Библиотека книг txt » Бондарев Юрий » Читать книгу Батальоны просят огня
   
   
Алфавитный указатель
   
Навигация по сайту
» Главная
» Контакты
» Правообладателям



   
Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?

Качаю книги в txt формате
Качаю книги в zip формате
Читаю книги онлайн с сайта
Периодически захожу и проверяю сайт на наличие новых книг
Нету нужной книги на сайте :(

   
   
Реклама

   
   
О сайте
На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.
   
   
Бондарев Юрий. Книга: Батальоны просят огня. Страница 5
Все книги писателя Бондарев Юрий. Скачать книгу можно по ссылке s

- Ja, ja(1), - с улыбкой, предупреждающе постучал себя в грудь молодой и показал палец, давая понять, что у него тоже есть ребенок, а лысеющий сутулый слепо посмотрел на его палец и равнодушно пожевал губами.
- Время идет, - недовольно сказал полковник переводчику - Спросите этого еще раз... где у них резервы? Расспросите подробнее. На что рассчитывают?.. Молодого не спрашивай, этот что угодно наплетет... щупленького...
Переводчик торопливо и отчетливо заговорил, обращаясь к щупленькому; немец неподвижно, как слепой, посмотрел ему в губы, приподнял одну ногу-куколку, переставил ее и начал отвечать замедленно, ровным, въедающимся голосом. Переводчик забегал карандашом по бумаге, упредительно наклонился к Гуляеву:
- Оборона вглубь на несколько километров. В несколько эшелонов. На флангах танки. Артиллерия. Это Восточный вал. Он закрывает путь к Днепрову Все офицеры и солдаты это знают. Приказ по армиям - ни шагу назад. За отступление - расстрел. Здесь люфтваффе. Они закончат здесь победоносную войну Разобьют русские армии и перейдут в наступление. Днепр - это перелом войны. До Днепра немецкая армия отступала. Это был тактический ход. Сохранить силы... Причем здесь находятся и эсэсовские части. Они стреляют до последнего патрона. Потому что мы их не пощадим. Как, впрочем, не пощадим и немцев пленных. Мы им устроим телефон...
- Скажи на милость, - произнес Гуляев, рассеянно барабаня пальцами по столу - Ни шагу назад. А спроси-ка его, что такое телефон?
Опять ровный въедающийся голос, и опять карандаш переводчика забегал по бумаге.
- Им двоим, ему и вот этому молодому дураку, распорют животы,
размотают кишки и свяжут их узлом. За то, что они зверствовали на Украине.
Но это пропаганда. Война не идет без жестокости. Это знает русский полковник.
Когда переводчик договорил, щупленький снова пере-
(1) Да, да
ставил свою ногу-куколку, а лицо молодого окаменело, розовые губы растерянно-жалко растянулись, лоб и круглый подбородок покрылись испариной. Ермаков усмехнулся; полковник Гуляев сильнее забарабанил по столу, пристально из-под припухлых век разглядывая щупленького.
- Скажи ему, - строго произнес полковник, - что этот телефон
устраивали эсэсовцы русским пленным под Гомелем. Кавардак у него в башке!
И потом скажи ему... Как же так... он, рабочий, пролетарий... со спокойной душой воюет против русских рабочих... Знает он, что такое международный пролетариат? А? Спроси его... Как оправдывает он себя, что как самый закоренелый эсэсовец воюет?.. Ведь он все же рабочий?
Переводчик глубокомысленно собрал кожу на лбу и, так же как полковник, отчетливым, строгим голосом заговорил с щупленьким. Глаза немца, глаза больной птицы, подернутые пленкой равнодушия, неизбывной усталости, на миг вроде очистились, пропустили в себя смысл заданного вопроса, он ответил необычно быстро, почти брезгливо. И переводчик не совсем уверенно перевел:
- Когда после Версальского мира Германия голодала, международный пролетариат не помог ей. Германии нужен был хлеб, а не слова.
- Хватит! Достаточно!
Гуляев поднялся, и, как бы все уяснив, вскочил молодой немец,
выставил круглый подбородок, вытянулся, замирая; тогда щупленький, как по
команде, вздернув свою маленькую лысеющую голову, коротко и зло сказал
что-то сквозь зубы этому молодому
- Что он? - нахмурился Гуляев.
- Он сказал: спокойно, кошачье дерьмо, ты солдат! - неохотно ответил переводчик.
- Легостаев! Увезти. В штаб дивизии! - крикнул Гуляев. Вошел резведчик мягкой походкой, поправил на левом боку кобуру парабеллума.
В ту же минуту молодой немец покорно стал на колени перед щупленьким, нагнул крепкую шею, бережно, словно ощупывая, где не больно, взял ефрейтора за талию и легко
посадил его к себе на плечи, ноги-куколки повисли на его груди. Раненый
немец передернулся от боли, сжал рот, но ни одного звука не издал.
- Давай, - сказал Легостаев, раскрыв дверь. Пригибаясь, чтобы ефрейтор не задел за притолоку, молодой немец вынес его из комнаты, и Легостаев закрыл за ними дверь. Стало тихо. В раздумье Гуляев медленно складывал лежащую на столе карту.
- Что скажешь, капитан? Матерые сидят против нас? Шапками не закидаешь! На "ура" не возьмешь! А?
- Интереснейший тип этот ефрейтор, - проговорил Ермаков.
- Вы скажете, товарищ капитан, - робко возразил переводчик, опустив глаза. - Это убежденный гитлеровец. Что же в нем интересного? Странно...
Ермаков презрительно смерил переводчика взглядом.
- А я и не надеялся увидеть в этом ефрейторе сторонника русских.
- Прекратите бесполезные разговоры! - прервал Гуляев, рывком надевая шинель. - Вы свободны, лейтенант. Капитан Ермаков, останьтесь. Тебя вызвал не я, - сказал он, когда переводчик вышел. - Тебя вызывают в штаб дивизии.
- Зачем?
Гуляев отвел глаза, озабоченно ответил:
- Некогда. Пошли... Иверзев не простит опоздания. В одной из нескольких хат, где размещался штаб дивизии, светло, чисто, подметено и среди сидевших вдоль стен офицеров та подчеркнутая и почтительная тишина, которая в военной среде всегда означает, что рядом присутствует высшее начальство: здесь педантично выбритые адъютанты и офицеры штаба двигались бесшумно, тут привыкли говорить негромкими голосами, команды не повторялись два раза - здесь мозг дивизии. До последнего ранения Ермакову приходилось бывать в штабе дивизии при прежнем генерале Остроухове, и каждый раз, уезжая в батарею из этой полутишины, напоминавшей мудрое спокойствие забытых московских читален, он увозил с собой тягостное чувство неудовлетворенности, словно кто-то напоминал ему, что война - это не его профессия, что звание капитана, ордена, так легко доставшиеся ему, все чужое, и, может быть, он отдал бы это все за одну лекцию по высшей математике. Испытывал он это чувство потому, что давно и легко свыкся с офицерской формой, казалось порой, что воевал целую жизнь, а молва о нем как о смелом до дерзости офицере оставляла ему возможность относительной свободы: не тянуться в тылах, подчеркивая уважение к звездочкам, перед штабными офицерами, что очень не нравилось щепетильно-осмотрительному в вопросах субординации полковнику Гуляеву, говорить открыто, смеяться тогда, когда хотелось смеяться, то есть вести себя так, как может вести офицер, знающий себе цену и привыкший к откровенности отношений на передовых позициях.
Когда Ермаков вместе с полковником Гуляевым вошел в наполненную офицерами комнату, все, видимо, были в сборе, многие приветливо закивали Борису, и он увидел знакомых командиров стрелковых батальонов, усталых, плохо выбритых, в несвежих гимнастерках, и ответно подмигнул, улыбнулся им, но тотчас сделал притворно официальное лицо, заслышав густой, уважительно пониженный голос Гуляева, докладывающего полковнику Иверзеву о прибытии. Гуляев сделал шаг в сторону, двумя руками одернул китель на выступавшем животе, насупился, кашлянул в ладонь, сел к столу, где в зыбком папиросном дыму белели лица. Соблюдая субординацию, Ермаков должен был докладывать за полковником, однако не успел. Командир дивизии Иверзев, румяный, светловолосый, с синими холодными глазами, одетый в безупречно сшитый стального цвета китель, твердо сказал сочным голосом:
- Опаздываете, капитан Ермаков! Причины?
- Я только что с Днепра, товарищ полковник, - ответил Ермаков, уловив предупреждающий взгляд Гуляева.
- Надо успевать, капитан! Успевать! Садитесь!
С Иверзевым он встречался впервые; был тот прислан в его отсутствие, кажется, из запасного офицерского полка на замену старого, неторопливого генерала Остроухова, чрезвычайно осторожного в принимаемых решениях. За столом
Ермаков увидел заместителя командира дивизии по политчасти полковника
Алексеева. Тот сидел, трогая высокий лоб, гладко зачесанные назад редкие волосы; худое интеллигентное лицо было свежо, словно недавно умыто, умные глаза мягко и знакомо щурились. Ермаков кивнул замполиту, и сейчас же подполковник Савельев, начальник штаба дивизии, человек тихий, больной сердцем, вынул из зубов незажженную трубку и тоже закивал седеющей головой, явно обрадованный его прибытием.
По всем этим знакам внимания Ермаков мгновенно понял, что в штабе был разговор о нем, и тут же прочно убедился в этом, услышав сбоку шепот:
- Приветствую, капитан! Как говорят, с корабля на бал? Это был
Максимов, командир стрелкового батальона, офицер средних лет; добродушный, ласковый взгляд из-под золотистых ресниц светился девичьей озорной улыбкой; она весело брызгала и с его щек, всегда вызывая ответную улыбку.
- Похоже, - ответил Ермаков. - А что?
Максимов положил ему руку на колено, показывая бровями на Иверзева, сказал шепотом:
- Потом, потом...
- Прошу внимания!
Полковник Иверзев, высокий, плотный, ясно глядел перед собой; толстый карандаш был зажат в его маленьком крепком кулаке, кулак без стука опустился на карту, невольно привлекая к себе внимание офицеров. И Ермаков, вспомнив мягкую руку старика Остроухова, почему-то подумал, что кулачок этот беспощаден, властолюбив, неподатлив... Иверзев заговорил:
- Товарищи офицеры! Позавчера два передовых батальона полковника
Гуляева подошли к Днепру, пытались форсировать его. Все это, как вам известно, решающих результативных последствий не имело. - Синие глаза Иверзева бегло коснулись нахмуренного лица Гуляева. - Огнем танков, артиллерии, пулеметным огнем батальоны были рассеяны по воде, вынуждены были занять прежнюю позицию на острове. - Острие карандаша ткнулось в карту - За исключением двух, только двух неполных стрелковых взводов и одного орудия полковой батареи, сумевших переправиться на правый берег.
"Почему одно орудие? Откуда эти сведения?" Ермаков пожал плечами, и тотчас Иверзев перевел на него взгляд - мимолетно синий, холодный свет почувствовал Ермаков на своем лице. Полковник продолжал:
- Все попытки двух батальонов форсировать Днепр вчера ночью закончились неуспехом. Наши батальоны столкнулись с глубоко и тщательно подготовленной эшелонированной немецкой обороной, весьма широкой по фронту, как известно теперь. - Иверзев снова опустил сжатый кулак на карту, губы его стали жесткими. - Наша дивизия южнее города Днепрова... Но мы сдерживаем правого и левого соседа, двое суток топчемся на месте.
Иверзев отбросил карандаш, провел пальцами по белейшей полоске подворотничка, видимо, давившего горло, четко повторил:
- Двое суток! Вчера дивизия получила пополнение боеприпасами, кроме того, нам приданы танки...
"Так вот оно что! - подумал Ермаков, вспомнив горящую станцию, и
поймал тревожно ускользающий взгляд полковника Гуляева. - Что он?"
- Задача дивизии следующая! - звучал голос Иверзева. - Два пополненных батальона восемьдесят пятого стрелкового полка сегодня к рассвету, а именно к пяти часам утра, сосредоточиваются: в районе деревни Золотушино - первый батальон майора Бульбанюка; второй батальон капитана Максимова - в районе лесничества. Первому батальону придаются два орудия под командованием капитана Ермакова, второму - батарея сорокапятимиллиметровых пушек лейтенанта Жарова... Кроме того, батарея восьмидесятидвухмиллиметровых минометов повзводно придается батальонам.
"Так! Значит, я поддерживаю Бульбанюка. Но какими двумя орудиями?" - подумал Ермаков, поискал глазами и нашел в углу комнаты крупно скроенного майора Бульбанюка, немолодого, с заметными оспинками на непроницаемом лице. Не подымая головы, он неторопливо делал
пометки на карте, разложив ее на коленях; из-под планшетки видны были
давно не чищенные, в ошметках грязи, стоптанные сапоги. "Но какими двумя
орудиями? Где они?"
- Цель батальонов: форсировать Днепр на правом фланге обороны, где разведка нащупала разрывы, вклиниться в оборону, выйти в тыл, занять и удерживать плацдарм в районе Ново-Михайловки - первому батальону, второму
- в районе Белохатки и тем самым отвлечь на себя внимание немцев. К этому времени вся дивизия будет сосредоточена в районе острова, готовая как бы к прыжку. - Иверзев ударил ребром ладони по карте. - Как только батальоны, захватив плацдармы, заставят немцев оттянуть часть войск с фронтальных позиций, дивизия нанесет удар по фронту с задачей занять широкий плацдарм на правобережье, южнее города Днепрова. Завязав бой в районе Ново-Михайловки и Белохатки, батальоны дают знать по рации: "Дайте огня", в случае хорошей видимости - четыре красные ракеты. По этому сигналу дивизия всеми орудийными стволами поддерживает батальоны, затем открывает огонь по немецкой обороне и переходит в наступление, соединяется с батальонами. Такова задача дивизии. Вопросы?
Уперев кулак в стол, Иверзев, ожидая вопросов, долго в молчании смотрел на притихших офицеров. Но никто вопросов не задавал, делали вид, что внимательно изучают карты на планшетках, - каждый из этих давно воевавших пехотных и артиллерийских офицеров хорошо понимал: то, что легко и, казалось, просто начертается в штабах, нестерпимо трудно оборачивается в деле.
Сдержанный полковник Алексеев, одной рукой прикрыв подбородок, другой вертел массивный серебряный портсигар, и блики света, отскакивая от полированной крышки, скользили по залысинам над его высоким лбом. Подполковник Савельев, поглаживая кончик пустой трубки, сосредоточенно посасывал ее; оттененные синевой щеки его ввалились. Капитан Максимов, неопределенно улыбаясь, чистил спичкой ногти, взглядывал на ничего не выражающую спину Бульбанюка. Было тихо.
Полковник Гуляев, наклонив крупную голову, так что за-
метна была багровая шея с заплатками пластыря, комкал носовой платок,
уставясь в пол, и эта обожженная шея его, проседь в висках, скомканный
носовой платок показались Ермакову жалкими сейчас. "Почему он не
спрашивает ни о чем? Почему он не говорит, что на левом берегу не осталось
ни одного целого орудия? Не знает?" Ермаков вырвал листок из записной
книжки, быстро написал: "На плацдарме не одно орудие, а два. Два остальных
разбиты при переправе. На острове нет ни одного орудия моей батареи".
- Разрешите, товарищ полковник? - громко сказал Ермаков, обращаясь к Иверзеву.
- Вопрос?
- Нет, не вопрос.
И, провожаемый взглядами насторожившихся офицеров, Ермаков передал записку полковнику Гуляеву, а тот медленно, преодолевая боль в шее, обернулся к нему, утомленно обвел его улыбнувшееся лицо что-то особо знающими глазами, развернул записку, прочитал и ничего не ответил. "Почему он молчит? Что он?" - вновь раздраженно подумал Ермаков.


Все книги писателя Бондарев Юрий. Скачать книгу можно по ссылке
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.




   
   
Поиск по сайту
   
   
Панель управления
   
   
Реклама

   
   
Теги жанров
   
   
Популярные книги
» Книга Подняться на башню. Автора Андронова Лора
» Книга Фелидианин. Автора Андронова Лора
» Книга Сумерки 1. Автора Майер Стефани
» Книга Мушкетер. Автора Яшенин Дмитрий
» Книга Лунная бухта 1(живущий в ночи). Автора Кунц Дин
» Книга Трое из леса. Автора Никитин Юрий
» Книга Женщина на одну ночь. Автора Джеймс Джулия
» Книга Знакомство по интернету. Автора Шилова Юлия
» Книга Дозор 3(пограничное время). Автора Лукьяненко Сергей
» Книга Ричард длинные руки 01(ричард длинные руки). Автора Орловский Гай Юлий