Библиотека книг txt » Екимов Борис » Читать книгу Путевка на юг
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Екимов Борис. Книга: Путевка на юг. Страница 1
Все книги писателя Екимов Борис. Скачать книгу можно по ссылке s
Назад 1 2 3 4 5 Далее

Путевка на юг
Борис Екимов




Екимов Борис

Путевка на юг



Борис Екимов

ПУТЕВКА НА ЮГ

1

На хуторе Ветютнев по-хорошему относились. И, словно грибы-зеленухи, полезли на свет божий по дворам и Забазьям копны и стожки, скирды и прикладки, веселя хозяйский глаз. Сено клали по-разному. Солонич и управ Арсентьич - высоким шеломистым стогом. Тарасовы за красотой не гнались, их квадратный тяжелый скирд был неуклюж, но мощен, как и сам хозяин, Гаврила Тарасов. Каждый клал сено по-своему. Приблудный цыган Мишка, тоже в этом году косил, и кривоватый стожок его красовался посреди расхлебененного цыганского двора.

Откосились. И посветлели, будто проредились сады, просторнее сделались поляны займища и обережная над Ворчункой полоса. И только зеленые тропы втолоченных в землю трав тянулись по светлой еще кошенине.

Откосились, и по утрам в бригадной конторе, на утреннем наряде сделалось людно: собирались пораньше и не спешили уходить, перебирая хуторские сплетни да новости.

Николай Скуридин на наряд не ходил. Он пас молодняк и без указов знал, что ему делать. Нынче с утра он подле конюшни лошадей запрягал. А тут наряд кончился, народ повалил из конторы, и управляющий Арсентьич вышел на крыльцо. Вышел, огляделся, увидел Скуридина и крикнул:

- Николай! Скуридин! Иди-ка сюда!

- Чего? - издали отозвался Николай,

- Иди, иди...

Николай особо с начальством разговаривать не любил и потому к крыльцу пришел не сразу.

- Ты чего нынче не пасешь? - спросил управляющий.

- Зеленку буду подвозить.

Арсентьич глядел, глядел на Николая, а потом широко улыбнулся и сказал:

- Пляши.

- Чего? - недоуменно ответил Николай.

- Пляши, говорю! - в голос, повторил управляющий.

И все люди, что вокруг находились по тону его поняли: дело идет о добром. Поняли и притихли, слушая.

Николай ничего не понимал. Ему было неловко, и он повторил, досадуя:

- Ну, чего?

- Чего-чего... Расчевокался... - влез в разговор дружок его Алешка. Пляши, а там разберемся.

Кто-то засмеялся, и управляющий решил не тянуть. Он откашлялся, построжел и заговорил громко, чтобы все слышали:

- Правление колхоза награждает Скуридина Николая путевкой в санаторий для лечения и отдыха! Путевка на юг! Бесплатно! - добавил он.

Народ, что у крыльца толпился, и даже бабы, которые к домам поспешали, чтобы перед работой кое-что на скорую руку доделать, - весь народ разом смолк и замер и стоял, замерев минуту-другую, стараясь понять, не шутит ли управляющий.

Управляющий не шутил. И тогда, тоже разом, прошло остолбененье и развязались языки.

- На курорты...

- Задарма...

- Вот это везет!

- Я ж говорил, пляши...

Лишь управляющий да Николай стояли по-прежнему молча. Арсентьич улыбался, довольный. Эту путевку добыл он и, надо сказать, совершенно случайно. Вчера ездил он в правление и к свояку зашел, тот главбухом работал. Свояк и сказал ему о путевке, которую для себя добывал. Но теперь она ему разонравились.

- Желудочный санаторий... - жаловался он. - Будут какой-нибудь отравой кормить. Может, ты поедешь?

Арсентьич рассмеялся.

- Чего я поеду? Да в такое время, кто отпустит? - И тут совершенно случайно вспомнил он про Николая Скуридина, который по весне месяц в больнице отвалялся. У него язва желудка была, и ее уже резали, а теперь она снова начиналась. Он вспомнил о Николае и сказал свояку: - Отдай нам путевку, на отделение. Скуридину Николаю, скотнику. Хороший мужик, язвенник. Пусть подлечится. Да от жены отдохнет, от тещи.

- Сйкуридин? Николай? Это Ленка его жена? - вспомнил свояк.

- Ну да...

- Такому надо... - посочувствовал свояк. - Забирай. Только чтоб втихаря. Договорись с профсоюзом.

С профсоюзом Арсентьич договорился. И вот теперь стоял на крыльце довольный произведенным впечатлением. Удивленный народ гудел.

Лишь Николай не радовался и не удивлялся. Он поглядел на Арсентьича поглядел и проговорил с досадою:

- Так... Брехни тачают... Курорты... - и, повернувшись, пошел к арбе и коням.

И большого труда стоило Николая вернуть. И только лишь в кабинете управляющего, когда под нос Николаю сунули розовую, лощеной бумаги путевку, лишь тогда он поверил. Поверил, но не особо обрадовался:

- Чего это я... - сказал он. - Чего поеду?.. Людей смешить.

- А чего их смешить? Поедешь, полечишься.

- Нет, - решительно отказался Николай; - Нечего там делать. Людей смешить.

- Чего ты заладил? - разозлился управляющий. - Людей смешить, людей смешить... Вроде тебя черти куда посылают. Курорт, понимаешь, курорт. Юг, море, врачи там собрались. Люди за такую путевку знаешь, что отдают? А тебе бесплатно. У нас их сроду и не было, таких путевок. Раз в жизни попала, хватай и поезжай.

- Один съездил, - отводя глаза в сторону, сказал Николай.

Это был тонкий намек. В прошлом году тракторист Митька Тегелешкин ездил по городам-героям. Тоже бесплатно путевку дали, в правлении. А пока он ездил, его жена Фрося управляющего принимала.

Арсентьич намек понял, но виду не подал.

- То туристическая, а здесь лечить тебя будут. Ты весной в больнице лежал?

- Ну лежал...

- Вот доктора об тебе и побеспокоились, - соврал управляющий. - Да еще бесплатно. Ты же больной человек, кожа да кисти остались. Спасибо надо говорить, что о тебе заботятся. А ты еще... - в сердцах выругался Арсентьич и вытащил папиросы.

Задымили вместе. Задымили, и Николай закашлялся. Кашель его был Тяжелый, и что-то клокотало там, внутри.

- Застудился, - пожаловался он.

- Застудился... - головой качая, повторил управляющий и отвернулся, не хотел глядеть.

Смотреть ни Николая и вправду было несладко. Сорокалетний мужик, он гляделся престарело: черноликий, худой, почти беззубый, какой-то сгорбленней и с по-старчески усыхающим телом.

- Да я, Арсентьич, чего... - начал сдаваться Николай. - Я, говорю, страшно. В отпуске-то никогда не был, а тут курорты. Да у нас никто и не ездил на эти курорты. Люди смеяться будут, скажут...

- Ну, да... Вот пьянствовать вы не боитесь. Сутки в райцентре сидеть это, ничего. А вот на курорт поехать, подлечиться... В общем, чего тебя уговаривать. Не хочешь - верну путевку. Сейчас вот позвоню по телефону, потянулся он к трубке.

Николай вздохнул.

- Чего вздыхаешь? Сено накосил?

- Накосил. В копнах.

- Вот свози и собирайся. Поедешь, там профессора, сразу тебя возьмут в оборот. Поглядят, пощупают, назначат лечение. Будешь режим соблюдать, принимать лекарства. Питание усиленное, ванны, уколы, новейшие методы лечения. Не то что в наших больницах. Поселят тебя во дворце, мрамор вокруг, кипарисы, море синее.

Управляющий умел говорить. Он нарисовал такую сказочную картину, что Николай поневоле заслушался. А дослушав, снова тяжко вздохнул.

- Мне оно конечно, и манится, - сказал он, - край надо бы подлечиться. Да как же скотина, скотину не кинешь?

- Найдем кого-нибудь на подмену.

- Кого найдешь?.. Да и теперь чего же... Снова переваживать. А потом снова здорово. И привесы сейчас пойдут, заработок терять.

Управляющий задумался.

- Хрен с ними, с привесами. Об себе надо подумать. Хотя постой... вдруг нашелся он. - Зятек твой, зятек преподобный. Пускай он твой гурт берет и пасет. Вот и деньги не потеряете. Он же пас скотину? Сможет?

- Смогет-то смогет... - сказал Николай.

Управляющий понял его правильно и враз построжал.

- А вот пусть попробует откажется. Никакого дома не дам, - пригрозил он. - Не получит. Скажи, пусть зайдет. Будет пасти, никуда не денется.

- Ладно, - ответил Николай. - Поглядим.

- И глядеть нечего, давай собирайся. Поезжай. Лечись. Бесплатная путевка.

- А дорога?

- Ну ты больно много хочешь. И так за путевку колхоз сто пятьдесят платит. Так что на дорогу разорись. Туда рублей пятнадцать да обратно.

- С собой немного взять, - добавил Николай.

- Ну и с собой возьмешь рублей двадцать. Больше зачем? Кормать будут, на всем готовом. Ты же не пьянствовать: едешь, не гулять? Тебе ж лечиться надо?

- Неплохо бы подлечиться, - потирая впалый живот и морщась, сказал Николай.

- Болит?

- Не кажеденно, а как схватит...

- Вот пить надо меньше да курить, а вылечиться по-настоящему. Ты не перебирай, а езжай и лечись, коли лафа подвалила. Много у нас на курорты посылают? Вот то-то и оно. Там тебя на ноги поставят. Приедешь во какой... надул щеки и плечи расправил управляющий.

Николай на него поглядел, засмеялся.

И так нехороша и даже жутковата была эта улыбка, ощерившая темные, прокуренные зубы на высохшем в кулачок лице, так нехороша была, что управляющий отвел глаза и сказал твердо:

- Дурака не валяй, собирайся. А зятя пришли, если кобызиться начнет.

Николай вышел из конторы, управляющий через окно проводил его взглядом и решил твердо: "Поедет. Не я буду, поедет. Саму Ленку заставлю стеречь, Ленку вместе с тещей. Но Николай, в санатории будет".

А скорая на помин Ленка, жена Николая, уже спешила к конторе. И как всегда, с матерью. Ленке было сорок лет, матери подпирало к шестидесяти, но с годами они становились похожими друг: на друга, словно сестры. Обе красные, налитое, грудастые, толстоногие; и ходили-то они одинаково, по-солдатски махая руками, словно маршировали. В хуторе поговаривали, что Николай путал их по ночам, и Ленка, угождая матери, молчала.

Мать осталась сторожить на крыльце, Ленка вошла к Арсентьичу и затрубила:

- Здорово живешь, куманек? Не болеешь?

- Да слава богу, - ответил Арсентьич, удивляясь, как быстро по хутору вести несутся.

- А кума Лелька? Чего-то я ее не вижу.

Ни родством, ни свойством управляющий с Ленкой не был связан. Но она откуда-то выискала седьмую воду на киселе и упорно звала Арсентьича кумом.

- А я к тебе, кум, с бедой. Не прогонишь?

- Жалься, - коротко ответил Арсентьич.

- Люди говорят, моему дураку курорты дали. Взаправди?

- Не сбрехали. А ты, значит, поблагодарить пришла?

- Не смеись, кум, - обиженно прогудела Ленка.

- Я не смеюсь. Мужик у тебя занужоный. Мослаки торчат, хоть торбу вешай.

- Нехай водки помене жрет, - строго сказала Ленка.

- Вот он и съездит, пить там не будет, подлечат его.

- Он не доедет, - уверенно сказала Ленка. - На станции напьется и под поезд попадет. Детву осиротит. А вот мы так раскладаем, ежли начальство об нем г_о_рится; нехай эти деньги наличностью отдадут. прямо в руки. Вот мы его и подлечим. Лекарства какие прикажут - возьмем. Будет лечиться при нас; при своей домачности. Так-то лучше, чем в какую турунду ехать. Он здеся вназирку живет и то пьяный кажный божий день. А тама... Так что деньгами нехай дадут.

- Какими деньгами? - удивился Арсентьич. Вы что? Это же путевка, понимаешь? Путевка, ЕЙ уже оплатили.

- Нехай назад деньги возвернут.

- Кто их вернет, в банк перечислили за путевку. Понимаешь? На путевку. На лечение. Профсоюз дал.

- А ты бы, кум, подсказал, - с обидой сказала Ленка. - Деньгами, мол, им. У них детва мальначкая, сколь расходов...

- На работу надо ходить, - сказал управляющий. - На работу. А ты со своей матерью уж забыла, в какой стороне у нас поля.

- Ты меня, кум, не урекай, - обиженно засопатилась Ленка. - Сколь забот у меня, сколь детвы...

- На детей не вали, - отмахнулся Арсентьич. - Детей у тебя было и есть на кого кинуть. Баба Феша, царствие небесное... Да вы вдвоем с матерью сидели, кого высиживали? А теперь уж вовсе полон двор хозяев. Ты, да мать, да Нюська, да зятек ваш преподобный. Вон на других баб погляди. У Шурки Масеихи - четверо, Пелагея Чертихина пятерых подняла и всю жизнь на ферме. Скажи уж, не привыкла работать, вот и все.

- А кто же, куманек, тружается? - деланно всхлипывала Ленка. - На ком дом стоит?

- На Николае, - твердо ответил управ.

- На пьянчуге на этом, на капеле?

- Да не такой уж он и пьянчуга, - заступился Арсентьич. - А работник золотой. Скотина у него завсегда на первом месте; Кормленая и поеная. Привесы у него самые высокие. Вас всех этим и содержит.

- Содержатель... - желчно процедила Ленка.

- А что? Може, поглядим, сколь он в дом приносит, а? И ведь он их не пропивает, домой несет. Летом по триста, по четыреста рублей заколачивает. Кормит вас и поит, - наставительно произнес Арсентьич. - А вы ему цены не знаете, не содержите как надо. Вот у него и язва, и высох на балык. Не дай бог, что случится, тогда запоете: заборона ты наша неоцененная. Тогда будет пост, - прижимай хвост.

- Скажешь, куманек... Да мы, може, поболе него... - хитро прижмурилась Ленка. - Руки от платков не владают. Как на точиле сидим.

- Платки... Я вот прикручу вас скоро с платками да с козами с вашими. И вот что, ты мне голову не забивай. А собирай мужика и спасибо говори. Пусть едет лечиться. А зять нехай пасет, а то он у вас устроился, как сом на икре. Нехай пасет, иначе никакой квартиры он не получит. Баглай чертов... Попасет, и привесы делить не надо, все по-родственному, в один карман. Поняла?

- Да я тебя, кум, поняла, а вот ты моему горю... - пустила слезу Ленка. - Злуешь... А я - мать-герой. Шестерых родила да на ноги поставила. А вы прислухаться ко мне не хотите. Придется Теряшковой отписать, нехай заступится. Я в своем праве.

Это была вечная Ленкина песня, когда ее прижимали. "Теряшковой отпишу..." - грозилась она.

С тем она и нынче поднялась, с тем и ушла. И зашагали они с матерью прочь от конторы. Глядя им вслед, Арсентьич проговорил, досадуя:

- Лукавая сила... Ох, лукавая сила.

Так в давние теперь времена звал Ленку и мать ее покойный отец Николая. Николай был последним, младшим сыном в семье. Он неплохо учился в школе, в сельхоз-техникум поступил и закончил его и стал работать в соседнем районе. Отец, старея, позвал его к родному дому. Николай, послушался и приехал. И скоро спознался с Ленкой. В ту, уже не первую свою весну цвела Ленка лазоревым цветом. И не девичьей родниковой свежестью привлекала, а 'молодым бабьим медом. Круглолицая, белозубая, со всех сторон налитая, жгла она по хутору, посверкивая икрами.

Жила Ленка с матерью, бабкой и сестрой Шурой. И семья эта была странная: словно две чужие воды сливались, но не смешивались в тесной мазанке на краю хутора. Бабка Феша была золотым человеком. Работящая, совестливая, она тянула на себе всю семью. Под ее рукой и младшая Шура росла, вся в бабку. А рядом в веселой свадьбе кружилась Ленка с матерью. Гнали они самогон, что ни день затевали гулянки, ночных гостей принимали словом, жили по-царски.


Назад 1 2 3 4 5 Далее

Все книги писателя Екимов Борис. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий