Библиотека книг txt » Гагарин Станислав » Читать книгу Мясной бор
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Гагарин Станислав. Книга: Мясной бор. Страница 67
Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке s

— Речь товарища Сталина на параде помню наизусть, — с волнением произнес Калашников. — Мобилизует она, вдохновляет. Особенно слова вождя о прославленных знаменах русских полководцев. Здорово сказано!
— И своевременно, — живо отозвался генерал Власов. — Когда Отечеству бывало туго, его не раз и не два спасало обращение к патриотизму народа. Вспомните Сергия Радонежского, патриарха Гермогена, Минина и Пожарского, партизанов войны восемьсот двенадцатого года…
Он хотел добавить, что как ни крути с идеей союза свободных республик, а государственность наша была, есть и остается российской, на ней, матушке Великороссии, все и держится, она и скрепляет народы и народности воедино, не давая пожрать их завидущим соседям.
«Но бог его знает, что за человек, — подумал Андрей Андреевич, — из партийной касты опять же…Не состыкует мои слова с инструкцией и смутится. От смущения и донесет…
Генерал Власов и в дурном сне не мог предположить, что, оказавшись в немецком плену и формируя РОА для борьбы со Сталиным, он положит в идеологическую основу другой армии именно русский национальный принцип, по которому немыслимо великое государство без руководящей роли в нем именно России.
Вспомнил ли он там, в Германии, об этом разговоре с комиссаром Калашниковым? Неизвестно… Сведениями такими мы, увы, не располагаем.
В избу, постучав, вошел Зуев.
— Вот вы где, — весело сказал он. — Я смотрю, вы, Андрей Андреевич, совсем освоились, даже гостей вместо нас, хозяев, привечаете… За вами я, товарищ генераллейтенант. Мерецков зовет нас к аппарату Бодо. А Николай Кузьмич благополучно долетел… В госпитале уже.
…Они обступили стол, на котором был закреплен буквопечатающий аппарат, и напряженно следили, как выползает из него бумажная лента.
Генерал Власов хотел о чемто спросить стоявшего по другую сторону аппарата полковника Виноградова, но тут девушкабодистка кивнула, и Зуев поднял предостерегающе руку.
На ленте появился текст: «Мерецков Зуеву. Кого выдвигаете в качестве кандидата на должность командующего 2й ударной армией?»
Иван Васильевич обвел присутствующих взглядом, вздохнул и сказал:
— Передавайте. На эту должность кандидатур у нас нет. Но считаю необходимым доложить вам о целесообразности назначения командующим армией генераллейтенанта Власова.
Власов пожал плечами, не вымолвил ни слова. Наступила пауза. Выдержав ее, Власов шагнул вперед:
— У меня есть другое предложение. Передавайте. Временное исполнение должности командующего армией необходимо возложить на начальника штаба армии полковника Виноградова. 346
«Хорошая идея, — подумал Иван Васильевич. — Я бы и сам предложил полковника Виноградова, если б рядом не стоял командарм, отличившийся под Москвой».
Снова на ленте побежали слова: «Мерецков и Запорожец — Власову. Считаем предложение Зуева правильным. Как вы, товарищ Власов, относитесь к этому предложению?»
— Соглашайтесь, Андрей Андреевич, — мягко произнес Зуев. — Мы уже к вам привыкли…
— Разве что так, — усмехнулся Власов. — Давайте ответ. Думаю, судя по обстановке, что, видимо, придется подольше остаться в этой армии. А в отношении назначения на постоянную, штатную должность, если на это будет ваше решение, то я его, конечно, выполню.
На этот раз паузы не было. Ответ командующего Волховским фронтом не замедлил появиться на бумажной ленте: «Мерецков. Хорошо. После нашего разговора последует приказ».

39

— Останусь жив, — сказал Вучетич, — поставлю здесь памятник…
— Прямо на болоте? — язвительно спросил Черных.
— Зачем на болоте? — запальчиво отозвался Евгений. — Там, где армия прорвалась! В Мясном Бору. На плацдарме.
— Погодите, ребята, о памятниках думать, — остановил их Кузнецов, появившись из секретарской каморки с листком в руке. — Мы ведь пока все живы… Вот послушайте лучше, какую справку ставлю на первую полосу. Это про нашего нового командарма. — И Виктор прочитал: — «Вновь назначенный командующий нашей армией генераллейтенант товарищ А. А. Власов родился в 1901 году в селе Ломакино Гагинского района Горьковской области в семье крестьянинакустаря. До 1920 года учился, получил высшее специальное образование. С 1920 года непрерывно в рядах Красной Армии — последовательно на должностях: красноармейца, курсанта, командира взвода, роты, батальона, полка, дивизии, корпуса. Участвовал в гражданской войне на Южном, Врангелевском фронтах. В период мирного строительства командовал 99й стрелковой дивизией, занявшей первое место в РККА по боевой подготовке, ныне гвардейской. С первых дней войны товарищ Власов на фронте. Командовал механизированным корпусом, оборонял Киев. В дни нашего контрнаступления под Москвой командовал армией. Войска товарища Власова совершили прорыв вражеской обороны на реке Лама и освободили от немецких оккупантов Солнечногорск, Волоколамск, Шаховскую, Середу и другие населенные пункты Московской области. Последнее время товарищ Власов был заместителем командующего фронтом. Награжден орденом Ленина, орденом Красной Звезды и медалью „XX лет РККА“.
— Подходяще, — отозвался Родионов. — Бывалый генерал… Но Клыкова все равно жалко.
— Поправится — вернется, — подала голос Женя Желтова.
Черных вновь заспорил с Вучетичем, теперь о принципах монументализма в скульптуре. Евгений считал, что надо поражать воображение зрителя, шокировать его. Скульптору необходимо ввергнуть человека в катарсисное состояние, только тогда он проникнется идеей, заложенной в творении. А Виталий полагал необходимым для человека жить среди произведений искусства, сосуществовать с ними и постепенно — исподволь! — проникаться теми чувствами, какие хотел выразить художник.
— Впрочем, понятен твой пафос, Женя, — насмешливо сказал Черных. — Не случайно ты работал в той фирме…
Виталий намекал на управление проекта гигантского Дворца Советов. По слухам, приходящим из Москвы, частично возведенный стальной каркас дворца, сооружаемого на месте взорванного храма Христа Спасителя, спешным порядком разобрали: он был хорошим ориентиром для немецких самолетов.
Намек был очень прозрачным, и Вучетич, не любивший, когда об этом напоминали, ему тоже не нравился проект гигантского дворца, вспылил. Кузнецов сокрушенно покачал головой. Виктору было не по душе, когда ссорились его друзья, тем более по таким надуманным, по его мнению, несерьезным мотивам. Он вспомнил, что хотел зайти в типографию, и подался к выходу.
Недавно редакция «Отваги» вернулась из деревни Озерье, где оказалась чересчур близко к передовой, на прежнее место, в Огорели. Разместились теперь в палатках, выбрав место посуше, землянки залило вешней водой. Полно воды было и вокруг редакционной стоянки, и журналисты, типографские работники, чтобы както сообщаться, прыгали с кочки на кочку. Виктор быстро допрыгал до типографии. Впрочем, это громко сказано — типография… Печатная машина была смонтирована на грузовике, по возможности замаскированном под деревьями. Левин и Холодов, оба чумазые, горбились у наборных касс. Печатников Смолина и Лакина не было видно. Они работали ночью и не ушли в укрытие, когда начался артобстрел, и снаряды стали ложиться совсем близко. Им надо было к утру выдать тираж, чтобы «Отвага» успела уйти в войска. Да и прятаться, честно сказать, негде, разве что в холодную воду залезть и сидеть в ней по горло, но от снаряда это не спасет.
Кузнецов вспомнил, как сегодня утром встречал прибывшую к ним лошадь, запряженную в волокушу. На колесах сейчас не проехать, пришлось вернуться к опыту предков. Это соседи приехали, из кавдивизии, за пятнадцать километров приволокли по трясинам сверстанные полосы газеты «Боевая кавалерийская» — печатная машина у них поломалась.
В болотной грязи и мокрые с головы до ног, люди осторожно сняли с волокуши замотанные мешками свинцовые полосы и, натужно сгибаясь под тяжестью, понесли их к грузовику с печатной машиной. Сработают тираж и обратно повезут бравым конникам уже газету.
Было непривычно тихо. «Праздник у них, что ли», — подумал о немецких летчиках Кузнецов, не подозревая, что попал в точку: сегодня был день рождения Гитлера.
— Скоро поплывем, — услыхал Кузнецов за спиной голос наборщика Голубева и отвернулся. Николай Иванович, сощурясь, смотрел изпод руки на солнечные блики в подступившей со всех сторон воде.
— Мыто ладно, — продолжал он, — вроде как в тылу… А каково бойцам в распутицу? Тут ни окопа тебе не вырыть, ни землянки, чтоб схорониться. Надо на сваях укрепления ладить.
Кузнецов кивнул. Все так, как говорит старый рабочий. Хотя удивительное дело: в письмах военкоров никто не жалуется на природные условия. Будто нет ни болот, ни воды, не упоминают бойцы и о самом настоящем голоде, который начался в частях. Все голодают, только говорить об этом не принято, как, впрочем, и у них в редакции.
— Батальонный на горизонте, — сообщил Голубев и тут же исчез, чтоб не попадаться на глаза редактору.
На всякий случай надо быть от начальства подальше, хотя Румянцев Николай Дмитриевич был добрейшим, широкой души и чуткого, отзывчивого характера человеком. Но в редакции и особенно среди работников типографии пользовался репутацией строгого начальника. Его откровенно побаивались, особенно те, кто пришел в армию с сугубо штатских должностей, философы и литературоведы.
Поскольку Виктор знал Румянцева еще до войны, а сам был к ее началу уже, как говорится, газетным волком, то в присутствии батальонного — так за глаза звали редактора сослуживцы — отнюдь не смущался, относился к нему без комплексов, спокойно.
— Вас Зуев хвалил, Виктор, — сообщил Румянцев с места в карьер. — Здравствуйте… Мы ведь не виделись еще.
Кузнецов растерялся, но, чтобы скрыть это, потянул из кармана трубку, которую курил с большим тайным неудовольствием, но всетаки курил для придания внушительного вида.
— Не интересуетесь, за что вас отметил член Военного совета? — сняв очки и насмешливо поморгав близорукими глазами, спросил Румянцев. — А ведь это ордену соответствует, молодой человек.
— Сами расскажете, — несколько грубовато ответил Виктор.
Он вовсе не хотел, но так уж получилось у него, от смущения.
— И расскажу… За доклад на семинаре дивизионных редакторов. «Если ваш Кузнецов так работает с письмами красноармейцев, как говорил на семинаре, то за газету я спокоен. Передайте Кузнецову мою благодарность». Улавливаете?
— Спасибо, — просто ответил Кузнецов. Ему была приятна похвала Зуева, комиссара в редакции уважали не за высокую должность. Пожалуй, один Вучетич на него дулся: поймал его Зуев раз в расхристанном виде у типографии и с ходу вкатил пять суток гауптвахты. Сидеть Евгению, правда, не пришлось, наказание было символическим, но Вучетич считал решение комиссара несправедливым. Ведь знал член Военного совета, что перед ним не просто красноармеец, а художник армейской газеты.
— Потому и вкатил, что знал, — заметил Борис Бархаш при молчаливом одобрении остальных.
Кузнецов вспомнил, как Бархаш недавно пытался объяснить смысл философского закона, постулированного монахомфранцисканцем, этот закон известен как «бритва Оккама». Он утверждал, что Виктор в секретарской работе действует оккамовским методом, опиравшимся на принцип простоты или принцип бережливости. Кстати, в сдаваемых материалах сам Борис, видимо, полагался на высказанную Уильямом Оккамом идею: «Множественность никогда не следует полагать без необходимости».
Ответсекретарь хоть и не давал спуску коллегам за качество материалов, но ладил с ними, и, пошумев иногда в связи с очередной правкой их сочинений, они приходили к мысли, что на такой должности другим быть просто невозможно. Но в эпиграммах, а на них мастаков в редакции хватало, Виктору доставалось. Хрестоматийными считались строчки: «И от голода зол и суров, заскучав без какао и торта, всеармейский шакал Кузнецов доедает в углу Раппопорта…» Моисей Маркович был безобидным старикомнаборщиком из ополченцев. Он сердился на автора стихов, считал их пустой забавой и повторял: «Ну, почему Витя Кузнецов должен меня обязательно кушать? Такой воспитанный молодой человек…»

40

— Прощай, Анатолий, — сказал Кружилин. — Славно мы с тобой повоевали…
Роту особого назначения на Острове сменили, где она и так уже слишком завоевалась, выполняя несвойственные ей функции. Забирали отсюда и Дружинина с его противотанкистами, которых осталось всего шесть человек при одном орудии. Другое накрыло прямым попаданием фугаски с «юнкерса». Выбирались по наплавному мосту, его навели саперы. Распутица отрезала поредевший гарнизон, хоть вплавь выбирайся… Они б и выплыли, да вот пушку надо переправить. Опять же и заменяющей их стрелковой роте както забраться на болотный форпост предстояло.
— Тебе, поди, за наше сидение шпалу дадут? — сказал вдруг Анатолий. Он искал добрые слова на прощанье, подходящего ничего не нашлось, вот и ляпнул ни с того, ни с сего. — Шибко ты грамотный, старшой. На всю жизнь запомню наши разговоры.
Кружилин рассмеялся:
— Тогда запомни и еще одну мудрость: «Новое званье изменяет натуру человека, а ум его остается прежним».
— Это точно, я таких в высоких чинах встречал.
Друзья расстались. Олег Кружилин с остатками роты двинулся к штабу армии, а Дружинин зацепил сорокапятку уцелевшим вездеходом и подался разыскивать свой гвардейский дивизион, продолжавший оборонять позиции в районе Ольховки.
— Заждались тебя, политрук, — проворчал комиссар дивизиона, когда Дружилин доложил, что прибыл меньше чем в половинном составе из спецкомандировки.
— Слыхали, что бойко воевал, но вот технику надо было сберечь, — проговорил молчавший до поры командир. — Ну да ладно, на войне как на войне… Теперь вникай. К нам пришло пополнение, имеются среди бойцов пехотинцы в прошлом. «Учебку» они прошли, но стрельба, сам понимаешь, вовсе другое дело. Тут надо не только политическую работу с ними проводить. Опять же ты старый артиллерист, кадровый. Так что мы в тебе видим двойного помощника. Понимаешь?


Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий