себя сейчас очень неуютно. Вроде бы его касалась нежная женская рука — легко и непринужденно, но ощущение было как от сомкнувшегося на предплечье капкана. — Он сказал, что нужно убрать одну телку...
Алексей знал, что лучшая ложь — это 99 процентов правды и один процент недоговоренности. Пусть собеседник сам придумает себе неправду, в которую готов поверить.
— Телку? Ты хотел сказать — девушку...
— Ну да.
— Не пытайся выглядеть глупее, чем ты есть.
— Я не...
— Давай присядем.
Морозова завела Алексея в офисный кафетерий, который сейчас был пуст, — до обеда оставалось еще много времени. Их руки расцепились — к облегчению Алексея, — и они сели за пластиковый стол, оставаясь попрежнему на пугающе близком расстоянии.
— Мамонт поехал убивать какуюто девушку? Зная, что сегодня у нас важное мероприятие на складе...
— Он сказал, что это должен был сделать я, — виновато сказал Алексей.
— Но он не взял тебя с собой, — сочувственно проговорила Морозова. — Он не доверяет тебе, так? Ну ничего, у меня есть для тебя другое важное задание.
— Какое?
— Важное. Чтобы ты получше его понял, я расскажу тебе коечто. Постарайся не заснуть, — усмехнулась Морозова. — Когда мне было лет одиннадцатьдвенадцать — это то, что сейчас называется тинейджерским возрастом, — мне больше нравилось бегать с мальчишками, чем проводить время с девочками моего возраста. Не потому, что мне нравилось лазить через заборы, падать с велосипедов, обдирать коленки об асфальт или драться. Секс меня в то время тоже особенно не волновал, их тоже. Что же меня тянуло к мальчишкам? Мне нравилось, что в отношениях между парнями было такое понятие, как «верность». То есть, если ты считаешь когото своим другом, ты хранишь ему верность, ты не предаешь его. А в женской среде само понятие «предательство» лишено смысла, потому там нет прочных дружеских отношений, там все легко рвется изза самых что ни на есть глупых вещей — изза мужчин, случайного обидного слова, сплетен... А там, где нет верности, там не может быть предательства. Ты меня понимаешь?
Так вот, когда я стала взрослой, то поняла, что во взрослом мире, независимо от того, мужчины это или женщины, господствует женский тип отношений. Тот, где нет верности и нет предательства. Где сегодня тебе улыбаются, держат за руку и клянутся в вечной дружбе, а завтра подкладывают тебе мину в автомобиль и не считают это предательством, потому что прежняя дружба не была настоящей. Мне это всегда очень не нравилось. Я понимаю, что изменить мир не в моих силах, но по дурацкой детской привычке я всегда старалась работать с мужчинами, надеясь, что они все же не до конца испорчены, что в них сохранилось чтото от детской верности друзьям. И всетаки раз за разом мне приходится переживать их очередные предательства. Они совершают их и не замечают. Мне же каждый раз очень больно. У меня буквально разрывается на куски сердце. Мне хочется покончить с собой, — Морозова внезапно выложила на стол «вальтер». — Или, на худой конец, когонибудь убить. К сожалению, у меня слишком развит инстинкт самосохранения, поэтому я так и не убила себя. Зато те, кто предавал меня...
Она замолчала, глядя кудато мимо Алексея, а Алексей смотрел на пистолет, лежавший на столе ровно посредине. Смысл долгой речи Морозовой он перестал понимать гдето с середины, как только прозвучало слово «предательство».
Это слово заставило его выпрямиться в неудобном пластиковом кресле. Появление «вальтера» заставило его лоб зачесаться — словно в предчувствии пули.
Пустой кафетерий выглядел теперь совсем иначе — как специально подготовленное для убийства помещение. Кровь с напольных плиток смоется легко.
— Поэтому так важно то, что я тебе сейчас скажу, — снова заговорила Морозова. — Чтобы ты не подумал и не почувствовал...
— Вас ктото предал, — сказал Алексей и неожиданно для себя уставился прямо в глаза Морозовой. Та улыбнулась и медленно отвела взгляд.
— Не меня лично. Всех нас. Всю организацию.
— Не может быть.
— Тебе не так много лет, а значит, ты еще должен хотя бы немного помнить эти чувства... Верность и предательство.
— Я помню.
— Значит, у тебя не должно быть сомнений.
— У меня нет сомнений.
«Сейчас она предложит мне застрелиться, я возьму пистолет, направлю на нее, а там пусто, зато под столом у нее заряженный ствол, и она разнесет меня на молекулы...»
— Тогда держи, — она пододвинула пистолет к Алексею.
— Что мне с этим делать?
— Убить предателя.
Алексей осторожно взял «вальтер», взвесил в ладони. Морозова, ничего не говоря, следила за его действиями. Алексей выщелкнул обойму — полная.
Он вставил обойму обратно. Сглотнул слюну.
— И... кто?
— Харкевич.

4

С юридической точки зрения дело Беловых представлялось Дюку как поспешно и плохо сколоченный табурет — чтобы тот рухнул, нужно просто подпилить ножки. Этим Дюк и занимался — сначала необходимые переговоры с адвокатом, потом необходимые переговоры в прокуратуре.
В промежутке он навестил прикрепленного к Беловым государственного адвоката, худого болезненного старичка с готовыми испугаться глазами, объяснил ему, как будут развиваться события, и выспросил все, что старичок знал по делу Беловых. Адвокат был посвоему толковый и прогибался еще до того, как Дюк собирался на него надавить. Эта встреча не потребовала ни денег, ни особенных угроз — просто решительного жесткого тона и уверенности действий. Того и другого у Дюка хватало. Он выкачал из старичка нужную информацию и пошел подпиливать вторую ножку табурета.
Если в частной адвокатской конторе он отсчитывал купюры, то в случае с высокопоставленным прокурорским работником Дюку было достаточно всего лишь зайти в кабинет и напомнить о себе. Дюк всегда считал, что знание — это страшная сила. Особенно знание тех вещей, которые ктото, в данном случае прокурорский работник, предпочел бы забыть навсегда.
Дюк изложил свое предложение и встретил полное понимание и поддержку. Однако этой поддержки и этого понимания было мало, потому что решение об аресте Беловых принималось на более высоком уровне.
Дюк попросил назвать фамилии людей, которые могли бы принять нужное решение. Ему назвали три фамилии. Дюк вспомнил, что две из трех попадались ему в оперативной справке — не бог весть что, но достаточно для эффективного разговора по душам.
Два разговора по душам заняли у Дюка сорок пять минут чистого времени. Никто особо не возражал против прекращения беловского дела, потому что не имел в этом деле личного интереса, однако все нехотя называли фактор, который никак не мог быть урегулирован силами прокуратуры или Управления внутренних дел. Этот фактор назывался «вдова Фоменко».
Наконец, под занавес долгого дня, забитого переговорами как бочка сельдью, около шести вечера, Дюк прошел в большой кабинет городского прокурора, чья фамилия была третьей среди трех названных и на которого у Дюка почемуто ничего не было. Позже до него дошло почему — это был новый прокурор, только что переведенный с повышением из Астрахани. Астраханские досье Дюк посмотреть не догадался, а память у него была небезразмерная.
Прокурор уже имел представление, с кем имеет дело. То есть он не знал, кто именно перед ним сидит, но знал, что сидящий представляет нечто весьма значительное. Типа управляемого тайфуна. Прокурор не хотел навлекать на себя стихийное бедствие и был вежлив.
— Как там Москва, стоит? — улыбнулся прокурор. Дюка несколько удивила такая постановка вопроса, но потом он решил, что в этой игривой фразе скрывается подсознательное желание провинциальной России, чтобы Москва наконец провалилась куданибудь к чертовой матери.
— По моим сведениям, еще стоит, — ответил Дюк и хотел перейти к делу, но прокурора не оставляла надежда все же выяснить, кто именно стоит за московским гостем.
— Как там Борис Григорьевич поживает? — спросил прокурор и получил в ответ кислую мину Дюка. — Ааа... А Николай Сергеевич? — Дюк нетерпеливо заерзал в кресле. — Александр Магниевич?..
Последнее имя, очевидно, было пределом фантазии прокурора, оставалось только имя человека на портрете, висевшем на стене за спиной прокурора, но называть его было бы излишним.
— Есть такое мнение, — сказал Дюк столь значительно, чтобы у прокурора исчезли сомнения о высоте, с которой исходит это мнение, — что дело Беловых нужно прикрыть. В нем нет никакого смысла. Ваши подчиненные, с которыми я переговорил, считают так же. Со стороны ГУВД возражений тоже не предвидится.
Прокурор кивнул и выразил полное согласие, но...
— Но мы не можем сначала громогласно обвинять людей, а потом просто выпускать их на свободу, как будто ничего не случилось. Нужно соблюсти процедуру...
Дюк изложил свое предчувствие о ходатайстве известного городского адвоката на изменение меры пресечения. Женщины окажутся на свободе, тем временем в материалах дела обнаружатся мелкие проколы, дело отправят на доследование... И оно затеряется гдето в пыльных архивах.
— Это все замечательно, — сказал прокурор. — Но есть же еще...
— Да ну ее к черту, — в сердцах бросил Дюк. Его уже изрядно утомили постоянные упоминания вдовы Фоменко как непреодолимого препятствия. — Кто здесь командует правосудием — вы или она?
Прокурор знал правильный ответ на этот вопрос, но...
— Безусловно, женщина она не совсем здоровая... Не совсем адекватная...
— Да она просто свихнулась.
— Примерно это я и имел в виду. Но, с другой стороны...
— С другой стороны, она просто стерва.
— ...эта история получила слишком широкую огласку. Вы в Москве, наверное, не знаете, но местные газеты много писали о трагической истории полковника Фоменко, о его загадочном исчезновении, о несчастной семье полковника, о ненайденных убийцах... За делом Беловых внимательно следят, и, как только там произойдут какието подвижки, все будет в газетах... Будут вопросы — если не Беловы замешаны в убийстве, то кто? Нам не нужны такие вопросы. Нам нужно все сделать как можно тише, и я не знаю, как это сделать. Потому что вдова немедленно поставит всех на уши. Она весьма убедительно рыдает перед телекамерами.
— Очень трогательно, — сказал Дюк. — Вы пытаетесь меня убедить, что не сможете заткнуть местную прессу парой телефонных звонков?
Прокурор пробурчал чтото не совсем разборчивое.
— Это значит — могу, но не по такому же незначительному поводу? — предположил Дюк.
Прокурор улыбнулся честной и располагающей к себе улыбкой.
— Так, — сказал Дюк после минутного размышления. — Кажется, я понял. Проблема во вдове и местной прессе, которая любит расписывать ее страдания. Представим, что у вдовы появилась иная причина для страданий...
— Как вы себе это представляете? — заинтересовался прокурор. — Я бы только не хотел шума...
— Я все делаю по возможности тихо, — заверил его Дюк.

5

Они ехали невыносимо долго. «Бухгалтер» все же не соврал, и они явно выбрались из города — остановок перед светофорами случалось все меньше, все больше становилась скорость машины, которая вырвалась из городского столпотворения.
Чтобы пассажирам с завязанными глазами было не так скучно, «бухгалтер» вставил диск в плеер, и в салоне заиграла странная музыка — Бондарев даже не сразу сообразил, что это такое. Чтото было знакомое в этой песне, и в то же время Бондарев готов был поклясться, что слышит ее впервые. Затем он сообразил — кукольные азиатские голоса под аккомпанемент писклявых инструментов старательно перепевали российские попхиты.
— Говорят, что это смешно, — сказал «бухгалтер».
— Ну, чтото в этом есть, — вежливо ответил Бондарев.
— Некоторые даже смеются.
— Ну... — Бондарев не знал, что ему следует сказать по этому поводу. — Японские штучки.
— Китайские, — поправил «бухгалтер».
— Я не различаю азиатские языки.
— Это же очень просто. Хотя, наверное, надо прожить некоторое время в тамошних местах, чтобы все стало так просто.
— Вы жили в Китае?
— Довольно долго. У меня там были дела.
— В Пекине? Или Гонконге?
— В одной свободной экономической зоне, — уклончиво ответил «бухгалтер».
— Вернулись, потому что надоело?
— Нет, не надоело. Просто меня пригласили сюда как ценного специалиста. Когда закончится контракт, то, возможно, вернусь в Китай.
«Бухгалтер» выключил плеер, оборвав сладкое кукольное пение.
— Раз вам не смешно, то нет смысла слушать. Давайте послушаем чтонибудь другое, — он включил приемник и нашел джазовую радиостанцию. Играли чтото длинное, извилистое, с захлебывающимся саксофоном и мрачным контрабасом. Минут через пять Бондарев отметил, что эта штука даже не подает намеков, что когданибудь может закончиться. «Бухгалтер» довольно мурлыкал себе под нос нечто, отдаленно похожее на играемую по радио пьесу. Для Бондарева, который по причине недостаточной просвещенности решительно не понимал, зачем существует музыка, в которой не поют, это было разновидностью пытки.


Все книги писателя Гайдуков Сергей. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий