Библиотека книг txt » Гагарин Станислав » Читать книгу Мясной бор
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Гагарин Станислав. Книга: Мясной бор. Страница 87
Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке s

— Давай без карты! Ты сам нужен, лично… Понимаешь?
Екнуло сердце: что там еще приключилось? Мчался в штаб фронта во весь дух, даже не переоделся. А в штабе Жуков его еще больше ошарашил.
— Три раза звонил Сталин, тебя спрашивал, — пояснил Жуков. — Нам велено срочно прибыть к Верховному.
— А что стряслось, Георгий Константинович? — стараясь говорить спокойно, спросил Мерецков.
— Если б я знал… Машину уже готовят. Давай по стакану чая хватим с закуской и двинем на ковер.
— Вроде не за что на ковер…
— Как знать… Человек предполагает, а Верховный располагает. Что гадать! Там все и узнаем.
…Всегда бесстрастный, непроницаемый Поскребышев порывисто встал, когда в дверях за низкорослым в надвинутой на лоб фуражке Жуковым увидел коренастого Мерецкова.
— Вас ждут, — недовольным голосом сказал Поскребышев. — Идемте.
Он увлек Кирилла Афанасьевича к двери, но сам вошел первым, сразу шагнув вправо, высвобождая дорогу запыленному генералу армии.
В кабинете Сталина находились сейчас все члены Политбюро. Это уже потом Кирилл Афанасьевич рассмотрел среди них хорошо знакомых Тимошенко и Хрущева, прибывших в Москву с ЮгоЗападного направления, А поначалу у него зарябило в глазах от множества лиц, так примелькавшихся на портретах. Всех их он также знал и по тем не частым, в общемто, встречам, когда возглавлял Генеральный штаб, и по зигзагам судьбы, которая в последний год задавала ему немыслимые загадки. Она приучила Кирилла Афанасьевича к осторожности и осмотрительности.
Впрочем, и эти люди, имена которых были известны каждому винтику гигантского механизма государства, находились в состоянии вечного ужаса перед тем, кто вел сейчас заседание Политбюро. Засыпая в персональных постелях после позднего ужина у вождя, ни один из них не знал, где ему придется ночевать завтра, не ждут ли его тюремные нары в одиночной камере.
Сейчас они со смешанным чувством рассматривали Мерецкова, хорошо помня его начальником Генерального штаба и зная о том, что этот генерал армии в начале войны два месяца хлебал баланду, изготовленную поварами Лаврентия Павловича. Тот, кто посмелее, переводил взгляд с Мерецкова на Берию, который как ни в чем не бывало сидел, подбоченившись, вполоборота к Кириллу Афанасьевичу, смотрел в сторону, будто никого не видел.
Давно уже исчезли из состава Политбюро те, кто работал с Лениным. Ктото умер естественной смертью, другие были убиты или сами наложили на себя руки. Теперь Сталина окружали только те, кого подобрал вождь для работы в партийном аппарате лично. Малейшее сомнение в их лояльности было равносильно смертному приговору, и потому здесь сидели те, кто прошел селекцию страха и глобальной демагогии. Тех, кто привел Сталина к безудержной власти, уже не было в настоящей реальности. И люди, которые сейчас с болезненным любопытством рассматривали Мерецкова, явившегося на заседание Политбюро в грязных сапогах и запыленном мундире, хорошо понимали, чем они обязаны вождю. И не любивший показного, явного подхалимства по отношению к себе, товарищ Сталин мог рассчитывать на их личную преданность.
— Откуда вас вытащил Жуков? — недоуменно спросил Верховный и мундштуком трубки ткнул Мерецкову под ноги. — Вы пешком добирались в Кремль, товарищ Мерецков?
— Никак нет! Спешил к вам, товарищ Сталин, — ответил генерал армии. — Разрешите привести себя в порядок. Двух минут хватит.
— Даем вам пять минут, — сказал Сталин.
Он поднял руку с трубкой и замедленно помахал ею, милостиво отпуская Мерецкова.
Когда Кирилл Афанасьевич, почистив сапоги и одежду, вернулся, рассказывал о чемто Молотов, и все внимательно слушали, кивали, но смотрели при этом на вождя.
— Как дела на Западном направлении, товарищ Мерецков? — спросил Сталин.
— Готовимся отразить наступление противника, — ответил Мерецков и после небольшой заминки добавил: — Если оно последует…
Верховный на оговорку эту внимания не обратил, он спрашивал для проформы.
— Нас беспокоят дела на Волхове, товарищ Мерецков, — заговорил вождь, и Кирилл Афанасьевич незаметно вздохнул: слава богу, наконец стало проясняться, зачем искали его в пожарном порядке. — Мы совершили большую ошибку, поверив генералу Хозину и объединив Волховский и Ленинградский фронты. Генерал Хозин нас подвел, не пробился к Ленинграду, хотя и лично сидел на том направлении. Дела генерал Хозин вел плохо. Мало того, не выполнил нашу директиву об отводе Второй ударной армии. А теперь немцы перехватили ее коммуникации, армия генерала Власова окружена.
Сегодня вождь получил радиограмму от президента Соединенных Штатов. Рузвельт благодарил Сталина за визит Молотова в Америку, выражал удовлетворение результатами переговоров с наркомом иностранных дел. Самое время потребовать от союзников открытия второго фронта, но Сталину легче было это сделать, если бы советские армии одна за другой не попадали в окружение.
— Пусть будет так, как было, — сказал Сталин. — Мы восстанавливаем Волховский фронт, а вас назначаем его командующим. Поезжайте к месту службы, товарищ Мерецков. Болота — места для вас привычные. А на подмогу дадим Василевского, он отправляется вместе с вами… Во что бы то ни стало необходимо вызволить Вторую ударную из окружения! В крайнем случае, пусть бросят тяжелую артиллерию и технику. Надо спасать людей, Кирилл Афанасьевич. Люди в нашей стране дороже всего.
Мерецков на мгновение отвел глаза от товарища Сталина и мельком задержался взглядом на лице Хрущева. Никита Сергеевич едва заметно улыбнулся и вдруг лукаво подмигнул.
Кирилл Афанасьевич недоуменно моргнул. Он как будто не был особенно близок с простодушным на вид партийным руководителем, хотя и официально встречался в бытность того и секретарем Московского горкома, и секретарем Украинского ЦК. Поступок Хрущева — подмигивать на заседании Политбюро! — показался Мерецкову странным. К тому же генералу армии было известно, как неудачно сложились военные дела на том направлении, которым заведовали бритоголовый Тимошенко и этот рано полысевший человек. Вроде бы и не ко времени ему веселиться, а что не к месту, так это уж точно.
Откуда Мерецкову было знать, что Хрущев проявил к нему внимание как к крестнику своему, которого Никита Сергеевич спас от неминуемой смерти. В прошлом году, прибыв в Москву из Киева, чтобы лично доложить вождю о нависшей над украинской столицей опасности, Хрущев был оставлен Сталиным на ужин. Трапеза на этот раз проходила в узком кругу. Кроме Берии, неизменного участника застолий, и киевского гостя, были Щербаков и Каганович, увидев которых смекалистый Хрущев прикинул, что это неспроста: все трое возглавляли они в разное время организацию московских коммунистов. Еще раньше, категорически запретив Хрущеву и думать об оставлении Киева, Сталин вдруг спросил, обращаясь ко всем троим московским секретарям:
— Сможем ли мы, товарищи, продолжать борьбу, если придется отдать Москву?
Наступила тягостная тишина. Никто не решался ответить первым. Но Хрущев и Каганович относились к бывшим, оба, не сговариваясь, повернулись к Щербакову. Александр Сергеевич закряхтел, закашлялся, заметил, как откровенно ухмыляется Берия, отчаянно выпалил:
— Конечно! За Урал уйдем, но борьбы не прекратим, товарищ Сталин! Стоять будем насмерть!
— Насмерть совсем не надо, — медленно заговорил Сталин, — советскому народу мы нужны живые. И Москву мы не отдадим, хотя готовиться к этому необходимо, товарищ Щербаков.
Вождь наставительно поднял палец, потом наставил его на секретаря МГК, будто целясь из пистолета.
Все молчали. Тема, казалось, были исчерпана, только разговор увял, и тут Хрущев интуитивно решил: самое время!
— Был в Генштабе сегодня, — беззаботно и вроде бы невзначай, Никита Сергеевич такое умел, заговорил он, — и нигде не вижу Мерецкова. На каком он фронте? Толковый ведь мужик…
Сталин усмехнулся и кивнул Лаврентию Павловичу.
— В тюрьме сидит, — бесстрастно сообщил тот.
Хрущев знал об этом давнымдавно, но прикинулся простачком, хохотнул скоморошно и простодушно, в привычной манере, которая надежно вводила проницательного Сталина в заблуждение, воскликнул:
— Во дает, хитрый ярославец! Нашел время в тюрьме сидеть! Мы тут, значит, гражданские люди, воюем, а кадровый генерал отсиживаться изволит…
Хрущев Шел по лезвию бритвы. «Хитрым ярославцем» звал Мерецкова вождь, и Никита Сергеевич нарочно слово это употребил. Реакция Сталина не могла быть предсказуема, тут все зависело от совокупности чисто субъективных оттенков. Как произнесет Хрущев эти слова, в каком контексте, вложит ли некий двойной смысл, скажет с психологическим нажимом или обойдется без особой эмоциональной нагрузки. Любая мелочь имела значение в той опасной игре, которую затеял с вождем этот «щирый Микита», об умственных способностях которого Сталин был невысокого мнения, но приблизил потому, что Хрущев нравился Иосифу Джугашвили. Тот помнил, что этот хохол не только мастер плясать гопака, но и толково работал с его покойной женой в Промакадемии. Иногда товарищ Сталин считался со слабостями глубоко запрятанного в его существо обыкновенного человека.
Сейчас он подозрительно глянул на Никиту Хрущева, несколько пережавшего в разыгрываемом спектакле, но решил, что гость из Киева не поднялся над привычным амплуа, сомнений в его недалекости у Сталина не возникло.
— Ты прав, Мыкыта, — усмехнулся вождь. — В такое трудное время, которое переживает весь советский народ, никто не имеет права отсиживаться в тюрьме. Разберись, Лаврентий, с Мерецковым. Пускай воюет…

Из директивы Ставки Верховного Главнокомандования от 8 июня 1942 года, в 03 часа ночи

170450
Ставка ВГК приказывает:
1. Разделить войска Ленфронта на два самостоятельных фронта: а) Ленинградский, в составе войск ныне действующей Ленгруппы; б) Волховский, в составе войск Волховской группы.
2. Ленинградскую и Волховскую линию между Ленинградским и Волховским фронтами оставить существующей…
4. За невыполнение приказа Ставки о своевременном и быстром отводе войск 2й ударной армии, за бумажнобюрократические методы управления войсками, за отрыв от войск, в результате чего противник перерезал коммуникации 2й ударной армии и последняя была поставлена в исключительно тяжелое положение, снять генерала Хозина с должности командующего войсками Ленинградского фронта…
6. Назначить командующим Волховским фронтом генерала армии Мерецкова, освободив его от командования 33й армией.
И. Сталин А. Василевский

36

Пока 382я дивизия, в которую входил полк Никонова, продвигалась по безлюдным лесным пространствам, противник особого сопротивления не оказывал. Отдельные группы прикрытия немцев отходили, отстреливаясь. Так они добрались до станции Глубочка, и тут командира роты связи Маликова, с которым еще в Сибири Никонов прибыл в полк, застрелил с дерева снайпер. Роту связи принял Иван.
Дивизия вышла в самый северный угол мешка, в который забралась 2я ударная. Правее, в шестнадцати километрах, была Любань, с той стороны доносилась глухая канонада — прорывалась к ним на соединение армия Федюнинского. Сосед справа — дивизия Антюфеева — двигался прямо на, Любань. Слева дралась 59я стрелковая бригада. Прямо с фронта — железнодорожное полотно, на картах его не было. Дорогу построили перед войной и нанести не успели. Левый фланг обороны проходил по болоту, пока замёрзшему, с редкими островками растительности на нем, и упирался в другую железную дорогу, ведущую из Новгорода в Ленинград.
По ту сторону фронта, закрепившись в Глубочке и Верховье, русским противостояла германская 291я пехотная дивизия. Это и был главный противник 382й дивизии, которая двумя сильно ослабленными полками занимала пятнадцать километров линии фронта. Русские были южнее дороги, а передний край немцев проходил в пятистах метрах севернее ее.
Наступил март, но морозы еще жали крепко. Как только закрепились здесь, Никонов оборудовал землянку в сотне шагов от насыпи. Поначалу и комполка здесь был с комиссаром, но едва перешли к обороне, оба они сместились на полтора километра в тыл, там и поставили командный пункт. А Никонов со связистами остался на переднем крае и принялся обживаться. Слева в двадцати шагах росли три толстых осины, там они пулеметное гнездо оборудовали. А справа дежурные точки завел: бойцы несли службу в них посменно, а грелись и спали в землянке. Но всегда один из красноармейцев сидел у входа с пулеметом, караулил, чтоб не вырезали их, сонных, как курят — немцы это дело обожали и шастали по нашим тылам.
За спинами никоновских ребят и чуть левее расположились минометчики, защита вроде надежная, но с минами у них было худо, из тыла на себе носили, а много ли натаскаешь? И с продуктами неважно. Главный харч — сухари, но было их раздва и обчелся. Скоро стали крошки мерять спичечным коробком. И потому ели все что придется. Имелась одна лошадь, так ее употребили без остатка.
Сначала у Ивана под началом было десять человек, потом пришли из пополнения семеро, у каждого по пять штук патронов.
— Теперь ты укрепился, Никонов, — сказал комполка. — Давай утром в наступление иди…
— В каком смысле? — спросил Иван. — Разведку боем произвести или показать гансам, что мы еще живы?
— Тебя учить — только портить, — отговорился командир. — За Родину, за Сталина — и, значит, «ура»… Приказ ясен?
— Так точно! — ответил Никонов. Службу он понимал хорошо, а что еще ответишь, все равно придется наступать.
Разведать скрытные пути подхода у Ивана не было времени. Он поднял бойцов и повел их в атаку. Противник тут же их и засек, открыл огонь из пулеметов, минами забросал, положил роту на землю, прижал намертво, не оторвешься.
Дядю Васю Крупского убили, пожилого бойца, бывалого. Рядом с Иваном красноармеец Пушкин залег, паренек лет двадцати, очень на поэта лицом похожий, и даже звали его Александром Сергеичем. «Поползу, — говорит, — к Крупскому, может быть, в вещмешке у него пожевать найдется…» «Лежи и не дергайся», — комроты ему отвечает. Не послушался, плечом двинул, готовясь ползти, и голову, конечно, приподнял. Тут его и стукнула в лоб разрывная пуля, вынесла затылок.


Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий