Библиотека книг txt » Гагарин Станислав » Читать книгу Мясной бор
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?

fb2
txt
другой

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Гагарин Станислав. Книга: Мясной бор. Страница 63
Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке s

В общем и целом подобная редактура вполне удовлетворила Сталина. Он даже временно простил Горькому близость к Ленину.
…Все, связанное с Лениным, являлось для Сталина темой номер один. Провожая вождя революции в последний путь, Сталин на весь мир огласил его завещание и внешне неизменнно демонстрировал верность ленинским идеалам. На Красной площади был выстроен скромный, но внушительный мавзолей, повсюду висели портреты Ильича. На словах прибегая к его духовному наследию, Сталин разгромил троцкистов, выиграл битву с оппозицией, с правым уклоном. Но внутренне никогда не мог и не хотел примириться с тем, что Ленин был прежде, что именно он подготовил и успешно осуществил Октябрьскую революцию. Резонно полагая, что отстоять завоевания Октября, построить и защитить социалистическое общество не менее важная задача, он был уверен, что честь выполнения ее принадлежит всетаки ему, товарищу Сталину. Вождь едва ли не с первых недель самостоятельного правления принялся одну за другой отменять ленинские установки.
Еще за несколько дней до смерти Владимира Ильича, выступая 17 января 1924 года на XIII конференции РКП (б) с докладом «Об очередных задачах партийного строительства», Сталин принялся рьяно защищать подведомственный ему лично партийный аппарат от обвинений в бюрократизации. Существование бюрократического режима в Центральном Комитете Сталин объяснял тем, что «мы имеем нэп, то есть допустили капитализм, возрождение частного капитала». Ленин еще жив, а его идея новой экономической политики извращается, подается участникам партийного форума как реставрация буржуазных устоев в стране.
Уже тогда в политический лексикон Сталина проникают выражения «насаждение идей», «чужестранцы в партии» и тому подобные.
Больше всего выводили Сталина из себя любые предложения по развитию внутрипартийной демократии. В этом он видел покушение на собственную автократическую власть в Центральном Комитете.
«Вы можете иметь партию, построившую аппарат демократически, но если она не связана с рабочим классом, то демократия эта будет впустую, грош ей цена!» — патетически восклицал Сталин 24 мая 1924 года на XIII съезде РКП (б). Нет нужды говорить, какой зловещей демагогией обернулись эти слова. Несмотря на категорическое утверждение Ленина о том, что бюрократизм — злейший враг партии и народа, Сталин с трибуны съезда утверждал: партия «может существовать и развиваться даже при бюрократических недочетах».
Не желая перестраивать созданный им партийный аппарат наверху, Сталин решительно поддерживал проведение партийных чисток внизу. «Основное в чистке, — говорил он, — это то, что люди… чувствуют, что есть хозяин, есть партия, которая может потребовать отчета за грехи против партии. Я думаю, что иногда, время от времени, пройтись хозяину по рядам партии с метлой в руках обязательно следовало бы. (Аплодисменты)». Остается только удивляться политической и психологической слепоте тех, кто аплодировал Сталину в 1924 году, вождем его впервые назовет Лазарь Каганович через пять лет, недоумевать, как не заметили они дважды повторенного слова хозяин рядом со словом партия.
Перечень того Ленинского, что тут же, не дождавшись даже, пока Ильича водворят в мраморный склеп, принялся отменять бывший тифлисский семинарист, занял бы многие и многие страницы. Формула «Сталин — это Ленин сегодня», официально провозглашенная позднее, означала полное выкорчевывание, выламывание политического, экономического и научного фундамента государства нового типа, который едва успел заложить Владимир Ильич. На словах как будто по Ленину, на деле — все наоборот. Именно Сталин восстановил в 1925 году государственную монополию на торговлю спиртным, введя в повседневную практику производство и продажу алкоголя населению. А ведь Ленин еще в 1921 году предупреждал, что мы не пойдем на торговлю водкой и прочим дурманом, хотя это и крайне выгодно для торговли, потому, что это будет шаг назад, к капитализму… Сталин был иного мнения, потому как и сам пил, и любил напаивать других. Авось проговорятся, откроют враждебные по отношению к вождю настроения. Он и на фронте завел обязательные сто грамм с иезуитской целью: выпьют за здоровье наркома и позабудут, кого надо винить за промахи и неудачи.
После 1927 года новая экономическая политика Ленина была свернута повсеместно. Начала складываться сталинская модель социализма, краеугольным политическим камнем которой был тезис об обострении классовой борьбы. Тут Сталин не был оригинален. Он использовал идею Троцкого о перманентной, незатухающей революции, только навыворот, применительно к одной стране, России. Ведь обострение классовой борьбы возможно, видимо, только при постоянно сохраняющейся революционной ситуации…
Все ленинские предложения по строительству социализма, а также люди, связанные с Ильичем, его соратники безмерно раздражали Сталина. Он внушил себе, и не без активной помощи новых приближенных, свитских партийцев определенного толка, что история именно его обрекла на этот титанический труд — создать небывалое до сих пор общество.
И если подверженному мистике, обладающему психопатическими наклонностями Гитлеру было присуще фанатическое самообожествление, то закомплексованную натуру Сталина определял чудовищный, глобальный сальеризм.
Постоянно ощущая значительность предшественника, узурпаторгенсек методично, изо дня в день выхолащивал душу из тех немногих, но емких тезисов ленинского учения о социализме. Поклявшийся у гроба свято выполнять завещание Ильича, Сталин буквально переиначил те первые прикидки новой жизни в мирных условиях, которые успел сделать Ленин, ибо следование по указанному им пути не стыковалось с принципом: гений и злодейство несовместимы. А поскольку гения не было и в помине, оставалось одно злодейство.
Охваченный постоянно отягощающим его душу сальеризмом, Сталин изо всех сил стремился доказать самому себе и всему миру, что является не только продолжателем дела Ленина. Нет, история подвигла товарища Сталина на большее. Он обязан исправить ошибки, допущенные прекраснодушным либералом, идеалистом, как правильно назвал его товарищ Горький. Владимир Ильич был, вероятно, неплохим теоретиком, с этим соглашался товарищ Сталин, но слабо знал условия страны, в которой спланировал социалистическую революцию. Вождь считал: товарищ Ленин долго жил за границей, не встречался лично с психологическим коварством, на которое способен русский мужик, если не взять его в ежовые рукавицы. А товарищ Сталин постиг главный принцип: чем больше на крестьянина нажмешь, тем больше из него выжмешь.
А эта благородная идея — предоставить всем нациям право на самоопределение? Чистой воды утопизм, который привел к тому, что мы потеряли Польшу, Финляндию, Бессарабию, исконно русские губернии в Прибалтике, за которые упорно воевали Иван Грозный и Петр Первый, выдающиеся государственные деятели, к ним вождь питал особую слабость. Безмерные заботы легли на его плечи, ему выпала судьба исправить последствия ошибочных действий предшественника, делая при этом вид, что образ гения в глазах народа велик и хрестоматийно безупречен.
Сталин хотел уже захлопнуть синюю папку и отправить ее на место, но заметил, что один из документов уложен неаккуратно, и, чтобы поправить его, вытащил наружу. Это была стенограмма допроса доктора Левина на утреннем заседании Военной коллегии Верховного суда 8 марта 1938 года, на процессе «правотроцкистского блока». Вышинский дотошно расспрашивал Льва Григорьевича, как тот якшался с Генрихом Ягодой, который посылал доктору цветы, хорошее французское вино, предоставил дачу в Подмосковье для летнего проживания, а потом предложил уничтожить под видом лечения Максима Пешкова и Менжинского,
«Через несколько дней после их похорон, — рассказывал Левин, — меня снова вызвал к себе Ягода и сказал: „Ну вот, теперь вы совершили эти преступления, вы всецело в моих руках, и вы должны идти на то, что вам сейчас предложу, гораздо более серьезное и важное… Нужно устранить с политической арены некоторых членов Политбюро, а также Алексея Максимовича Горького. Это есть историческая необходимость“.
Сталин усмехнулся и убрал стенограмму. Он помнил, что Левин в действительности произнес эти слова. «Историческая необходимость»… Так оно и было на самом деле, и никто не осмелится судить иначе. Тогда, бессменно высиживая на судебных заседаниях, упрятанный от глаз участников процесса системой специальных ширм, Сталин иронично думал, как не правы критики за границей, которые упрекают Советы за отсутствие суда присяжных. А разве он, поневоле слушающий жалкий лепет ничтожных людей, спешащих предать друг друга, не представляет такой суд? Если народы Советского Союза доверили товарищу Сталину историческую судьбу, то разве откажут они ему в праве выносить контрреволюционному шлаку вердикт — виновны или невиновны? Конечно, виновны! И в этом отсутствии альтернативы тоже историческая необходимость.
Закрывая в памяти давнишние теперь события, Сталин вспомнил вдруг последнее слово Бухарина и поморщился. Последнее слово не понравилось вождю. Недостаточно подготовил «любимца партии» Николай Иванович Ежов… «Я категорически отрицаю свою причастность к убийству Кирова, Менжинского, Куйбышева, Горького и Максима Пешкова», — заявил тогда Бухарин.
— Плохая работа, — с запоздалым недовольством в адрес давно отправленного на тот свет Ежова вслух произнес Сталин.
Но довольно… Он хорошо отвлекся и теперь может вернуться к текущим делам. Даже аппетит появился.
Сталин сделал два глотка из стакана в тяжелом подстаканнике из серебра. Вождь любил этот скромный, но благородный металл.
Чай остыл. Вернувшись в кабинет, Верховный Главнокомандующий позвонил Поскребышеву, а когда тот возник в дверях, сказал:
— Будем обедать как обычно.
— Вы заказывали Мерецкова, Волховский фронт, — напомнил секретарь. — Командующий на проводе.
Вчера Сталину доложили, что командарм Клыков тяжело болен, но отказывается оставить 2ю ударную армию, утверждает, что может находиться на передовой. Сейчас он спросит Мерецкова, почему товарищ Сталин лучше командующего фронтом знает о том, что происходит в его армиях. «Хватит лирических отступлений… Надо воевать дальше», — подумал вождь.

36

Во 2й ударной начинался голод. За две недели, пока шли бои за восстановление коридора, ни одна машина с продовольствием от Мясного бора не прошла. Немедленно урезали пайки, но запасов до окружения сделано было немного, они быстро таяли. Когда же брешь вновь пробили, ситуация улучшилась не намного. Машины со снарядами и продуктами днем не ходили, так как противник исправно обстреливал дорогу.
Поначалу поедали вытаивавших изпод снега убитых лошадей. Но падали этой, так непредвиденно выручившей, хватило ненадолго. Попрежнему летали по ночам трудяги По2, они сбрасывали коекакие продукты. Но разве накормишь десяткомдругим мешков с сухарями целую армию? Особенно трудно приходилось медсанбатам. Количество раненых в них постоянно увеличивалось, а эвакуация тех, кого выходить здесь не могли, почти прекратилась.
Хронически не хватало бинтов и медикаментов, а когда растаял снег, возникли новые проблемы. Все кругом было пропитано водой, которая не давала строить укрытия, мешала воевать, наконец. И в то же время без воды, как известно, ни туды и ни сюды. А ее в медсанбате требовалось больше, чем гделибо. Стирка бинтов, кипячение шприцев, хирургических инструментов, да мало ли еще что…
А добывали ее так. Сколачивали из досок ящики без дна, снизу прикрепляли свернутую в тричетыре слоя марлю. Затем рыли в болоте ямы, опускали в них эти ящики и помечали вешками. Ждали день или ночь, потом черпали ведрами из этих своеобразных колодцев воду и снова процеживали сквозь марлевые фильтры. Добытая таким способом болотная вода цветом напоминала кофе без молока. Ее тщательно хранили, выдавая для питья по кружке на сутки. Остальное шло на хозяйственные нужды.
Добыванием воды занимались легкораненые бойцы из особого «витаминного взвода», который не значился в штатном расписании, его образовал по собственной инициативе комбат Ососков. А назвали бойцов этих «витаминщиками», потому как создавали взвод для сбора хвойных иголок. Еще в марте появилась в войсках цинга, она ведь приходит не только от нехватки витаминов, но и в тяготные дни общего изнуренья, а уж последнего было у этих болотных солдат больше, чем может вынести человек.
Брали красноармейцы мешки, вооружались ножницами и стригли с еловых лап зеленые иголки. Порою и так ломали ветки, кусочками складывали в посуду. Настаивали на кипяченой воде и поили в принудительном порядке каждого раненого и персонал медсанбата. Командир пример подавал, на глазах у остальных выпивал кружку отвратного питья: на голодный желудок от него душу выворачивало. А пить приходилось… Как же иначе? Не станешь пить — заболеешь цингой. Стало быть, придется тебя в госпиталь отправлять, как пострадавшего не от вражеской пули, а по собственной воле. Чем отличаешься ты тогда от самострелыцика?
Потому время от времени и появлялся в медсанбате уполномоченный Особого отдела. И когда иной боец посылал, матерясь, «витаминщика» в непотребное место, особист подходил к нежелавшему пить отраву упрямцу и многозначительно расстегивал кобуру пистолета…
Когда 46я стрелковая дивизия, в медсанбате которой служила Марьяна Караваева, перешла к активной обороне, медики развернули милосердное хозяйство в полутора километрах от санитарных рот полков. Врачей и сестер, санитаров было в строю немного, по штату мирного времени, да и то заполнен вовсе не под завязку, и медики на войне выбывают из строя. Не хватало людей и в приемосортировочном отделении, и в операционноперевязочном взводе, и в хирургическом, где производили особо сложные операции — ранения в брюшную полость, ампутации конечностей, открытые и закрытые пневмотораксы, повреждения черепа. А были еще и перевязочный взвод, и противошоковое отделение, где Марьяна выцарапывала, по выражению ведущего хирурга Казиева, у смерти покалеченных бойцов и командиров. Потом эвакоотделение, аптека, хозвзвод, санпропускники… И все это необходимо было каждый раз оборудовать заново. Медсанбату что — ему развернуться полагалось за два часа. Прибыли на место, получили команду поставить палатки — и через два часа будьте готовы принять первых раненых. А вот баня — дело серьезное, соорудить ее посреди лесаболота не просто.


Все книги писателя Гагарин Станислав. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий