Библиотека книг txt » Гагарин Станислав » Читать книгу Мясной бор
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Гагарин Станислав. Книга: Мясной бор. Страница 92
Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке s

— Перетряхивать нечего, — развел руками Мерецков. — То, что я наскреб весною, Хозин передал Ставке.
Он хотел съязвить по поводу того, что незадачливый Михаил Семенович, которого Сталин отправил вместо него на 33ю армию, любил вождь подобные рокировки кадров, что Хозин собирался воевать без резервов. Но какой толк сотрясать воздух: теперь он сам командует фронтом и вызволять 2ю ударную — дело его долга и совести, конечно.
Яковлеву передали они с Василевским 165ю стрелковую дивизию, только что прибывшую из зауральского города Кургана, где она формировалась. Передана была в распоряжение командарма52 и 7я бригада танкистовгвардейцев. И еще два полка спешенных кавалеристов, тех, что в мае вышли из мешка.
Коровникову добавили 2ю стрелковую дивизию и три отдельных батальона. На подходе к позициям армии находилась и 29я танковая бригада.
Вот эта последняя и была серьезной силой, не в пример пехоте. Те стрелки, что здесь воевали, утратили боевой пыл изза элементарной усталости, а попросту говоря, выдохлись. Новые бойцы, вроде курганцев, были еще сырыми, в такой местности не воевали, они в большей части вообще пороха не нюхали и годились разве что на «пушечное мясо». Или, как принято было говорить, для численности живой силы, для количества, одним словом.
С одной стороны, необходимо было тщательно подготовить сходящиеся удары с востока и запада, и прежде всего дождаться, когда приданные части как следует развернутся и займут исходное положение. С другой, нельзя было тянуть время, ждать, когда немцы закрепятся в горловине.
Едва танкисты из 7й бригады стали прибывать в район утраченного коридора, Мерецков приказал нанести удар вдоль южной стороны дороги Мясной Бор — Новая Кересть.
— Но у меня только одна рота, — возразил комбриг. — Остальные на марше, товарищ командующий.
— Давай! — махнул Кирилл Афанасьевич. — Там тебя горемычные братья из Второй ударной ждут…
Комбриг хотел уговорить его дождаться большего количества пехоты, но понял, что с комфронта сейчас не поспоришь. Надраенный Сталиным, Мерецков стремился любой ценой добиться хоть небольшого успеха.
Командир танкистов отрядил пять тридцатьчетверок, остальные машины только подходили, и бросил их в указанном генералом армии направлении. Ребята в гвардейской бригаде лихие, рванулись через укрепления и вышли на берег реки Полнеть. Но пехота замешкалась, вслед за танками не пошла. Гвардейцы покрутилисьпокрутились у Полисти, более суток вели они бой без поддержки родимой матушкипехоты, расстреляли боеприпасы и благоразумно возвратились.
На Коровникова командующий фронтом особенно давил. Иван Терентьевич и сам вину ощущал: ведь именно его части пропустили фашистов в Долину Смерти. И Коровников, не дожидаясь общего
наступления, 16 июня отправил в бой толькотолько подошедшие пять танков 29й бригады, придав им стрелковый батальон.
Считая себя большим знатоком по броневой части, в 1937 году закончил бронетанковую академию, Коровников распорядился посадить на машины саперов.
— Ежели застрянете, — напутствовал командарм танкистов, — ребята с брони соскочат, гать вам или лежневку соорудят. Дальше двинете по болоту. Рванете на помощь Второй ударной…
Танки рвали довольно успешно, но пехота из 24й бригады отстала, а противник открыл такой плотный огонь из автоматов и минометов, что саперов с брони в момент как ветром сдуло. Тем, кто за танками и залег, гансы голов поднять не давали. Атака захлебнулась.
На следующий день подошли новые машины, и Мерецков бросил в Долину Смерти еще четырнадцать танков, придав им бойцов из 374й стрелковой дивизии. Но красноармейцысибиряки полковника Витошкина не смогли пробиться сквозь сплошной огонь. Они отстали от танков, которые изза отсутствия у противника в коридоре истребительной артиллерии успешно преодолевали заграждения и ушли вперед. Но без сопровождающей пехоты танкисты овладеть положением в горловине, закрепиться там не смогли и повернули назад.
Генерал Коровников растерялся. На него воздействовал Мерецков, обосновавшийся на КП армии, не добавляло покоя и присутствие Василевского, имевшего неограниченные полномочия от Верховного. Иван Терентьевич посылал в бой все новые и новые подразделения, которые несли серьезные потери, но дело не поправлялось. Тем не менее, борьба за коммуникации 2й ударной не прекращалась ни днем, ни ночью, благо темнота в это время года здесь не наступала.

42

Они постояли возле обезображенного трупа Гончарука, помолчали. Никонову этого бойца особенно было жалко, хотя и от смерти других веселья нет. Но так долго обходила смерть толкового красноармейца, а вот и его настигла. Правда, Гончарук семерых врагов с собой забрал, далеко не каждому такое удается, сколько уходит из жизни в бою, не успев даже ни разу выстрелить.
«За дело надо приниматься», — подумал Иван и велел приданному теперь ему лейтенанту занять оборону левее от того места, где погиб Гончарук. Своих бойцов он расположил правее, а дальше никого уже не было, фланг его оставался голым.
Тут подошел к Никонову красноармеец из примкнувших и говорит: «А там ваш боец лежит, товарищ командир». «Все мои со мной, — ответил Иван, — вот они рядом, оборудуют точки». «Да нет, — настаивает красноармеец, — ваш он, в кустах лежит, полураздетый. Кинулся туда ротный, а там пропавший Самарин. Все тело в рубцах от раскаленного шомпола. На животе дырку обнаружили, стреляли почти в упор, вокруг раны кружочек запекшейся крови. Ощупал Иван беднягу Самарина, убедился в том, что тот не только жив, но и в сознании, губами шевелит.
— Терпи, брат, — сказал ему Никонов, — скоро тебя в медсанбат доставим, там операцию сделают.
— Железом жгли, — прошептал Самарин. — Но я ничего, командир, не сказал им. Только вот Петряков меня бросил…
— Здесь он, Петряков! И не бросил тебя, а едва из плена убег… Это вот тебе, Самарин, не повезло. Да теперь ладно образовалось, теперь в обиду не дадим, у своих ты, Самарин.
Славный он был товарищ, председателем старательской артели работал, опытный сибиряк. Подвижный, поворотливый, надежный человек по военной работе. Никонов часто его брал с собой на сложные задания.
Только чего вздыхать над пострадавшим? То, что он жив еще, побывав у немцев в лапах, чудо. Но Иван хорошо знал, какое короткое время длится чудо на войне. Сразу связался с командиром полка, рассказал о геройстве Анатолия. Красуляк говорит: «Несите Самарина в нашу санчасть. Так что двигайте сюда».
Легко сказать «двигайте», когда бойцы двое суток не спали, не ели и не пили, все время на ходу. А Самарина надо нести пять километров по болотистым кочкам. Выделил на это дело двоих. Поворчали красноармейцы под нос, больше, конечно, для облегчения духа, и понесли товарища в санчасть.
Никонов же двинулся к ручью, захотелось попить. Подошел к воде и увидел на кромке берега комочки икры. «Наверно, щуку удалось поймать счастливчикам», — подумал Никонов, хотя и знал, что в таких лесных ручьях щуки не водятся. Икру он, конечно, съел и пошел назад. Навстречу ему — старшина Григорьев. «Лягушку мы поймали, товарищ командир, — доложил Иван Николаевич, — уже сварили, давайте откушаем». Старшина показал котелок, в котором плавала лягушка, а рядом с нею блестки жира.
«Ишь ты, — удивился Иван. — Вот не знал, что лягушки бывают такими упитанными». Вслух он сказал:
— Так это вы икру в ручей бросили?
— Мы, — ответил Григорьев.
— Напрасно… Это ведь тоже пища. Я ее и съел.
— На здоровье, — просто сказал Григорьев.
Лягушку разделили на пятерых, потом пили из котелка бульон. Отдыхали прямо на земле, от комаров спасенья не было, тучами вились, и что только вкусного они в них, почитавших лягушку за великое счастье, находили… Сами бойцы несколько притерпелись и к голоду, и к комарам. Они и к смерти притерпелись, если к ней вообще можно привыкнуть. На позиции ни землянок, ни шалашей настроено не было. Все лежали на земле и ждали приказа или немцев. Последних надо было уничтожать тем жалким количеством патронов, что у них осталось, а приказы… Они могли быть всякими, не отличались лишь одним: их надо было исполнять.
Вскоре пришел к Ивану посыльный, говорит, что новый помначштаба, тот, который покойного Гончарука намеревался снять с дежурства, хочет пройти на ближнюю, с километр до нее, точку.
— Сходи с ним, Иван Николаевич, — скорее попросил, чем приказал Иван старшине.
Только они отошли, начался артобстрел. Григорьев воякой был опытным, сразу залег, мгновенно выбрав менее опасное место. А штабист засуетился, стал перебегать с места на место и получил осколок. Пришлось Григорьеву тащить его на себе в санчасть.
Тут и Никонова вызвали на КП.
— Собирай, Никонов, тех, кто возле тебя расположился, в одну кучу, — сказал ему командир полка. — Будем отходить, а ты прикроешь. Двигаться тебе, Никонов, позади остальных. Приказ ясен?
Иван увидел яму под елью, в нее складывали штабное имущество, бумаги разные, документы, рацию полковую, пишущую машинку, противотанковое ружье без патронов и другой сохранившийся в полковом хозяйстве скарб. Когда яму зарыли, Иван спросил о состоянии Самарина и помначштаба.
— Скончались они.
Тут появился лейтенант Кисель, который прошлой ночью сбежал из никоновской группы и ночевал гдето под валежиной.
— Чего с ним делать? — спросил Никонов у командира полка.
— Хрен с ним, — махнул тот. — Пусть выходит с нами. А там, живы будем, разберемся.
Из дивизии появился представитель, старший лейтенант, сообщил, что немцы, пройдя с тыла, атакуют штаб, он, дескать, поведет остатки полка обходными путями. Пришли к штабу дивизии уже утром, часов в девятьдесять. Бой там все продолжался, и Никонов получил задачу поддержать обороняющихся штабистов. В подробности происходящего он, разумеется, не вникал. Откуда Никонову было знать, что, когда штаб 382й дивизии перешел на новый КП у реки Тигода, командир полка, в котором служил Иван, майор Красуляк, стал выводить подразделение из боя. Но сделать это незаметно не сумел. Противник, смекнув о действиях русских, силами двух батальонов пехоты с танками и легкой артиллерии обошел их фланг. Это и были те группы, с которыми ночью столкнулся Иван. Они прорвались к Тигоде и напали на штаб дивизии.
Красуляк, не сумев правильно оценить ситуацию, продолжал отводить 1267и полк. Но комдив Карцев понял опасность сложившейся обстановки. С выходом пришельцев на берег Тигоды его полки оказались бы под двойным ударом: тех, кто прорвался в тыл, и тех, кто давил со стороны старого переднего края.
Тем временем немцы обстреляли КП дивизии из минометов и принялись с ходу атаковать его. Выход был один: собрать бойцов в единый кулак и наброситься на врага. Карцев надеялся, что немцы, ведущие бой в лесу, а воевать в лесных условиях им было не по нутру, не сообразят, что перед ними только штаб, а не стрелковая часть. Сначала штабисты ответили на огонь огнем, а затем сами пошли в атаку. Особо яростно дрались разведчики из специальной роты. Держались до тех пор, пока не стала подходить подмога, вызванная гонцами.
Подробностей этих Никонов не знал, откуда ему, кто станет вводить его в курс происходящего. Иван вел собственную малую войну, видел вокруг с колокольни ротного командира, попросту старался работать боевой урок смекалисто и добротно.
У него осталось с десяток бойцов, среди них надежный Шишкин и телефонист Поспеловский, старшина Григорьев, да еще Иванов помощник, лейтенант Голыкский.
Никонов с бойцами занял оборону между КП дивизии и группой гансов. Общий приказ — ни шагу назад и стоять, безусловно, насмерть. До начала атаки противника огонь по нему не открывать, патроны беречь. Группу Иван разделил на две части. Одна должна была совершить обход и ударить неприятелю во фланг, другая — угрожать левому флангу. А пока рассредоточиться и, осматриваясь, выдвинуться вперед.
По небольшому ручью прошли всего с полсотни шагов и увидели немцев. Сначала небольшая поляна у ручья, затем лес, а в нем засели эти самые пришмандовки, так покойный Гончарук солдат вермахта окрестил. Они ползали меж деревьями, меняли, так сказать, позиции. А Никонов подумал, что они в самом деле напоминают чудовищных насекомых. Его даже затошнило, но это скорее от голода, видно, случилось.
Красноармейцы ворчали:
— Бона их сколько, командир. Патронов на всех не хватит. Тут нам и могила общая светит…
Правое крыло группы растянулось, отстало, а левое зашло в лес. По немуто и открыли огонь немцы.
Тут заговорила наша артиллерия и накрыла отклонившихся в горячке боя к немецкой стороне красноармейцев. Тем временем к ним в тыл зашли бойцы другого крыла, дружно ударили в штыки. Со спины стали на них никоновские ребята жать и вытеснили на позицию группы, попавшей под артобстрел. Получился слоеный пирог, о котором артиллеристам обеих сторон не было известно. И стало так получаться: русская артиллерия бьет по русским, думая, что лупит по врагу, а немцы стреляют по своим.
Никонов смотрел на это и тихо матерился. Связи у него с богами войны, чтоб поправить дело, не было никакой. Послал Иван бойца сообщить кому надо, но пока тот добирался, стрельба кончилась.
Остатки противника убрались из леса. Наступила тишина.

43

Фюрер не любил Бисмарка. Конечно, он отдавал должное изворотливости «железного канцлера». Это он привел к объединению Германии под гегемонией Пруссии. Согласно конституции 1871 года германские князья объединились в Вечный союз, в котором высшим органом власти стал бундесрат, подчиненный, тем не менее, императорупруссаку. Когда Гитлер находился в Ландсбергской крепости и работал над «Моей борьбой», он интересовался личностью Отто фон Бисмарка, его вкладом в отечественную историю, просматривал книгу канцлерских воспоминаний.
Разумеется, Гитлер отдавал должное незаурядному уму и сильному характеру Бисмарка, и его неприятие этого государственного мужа было скорее сугубо личное. В глубине души у фюрера сохранялось осознание собственного былого ничтожества, раболепное чувство к великолепному, породистому аристократу, обусловленное комплексом неполноценности. Этот последний хотя и упорно подавлялся Гитлером, до конца всетаки не исчезал.


Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий